Я находился в командировке в Белгороде на той неделе, когда два известных банка - «Росбанк» и «Сосьете Женераль» - сливались в единый. Всех клиентов, в том числе и меня, предупредили, что никакие операции по счетам производиться не будут, включая операции с пластиковыми картами. Сначала я получил официальное письмо, а затем смс-напоминание о предстоящем недельном прерывании обслуживания. Банк просил заранее спланировать и произвести все необходимые операции. В эту самую неделю со мной происходит событие, мне совершенно несвойственное, а именно: я теряю пластиковую карту. В памяти не остается абсолютно никаких воспоминаний по поводу того, где и при каких обстоятельствах это могло произойти.
Вернувшись в Москву, я первым делом отправляюсь в банк, где мне говорят, что ни прием заявления по восстановлению карты, ни получение наличных с моего счета произвести возможности нет. Таким образом, я остаюсь без гроша в кармане на протяжении недели.
Что же произошло? Впоследствии, разбирая этот случай, я пришел к выводу, что выбрал для себя роль беспомощного ребенка, без денег, без обязанностей и ответственности. Я не мог ни купить продукты, ни заплатить по счетам. Я оказался в ситуации, где виноват был кто-то другой, а я играл такую сладкую и удобную роль жертвы, которая может безнаказанно делать вид, что «я бы и рад, да вот только денег нет».
Позвонив маме и рассказав ей о случившемся, я получил максимум удовольствия, слушая ее причитания по поводу того, как же ее бедненький сынок там, в этой далекой и жестокой Москве, без денег. Симптоматично, что ситуация с потерей пластиковой карты произошла в период моего собственного психоанализа, когда усиленно прорабатывалась патологическая связь с матерью.
Первая дочка подросла, ей было около четырех лет. Няня была найдена, и вот я приступила к поиску работы. Так как перерыв получился немаленький, а заработную плату хотелось побольше и должность поинтереснее, мои поиски затянулись. Еще и работодатели не спешили брать девушек с перерывом в стаже в пять лет. И вот после многих походов на собеседования, мы понравились друг другу. Я и моя работа! Единственный минус был в том, что должность совмещала в себе две функции, а доплата была частичной. Были и плюсы, и я так хотела выйти на работу, что даже нарисовала их себе больше, чем их было в действительности. Я была уверена, что я очень хочу идти работать в это место. Мне назначили день для оформления, помню, как сейчас, что это был понедельник. И вот в субботний день я начала собирать документы, диплом, паспорт и трудовую я носила и на первую встречу. Они лежали вместе, как мне казалось. При проверке не оказалось трудовой книжки.
Трудовой не было нигде! Я была приучена с детства к порядку на полках в папках и в документах, но не могу найти ее. Обыск был проведен во всей квартире. На призыв о помощи пришла моя мама и нашла этот документ в той сумке, с которой я и ходила на собеседование. Там был внутренний маленький потайной кармашек, он идет вдоль стенки жесткой кожаной сумки, так что почувствовать, что там есть что-то внутри невозможно.
Мама мне, безусловно, помогла с поисками пропажи.
Но с этой работы я ушла через полгода, найдя позже отличное место, где при оформлении ничего не терялось, все было на местах, когда надо. Конечно, очевидно, что на первое место работы я идти не хотела и, видимо, и не должна была.
После того как мы с моим бывшим мужем стали жить отдельно и уже было окончательно ясно, что наш брак закончился и пути назад нет, мы решили продать нашу общую квартиру. Для этого ее нужно было сначала приватизировать. А для приватизации (мы делали это в равных долях на всех членов семьи, включая детей) мне нужно было взять справку о том, что я никакую недвижимость не приватизировала ранее. Справка нужна была за большой период, включая те годы, когда у меня была еще девичья фамилия. Мне нужно было предъявить свидетельство о браке как документ о смене фамилии. Я точно знала, что свидетельство о браке находится у меня (а не у мужа), потому что помнила, когда и зачем брала его в последний раз, и была на 100 % уверена, что положила его обратно. Я не смогла его найти. Я перебрала стопку с документами несколько раз. Внимательно. Тщательно. Поискала в других возможных местах. Муж поискал у себя. Я снова поискала в той стопке документов, в которой оно должно было быть. Его там не было.
Я нашла копию, и этого оказалось достаточно для получения нужной справки. К поискам свидетельства я возвращалась еще несколько раз -безрезультатно. Спустя примерно год или полтора мы решили оформить развод официально. Это была моя инициатива, бывший супруг не возражал. Я уже настроилась на то, что придется ехать в тот ЗАГС, где проходило наше бракосочетание (в другом городе) и оформлять дубликат свидетельства о браке. Но решила на всякий случай поискать его еще раз. Удивительно, я нашла его в той самой стопке документов, на той самой полке, где искала так много раз. Оно было вложено в диплом, который я получила тем же летом, когда мы поженились.
Александр Григорьевич Асмолов , Дж Капрара , Дмитрий Александрович Донцов , Людмила Викторовна Сенкевич , Тамара Ивановна Гусева
Психология и психотерапия / Учебники и пособия для среднего и специального образования / Психология / Психотерапия и консультирование / Образование и наука