Ага. То есть речь даже не о передаче ритуала, а о нахождении способа поговорить.
По-моему, это очень здорово. И хорошо ложится на идею воспитания как прежде всего воспитания осознанности.
То есть хочешь уметь принимать решения – умей прежде всего слушать и откликаться.
Чашки двадцать первая, двадцать вторая и двадцать третья
«Сказки старого Вильнюса – I, II, III»
Этот разговор будет о взаимодействии с чудом. Тот самый обещанный разговор о том, как взаимодействовать с чем-то, что больше тебя самого.
Потому что все сборники «Сказок» – прежде всего об этом.
Но до разговора я хочу сказать несколько слов о том, что происходит с человеком, который сталкивается с чудом.
Прежде всего, он сталкивается с Чем-то другим, конечно же, и это другое всегда больше него: по параметру измерений, по задействованию реальностей, по вписанности в физические и все остальные законы. Это не то «больше», которое означает размеры, но в дальнейшем я буду использовать именно этот термин.
Итак, человек сталкивается с чудом и с тем, что он, человек, меньше этого чуда.
Во всех волшебных сказках всех народов столкновение с чудесным – часть процесса инициации. При этом «полюсность» чуда может быть любой – оно может быть зловредным или благим, это совершенно все равно. Так или иначе, столкновение с чудом ведет к вырастанию, к смене статуса, к переходу в новое качество.
Или не ведет, но об этом нет волшебных сказок, хотя написано довольно много авторских.
…Что происходит, когда человек сталкивается с чем-то большим, чем он сам, причем вынужден так или иначе с ним взаимодействовать, то есть сталкивается вплотную, не отвернуться и не отвертеться.
Он осознает, что он – меньше. Прежде всего он – меньше, проще, мельче.
И осознание это часто идет через попытку присвоить. Через попытку либо продемонстрировать, что ты отлично понимаешь, по каким законам функционирует чудо, либо подчинить его тем законам, которые ты понимаешь. Лягушачья кожа летит в огонь, Василиса вздыхает: ну и дурень же ты, милый, – и летит за тридевять земель.
Либо, что тоже вариант, хотя и уже авторской сказки: попытка поступить с теми законами, которым подчиняется чудо, как с теми, которым подчиняешься ты. После того, как Алеша в «Черной курице или Подземных жителях» со своим зернышком подвергается серьезной критике извне, он теряет себя и данное внутри себя слово – и в тот момент, когда он это делает, ему кажется, что так будет лучше, хотя, когда он давал слово Министру, он думал о том, что будет лучше, если он его никогда не нарушит.