Серьёзное чтение

Лестницы. Либретто мюзикла
Лестницы. Либретто мюзикла

О взлетах и падениях. О том, что завтра ты можешь кубарем полететь вниз по социальной лестнице или подняться на ее вершину. Сегодня ты – Царь, завтра – Червь. Эта история о нас – людях. О нашей индивидуальности и о нашей общности. О том, что мы не похожи друг на друга. Каждый из нас уникален и неповторим, но одновременно мы являемся толпой. Толпой глупой и безрассудной, готовой поверить первому же, пообещавшему ей золотые горы, и также быстро в нем разочароваться, готовой осудить того, кто не похож на нас – того, кто отказывается жить по нашим правилам, нарушая их, – а потом сожалеть. Герои этого мюзикла среди нас. Оглянитесь: мы и есть герои. Обратите внимание на название одной из сцен: «Соло Толпы». Разве у Толпы может быть соло?

Shy Hyde , Shy Hyde (Юлия Шестакова)

Поэзия / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия
Машенька. Подвиг
Машенька. Подвиг

Книгу составили два автобиографических романа Владимира Набокова, написанные в Берлине под псевдонимом В. Сирин: «Машенька» (1926) и «Подвиг» (1931). Молодой эмигрант Лев Ганин в немецком пансионе заново переживает историю своей первой любви, оборванную революцией. Сила творческой памяти позволяет ему преодолеть физическую разлуку с Машенькой (прототипом которой стала возлюбленная Набокова Валентина Шульгина), воссозданные его воображением картины дореволюционной России оказываются значительнее и ярче окружающих его декораций настоящего.В «Подвиге» тема возвращения домой, в Россию, подхватывается в ином ключе. Переосмыслив в книге модель классического «романа воспитания», Набоков наделяет своего трогательного героя некоторыми собственными чертами и обстоятельствами. Выпускник Кембриджа с цветочным именем Мартын Эдельвейс, еще один русский беженец за границей, мечтает совершить что‑то исключительное. Он путешествует по Европе и тщетно ищет применения своим способностям. Никогда не оставлявшее его смутное стремление постепенно обретает очертания, и он решается на подвиг, подобный мифическому сошествию в Аид – перейти границу возможного и вернуться в собственное русское детство.

Владимир Владимирович Набоков

Классическая проза ХX века / Прочее / Классическая литература
Словами по живому
Словами по живому

Поэзия может быть грубой. Поэзия может быть жестокой. Она так же может обнажать самые непривлекательные стороны человеческого естества. Собрав свои стихи в сборник, я надеюсь, что каждый читатель, получит от прочтения, именно те эмоции, которые будут ему необходимы. Я совсем не фаталист, но идея своевременности происходящего, мне очень близка. Именно поэтому, я хотела бы, что бы мои стихи, лечили, а может и калечили, именно в нужный момент, для каждого из вас.Однажды мне сказали, что своими рифмами, я буквально, ломаю рёбра, что так писать нельзя, потому что поэзия, это то, что должно лечить, но я чётко убеждена, что спектр удовольствия, крайне безграничен, именно поэтому я пишу так, как чувствую, так, как вижу и слышу этот несовершенный мир.Иллюстрации, к каждому стихотворению, рождаются ассоциативно, после написания текста, так я предлагаю, вам, увидеть написанное, моими глазами.Это будет увлекательное путешествие, дорогой читатель, обещаю.Содержит нецензурную брань.

Мадина Ахмедовна Гантемирова

Поэзия / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия