Читаем Загадки и легенды русской истории полностью

Говоря об Аляске, нельзя забывать о другой территории Русской Америки — Калифорнии. Первое русское поселение Форт-Росс было основано в 1812 г., когда в Россию вторглась «Великая армия» Наполеона Бонапарта. Поселение-крепость располагалась в заливе и бухте Бодего, к северу от Сан-Франциско. 5(17) апреля 1824 г. была подписана первая русско-американская конвенция, устанавливавшая границы русских владений в Америке. Спустя восемь лет Россия и США подписали договор о торговле и навигации. Казалось, что Россия прочно стала ногами в Калифорнии. Однако отсутствие паровых судов, как и нормально функционирующих внутренних путей сообщения — и все это на фоне невероятного технического прогресса США — привело к резкому ослаблению российских позиций в Калифорнии. К этому добавилось и давление на императора Николая I, по всей видимости, со стороны мировых финансовых структур. Но это только версия, доказательства которой надо искать в архивах российского министерства иностранных дел.

Вот и вышло, что слабость позиций России в Калифорнии привела к ликвидации поселения и крепости Росс по указанию из Санкт-Петербурга. Дальнейшее развитие событий происходило так. В 1841 г. некий капитан Саттер приобрел Форт-Росс за смехотворную по нынешним временам сумму в 30 тыс. долларов. Первым делом капитан Саттер произвел упорядочение топонимов, переименовав Форт-Росс в Америкэн-Форт. Чем занимался Саттер последующие семь лет — неизвестно, но 15 марта 1848 г. Америка содрогнулась. В этот исторический день выходившая в небольшой рыбацкой деревушке Сан-Франциско газета «Кэлифорниен» поместила на последней странице короткое сообщение: «В русле ручья, который приводит в движение пилу, недавно установленную капитаном Саттером в поселке Америкэн-Форт, было обнаружено в значительном количестве золото. Один из работников капитана Саттера всего за пару часов собрал золота на сумму около 30 долларов»{75}. (30 долларов США того времени — это были большие деньги. Первым американским монетным законом от 2 апреля 1792 г. было принято считать долларом США монету с чистым весом в 24,056 г серебра, что продолжалось до 1893 г. В 1900 г. был установлен золотой стандарт доллара США.) Началась знаменитейшая в мировой истории калифорнийская «золотая лихорадка», весь Американский континент был охвачен приступом золотого безумия. Весь пресловутый Far Wild West устремился в Калифорнию. Рыбацкая деревня Сан-Франциско превратилась в центр золотоискателей, под гром изобретения Сэмюэла Кольта.

Америка обогатилась сказочно. За три года после первого сообщения о найденном на ранчо капитана Саттера золоте в США было переплавлено золота стоимостью на 100 млн. долларов. США форсировали метод «покупки территорий», введенный президентом Т. Джефферсоном, заплатив правительству Мексики отступного за Калифорнию, Техас, Аризону, Нью-Мексико и другие земли калифорнийским золотом на общую сумму 26,8 млн. долларов. О чем думал в ту пору Николай I? (Кстати, капитан Саттер так и не выплатил русской администрации положенные 30 тысяч долларов за покупку Форт-Росса. Может быть, еще не поздно взыскать оную сумму с процентами с его потомков?)

Было бы несправедливо обвинять только Николая I. Первым, продавшим земли Российской империи, стал его старший брат Александр I. До 1807 г. русские цари были законными наследниками и владельцами Эверланда — территории немецкого графства, примыкавшего к Бремену. Эверланд стал российским с 1793 г., как наследство Екатерины II, урожденной принцессы Ангальт-Цербстской. С ноября 1796 г. в российском МИДе была создана «экспедиция для управления гольштинскими — ангальтцербстскими и эвернскими делами». В 1807 г. Александр I продал владение Эверланд Голландии. Эверланд, однако, не чета Русской Калифорнии. Через два года после открытия золота в бывшем Форт-Россе американцы начали строить самую дорогостоящую и самую прибыльную железную дорогу в мире, через Панаму к Карибскому морю, для перевозки золота из Калифорнии в Штаты. Историки подсчитали, что каждая миля железнодорожного полотна, проложенного через Панамский перешеек, обошлась в 150 тыс. долларов.

Перейти на страницу:

Все книги серии Наша история

Быт и нравы царской России
Быт и нравы царской России

В этой книге представлена дворцовая жизнь русских царей, обычаи и быт царских дворов и русского народа с древнейших времен до начала XX века, включая правление последнего царя.Вместе с рассказом о национальных традициях, обрядах и обычаях в книге широко представлена тема нравственного состояния русского общества, что особенно актуально в наше непростое время, когда в стране отмечается падение нравственности.Сейчас нам как никогда важно знать, какими мы были, чтобы понять, какие мы есть и почему такими стали. Это позволит нам не повторять ошибок наших предков и не чувствовать себя изгоями при интеграции в сообщество цивилизованных стран.В книге также можно найти сведения об армии, торговле, государственном устройстве, религиозных отношениях и т. д., а материал книги расположен так, что позволяет легко найти ту информацию, которая интересует читателя.Книга содержит обширный тематический материал и предназначена для самого широкого круга читателей, в том числе и студентов.«Наше древнее общество ...сложилось путем непосредственного нарождения, без участия каких-либо пришлых, чуждых ему элементов. Варяжское вторжение, изгнание распустилось в нашем быту, как капля в море, почти не оставив следа. Своеобразная сила нашего быта так велика, что самая реформа и можно сказать революция Петра оказалась во многом совершенно бессильною».«Идея самостоятельности, нравственной независимости была нераздельна с идеей самовластия, а еще ближе, с идеей самоволия и своеволия. Вот почему мы, люди другого времени и других понятий о законах нравственности, не имеем права слишком строго судить об этом неизмеримом и безграничном своеволии и самовластии, которое так широко господствовало в нашем допетровском и петровском обществе, и особенно мало имеем права осуждать за это отдельные, а тем более исторические личности, которые всегда служат только более или менее сильными выразителями идей и положений жизни своего общества... Своеволие и самовластие в ту эпоху было нравственною свободою человека; в этом крепко и глубоко был убежден весь мир-народ; оно являлось общим, основным складом жизни».И.Е. Забелин о российской самобытности

Валерий Георгиевич Анишкин , Людмила Валерьевна Шманева

Культурология
Русь и ее самодержцы
Русь и ее самодержцы

Настоящая книга, по сути своей, является справочником, содержит выверенные сведения о возникновении Руси и ее становлении как государства и знакомит читателя с концепциями выдающихся российских историков, в числе которых Н.М. Карамзин, Н.И. Костомаров, С.М. Соловьев, В.О. Ключевский и др.В кратком изложении даны наиболее заметные и значительные события, происходившие на земле русской, например, татарская неволя, семибоярщина, польская интервенция, восстание декабристов и др.Основу книги составляет краткое (справочное) описание периода правления каждого из восьмидесяти самодержцев от Рюрика до Николая II Романова в хронологическом порядке. Кроме того, она снабжена таблицами с генеалогическим древом Рюриковичей и Романовых.Книга предназначена школьникам, студентам, а также всем, кто интересуется историей России.

Валерий Георгиевич Анишкин

История / Образование и наука
Все могло быть иначе. Альтернативы в истории России
Все могло быть иначе. Альтернативы в истории России

Могла ли история России сложиться иначе? В книге повествуется о некоторых «развилках» на историческом пути России, ситуациях выбора из нескольких возможных сценариев, когда судьба нашего Отечества могла обрести другую траекторию. Противостояние Державности и Свободы, спор альтернатив и значимость «исторической случайности», роль исторических личностей, границы «пространства возможного», цена выбора — все это подается в историко-публицистическом контексте. Автор стремится перешагнуть через стереотипы исторического сознания, спровоцировать читателя на размышления, показать, что всякая история — это еще и набор альтернатив, что у России нередко был выбор, возможность хотя бы на время разомкнуть круг чередования реформ и контрреформ, свободы и «казармы», рывков вперед и провалов в прошлое. Для широкого круга читателей.

Владимир Николаевич Шевелев

Фантастика / История / Альтернативная история / Образование и наука

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии