— Ты же хочешь, чтобы эта книга попала к арху, правильно? Чтобы ламхитанцы правильно воспользовались этим знанием? А может, тебе, вместо того, чтобы корпеть над этой проклятой книгой, стоило вспомнить что-нибудь полезное для Клерии?! — проревел Орвист. — Я помню твои воспоминания! Помню сцены войн, что ты мне показал когда-то. Что творил твой народ и народы твоего мира! Так может быть ты бы переизобрел какое-нибудь оружие, которое помогло бы нам справиться с гонгорцами и Кваттом?!
Мне нечего было на это ответить. В этом плане я был абсолютно бесполезен. Даже расслоение памяти дало лишь обрывочные данные о том же порохе, который бы смог перевернуть все с ног на голову. О его производстве и речи не шло. То же самое касалось других основ промышленности или металлургии. Я не был материаловедом, инженером или реконструктором. Я был простым выпускником московского экономического института. Когда-то, давным-давно. Кто я сейчас? На этот вопрос у меня не было однозначного ответа.
— Орвист, послушай. Во-первых ты не прав. Я не прошу тебя отвезти книгу Арвану или другому южанину. Я отдаю ее тебе, — начал я примирительно, глядя графу прямо в глаза. — Я доверяю тебе все, что знаю, буквально. Все, что может изменить этот мир. Тебе и твоим потомкам. С этой книгой род де Гранжей сохранится сотни лет, она сделает вас главными промышленниками мира. Считай это моим свадебным тебе подарком…
— Хорош подарок! Если эта книга так опасна, как я думаю, то ты объявляешь вечную охоту на меня и моих потомков! — прорычал Орвист.
— За все надо платить! — не выдержал я и вызверился в ответ. — Да! Она опасна! Но мне пришлось ее написать! И если бы я мог, она бы уже лежала в камине и превращалась в пепел! Но пока существуют боги, пока есть Соф и жива династия Фотенов, книга должна быть в порядке!
— Так отдай ее Софу! Положи на алтарь и забудь о ней!
— Нет! Это знание — для людей, а не богов! Богам вообще нет дела до наших бед! Они слишком заняты своей вечностью! Так что ты возьмешь этот труд, сядешь на корабль и сделаешь так, что эта книга никогда не попадет в чужие руки и останется внутри семьи! Навсегда! Хочешь попасть на войну? Вот она, твоя война! Ты и эта книга против всего мира! И твои дети, и твои внуки, если у тебя хватит доблести возложить на них столько ответственности!
Орвист, который последние пару минут вышагивал по комнате, на словах об ответственности как-то резко остановился.
— Знаешь, перекладывать проблему на чьи-то плечи — это не доблесть, Антон, — хмуро сказал он. — А судя по твоим словам, эта книга — как раз проблема. Огромная проблема.
— И мне больше некому доверить решение этой проблемы! — прямо ответил я. — Орвист, ты же понимаешь, что кроме тебя и Лу мне больше некому доверять? Но Лу… Ты сам знаешь, кто она такая. А эта книга должна находиться под контролем людей. Смертных, скоротечных, но доблестных людей.
Граф де Гранж посмотрел сначала на меня, а потом на увесистый том на столе.
— Говоришь, содержание этой книги сделает мой род великим?
— Величайшим. Бензин и бумага — лишь тень того, что я записал, — честно ответил я.
— И ты хочешь, чтобы она вечно хранилась в моей семье?
— Навсегда. А если тебе не нужно лишнее знание, то просто позаботься о том, чтобы она была надежно спрятана. Пока не придет ее время, — ответил я.
Я чувствовал бурю в душе Орвиста. Я его обидел, сильно обидел. Втихую организовал его отъезд на юг и просто поставил перед фактом. И если меня Орвист мог послать ко всем чертям, то вот спорить с Рисой… Слишком сильно он влюбился в нее, слишком дорожил их отношениями и будущим наследником или наследницей рода. И против ее слов в этом вопросе он пойти не мог.
— Хорошо, будь по-твоему. Я заберу эту проклятую книгу, но это будет моя последняя услуга, понятно? Ты сейчас так распинался о роде де Гранж, а по факту, уже десять лет я решаю только твои проблемы! Тут ты прав, Антон, я должен подумать о семье.
Лицо Орвиста сейчас было похоже на восковую маску. Сейчас он рвал все те нити, что связывали нас последние годы. Сжав зубы, граф взял со стола фолиант Софа, внимательно осмотрел его со всех сторон, а после, не прощаясь, двинулся на выход.
Это на самом деле была его последняя для меня услуга, тут граф не шутил. Как не шутила его матушка, когда просила пасынка не ввязываться в очередную авантюру Антона Тинта. И увезти фолиант из Клерии, по всей видимости, будет последним предприятием, в которое мне удалось втянуть Орвиста де Гранжа.
Попрощаться толком не удалось. Орвист быстро взял под локоть Рису и чуть ли не силой потащил ее прочь из дома — по мыслям друга я понимал, что их ждет непростой разговор наедине.
— Завтра можете не провожать, — через плечо бросил граф уже на пороге и, толкнув дверь, вышел с женой за порог.
Лу попыталась взять меня за руку, но я только раздраженно дернул плечом, сбрасывая ее ладонь и, подхватив кувшин с вином и кубок, двинулся в свой кабинет. Пить и жалеть себя.