Это были орки. Сука — это были настоящие орки! Правда, чуть отличающиеся от своего хрестоматийного образа. Низкорослые, макушкой едва дотягивающиеся мне до груди, сгорбленные, бледные — настоящие альбиносы! — с выступающими челюстями и выпирающими клыками, остроухие, длиннорукие.
У каждого в когтистых руках было оружие — короткие изогнутые ятаганы, короткие же луки, кинжалы, тесаки, какие-то каменные дубины… Обведя взглядом это воинство, я прикинул их количество — больше пятидесяти.
В нескольких шагах от меня орки подняли на ноги матерящуюся Кассандру. Она выдавала такие матерные конструкции, что любой портовый грузчик бы обзавидовался — и судя по покрасневшим в свете грибов рожам орков, они частично её понимали.
Впрочем, меня больше заботило то, что руки барда за спиной связали какой-то светящейся верёвкой — и полагаю, именно эта хрень ограничивала нашу магию.
— Кто вы, темнокожие? — спросил один из орков, выйдя вперёд и встав перед нами с важным видом, — Как попали в наше царство и зачем пришли сюда⁈
Он был выше своих собратьев — дотягивался макушкой почти мне до подбородка. И наверное для него мы реально были темнокожие, потому что он по цвету был ближе к бледной поганке.
— А кто спрашивает⁈ — запальчиво ответила Кассандра, хотя за её бравадой я уловил нотки страха.
— Я — Ургот-Рах! Первый охотник Племени!
— Ты… — блондинка осеклась на полуслове, — Носишь имя великого древнего ловчего⁈
— Темнокожая знает нашу историю⁈ — орк на мгновение опешил, но тут же гордо выпятил грудь, — Я не просто ношу его имя — я веду свой род от великого героя!
— Я не… Вау!
— Кэс, что происходит? — не выдержал я, — Парни, вы кто такие⁈
— Мы — жители Эккарх-Ан-Раззарен! Благословенного города великой Империи, который ваши предки разрушили две тысячи лет назад! Мы смогли укрыться от алчущего взгляда ваших магов, запечатали себя здесь, под землёй, и жили, не зная бед, двадцать веков! Ни единого гостя — до сегодняшнего дня, — Ургот-Рах оскалил свои желтоватые клыки, — Никто не нарушал наш покой… И мы хотим, чтобы так оставалось и впредь!
— Но подождите! — встрепенулась Кассандра, — Вы живы⁈ Но как⁈ Люди думают, что вас истребили две тысячи лет назад, и…
— И мы хотим, чтобы так оставалось и впредь! — повторил орк, — Мы ценим покой, и ту жизнь, которую имеем. Никаких войн, никаких склок, никаких контактов — просто жизнь, спокойная и тихая, под правлением Великой Королевы… Нам не нужно, чтобы о нас узнали! А потому — вы должны умереть!
— Что⁈ Но вы не понимаете! Мир изменился! — снова подала голос Кассандра, — Там нет ксенофобии, которая властвовала раньше! Эльфы, люди, гномы, орки и другие расы живут, не воюя за территорию и ресурсы! Мир огромен, места хватает всем, и…
— Нам это не интересно! — рявкнул орк, — А потому — вы умрёте!
— Кажется, ты повторяешься, — заметил я с обречённостью висельника, — И какой будет эта смерть? Прирежете нас прямо здесь?
— Мы не какие-то варвары! — искренне возмутился орк, и его подручные заулыбались и затряслись в предвкушении, — Пусть это будет для вас сюрпризом… Эй вы — хватайте наших гостей! Отведём их к нашей прекрасной Королеве, красивейшей и мудрейшей… Пусть развлечётся и полакомится столь редкими в наших землях колдунами!
В голове промелькнул образ голой красотки в короне, которая пожирает истекающее кровью сердце (долбаные рассказы Кринге о Халифате!).
Вообще я прикинул, что должен был трястись от испуга, но страха почему-то не было. Должно быть, я не до конца воспринимал этот мир как реальный, а вот Кассандра хоть и храбрилась, но побледнела так, будто сейчас упадёт в обморок.
— Всё будет хорошо! — шепнул я ей, когда меня провели рядом с ней, — Мы выпутаемся!
Она нервно кивнула, но ничего не ответила.
Нас грубо потащили через разрушенные ряды к берегу подземной реки. Там, на огороженной невысоким бордюром набережной, были установлены круглые каменные платформы, которые светились тусклым зеленоватым светом. Меня и Кассандру заставили встать на эти каменные диски, а затем наши сопровождающие коснулись кристаллов на своей шее, и…
Яркая вспышка поглотила всё вокруг! Но прежде, чем я успел испугаться, кто-то будто выдернул из-под ног землю, всё вокруг повисло в невесомости — ровно на пару секунд! — и вдруг свет померк, а я снова ощутил опору под ногами.