Читаем Забытые острова. Аннушка (СИ) полностью

Я зябко передернула плечами, и это движение вывело меня из ступора. Нет, иррациональный страх никуда не делся, но он словно отдалился, не сковывая больше движений. Вы видели когда-нибудь, как игрок, поставивший на кон все, открывает последнюю карту? Вот так же медленно я повернула голову, и от облегчения едва не разревелась. Плита осталась на том же самом месте, где и была, и на ней аккуратно лежало все то, что я просила. И, сверх того, какая-то бумажка. Накладная, что ли? Поди, еще и подписать надо. Я нервно хихикнула и пошла за добычей. Блин, надо было еще пакет заказать. Как теперь все это барахло тащить на поляну?! Впрочем, сообразила: кеды, плюхнувшись на тропинку, тут же натянула на ноги, что влезло, покидала в котелок, остальное - под мышку и, отряхнув задницу от налипших камешков, потащила свое богатство на поляну. Скинула кучей на одеяло и вернулась за плитой. Против ожидания, она оказалась не такая уж и тяжелая. Вот и хорошо, тащить будет легче. Сами понимаете, не стоит оставлять такую ценную вещь фиг знает где, да еще и посреди дороги. Уволокла эту каменюку, уложила на ровное место на краю поляны, подальше от родника и одеяла, и занялась, наконец, своими коленками.

Да, досталось им неслабо. До такого у меня и в детстве не доходило. Понятно, бывало, ссаживала, и шкурку обдирала, но не настолько. Кровищи немного, но все в пыли, в грязи, а перевязать нечем, и йода нет. Хотя... море ведь рядом! Уж чего-чего, а йода в нем полно. Там и ранки промою, и продезинфицирую их заодно.

Поднялась, накинула на плечи одеяло, стряхнув с него свое барахло, и пошкандыбала на берег. По дороге порадовалась за свою сообразительность: в кедах по камням куда как лучше ходить! А носки взяла с собой. На берегу ноги вымою, просушу, да сразу их в кеды и поддену. А завтра закажу еще пару, на подмену.

Ну вот, совсем другое дело! Две минуты - и я на берегу. Нашла подходящий валун, скинула на него одеяло, разулась и осторожно, стараясь не поскользнуться на камнях, вошла в воду чуть выше коленок. А-а-а, щиплет-то как! Не стала сдерживаться, прооралась - все равно я тут одна, не перед кем форсить - и стала осторожно смывать с ранок пыль и грязь. Очень скоро боль ушла, оставив после себя только легкое жжение. А вода-то какая теплая! Море дышит, то заплескивая волной до середины бедра, то отступая до колен. И мне так вдруг захотелось окунуться! И чтоб непременно с головой. Ведь никогда в жизни не купалась в море, а тут такой случай! Я принялась потихоньку, по шажочку заходить все дальше. До середины бедер, потом до... до пояса. А вода такая бирюзовая, прозрачная-прозрачная, и по дну гуляют тени от гребешков волн. Каждая песчинка видна, каждый камушек. Вот какая-то мелкая рыбка проплыла, вот еще одна. Я забрела по грудь и, вытянув вверх левую руку, присела, макнувшись с головой. Кайф!

Вынырнула, отфыркалась, отплевалась, огляделась вокруг и восторг тут же перешел в панику. А что это за подозрительная тень на дне? Оп-па! Взметнулась вверх туча песка, и от берега вглубь метнулся плоский силуэт небольшого ската-хвостокола. Желание купаться как-то быстро убавилось. Подняла голову повыше - сравнительно недалеко рассекает волны треугольный плавник. Я такие сто раз видела по телевизору. Нафиг-нафиг, скорее к берегу, пока никто не сожрал! Но идти по грудь в воде очень тяжело и ужасно медленно. А сзади вот-вот схватит за задницу АКУЛА! Я, забыв обо всем, кинулась вплавь и, что было сил загребая руками и ногами, понеслась к берегу. Опомнилась, когда пузо шоркнуло по камням. Лишь тогда я поднялась и, неловко переступая, выбралась из теплого и гостеприимного на вид моря к своему камешку. И только оказавшись в безопасности, вспомнила про коммуникатор. Испугалась, кажется, еще больше, чем акулы, и принялась судорожно тыкать в экран пальцами. Он на несколько секунд ожил, написал, что следующий сеанс поставки завтра в 13-00 (ну конечно, сегодня процедура закончилась в 12-40, а потом я таскала эту дурацкую плиту), и показал текущее время: 14-19. Хвала всем богам, обошлось.

Что интерком оказался непромокаемым - это просто здорово. Значит, впредь можно спокойно умываться, плавать и нырять, не обращая внимания на эту коробусечку. Вот и чудненько, я даже успокоилась. Теперь бы отжаться, но как-то неудобно - на открытом месте, доступная всяческим похотливым глазкам. Да что это я опять - одна ведь здесь! Выдохнула, расслабилась, стянула мокрые трусья и как следует их выкрутила. Теперь бы прополоскать их от морской соли, но это уже не здесь.

Внезапно накатило давно, с раннего детства забытое чувство полной свободы, внешней и внутренней. Голышом присела на теплое, нагретое солнцем одеялко, сполоснула лапки, просушила их на солнышке, натянула тонкие мягкие носочки, сверху - кеды. Все! Теперь я готова к новым свершениям. Расставила ноги, прогнулась назад, потянулась от всей души, до хруста в суставах. Кому сейчас есть дело до моих лишних килограмм, до моего целлюлита на заду, неухоженной области бикини и ободранных коленок? От... отвяньте, я сама себе хозяйка!

Перейти на страницу:

Похожие книги

99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее
99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее

Все мы в разной степени что-то знаем об искусстве, что-то слышали, что-то случайно заметили, а в чем-то глубоко убеждены с самого детства. Когда мы приходим в музей, то посредником между нами и искусством становится экскурсовод. Именно он может ответить здесь и сейчас на интересующий нас вопрос. Но иногда по той или иной причине ему не удается это сделать, да и не всегда мы решаемся о чем-то спросить.Алина Никонова – искусствовед и блогер – отвечает на вопросы, которые вы не решались задать:– почему Пикассо писал такие странные картины и что в них гениального?– как отличить хорошую картину от плохой?– сколько стоит все то, что находится в музеях?– есть ли в древнеегипетском искусстве что-то мистическое?– почему некоторые картины подвергаются нападению сумасшедших?– как понимать картины Сальвадора Дали, если они такие необычные?

Алина Викторовна Никонова , Алина Никонова

Искусствоведение / Прочее / Изобразительное искусство, фотография
1984. Скотный двор
1984. Скотный двор

Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи фашизма и диктатуры? Каким станет общественный уклад, если власть потребует неуклонного подчинения? К какой катастрофе приведет подобный режим?Повесть-притча «Скотный двор» полна острого сарказма и политической сатиры. Обитатели фермы олицетворяют самые ужасные людские пороки, а сама ферма становится символом тоталитарного общества. Как будут существовать в таком обществе его обитатели – животные, которых поведут на бойню?

Джордж Оруэлл

Классический детектив / Классическая проза / Прочее / Социально-психологическая фантастика / Классическая литература
Неучтенный
Неучтенный

Молодой парень из небольшого уральского городка никак не ожидал, что его поездка на всероссийскую олимпиаду, начавшаяся от калитки родного дома, закончится через полвека в темной системе, не видящей света солнца миллионы лет, – на обломках разбитой и покинутой научной станции. Не представлял он, что его единственными спутниками на долгое время станут искусственный интеллект и два странных и непонятных артефакта, поселившихся у него в голове. Не знал он и того, что именно здесь он найдет свою любовь и дальнейшую судьбу, а также тот уникальный шанс, что позволит начать ему свой путь в новом, неизвестном и загадочном мире. Но главное, ему не известно то, что он может стать тем неучтенным фактором, который может изменить все. И он должен быть к этому готов, ведь это только начало. Начало его нового и долгого пути.

Константин Николаевич Муравьев , Константин Николаевич Муравьёв

Фантастика / Прочее / Фанфик / Боевая фантастика / Киберпанк
Актеры нашего кино. Сухоруков, Хабенский и другие
Актеры нашего кино. Сухоруков, Хабенский и другие

В последнее время наше кино — еще совсем недавно самое массовое из искусств — утратило многие былые черты, свойственные отечественному искусству. Мы редко сопереживаем происходящему на экране, зачастую не запоминаем фамилий исполнителей ролей. Под этой обложкой — жизнь российских актеров разных поколений, оставивших след в душе кинозрителя. Юрий Яковлев, Майя Булгакова, Нина Русланова, Виктор Сухоруков, Константин Хабенский… — эти имена говорят сами за себя, и зрителю нет надобности напоминать фильмы с участием таких артистов.Один из самых видных и значительных кинокритиков, кинодраматург и сценарист Эльга Лындина представляет в своей книге лучших из лучших нашего кинематографа, раскрывая их личности и непростые судьбы.

Эльга Михайловна Лындина

Кино / Театр / Прочее / Документальное / Биографии и Мемуары