Читаем А хвост тебе к лицу, Гарри! (СИ) полностью

-Ну вот, тишина, спокойствие. Просто рай, – улыбался Гарри, проходя по апартаментам. – Нужно будет тут прибраться, а то после моего эксперимента в лаборатории просто кошмар.

Зайдя в спальню, юноша положил свою сумку на кресло, снял мантию и слегка ослабил галстук.

- Ну всё, теперь нужно перекинуться. Я же так долго к этому шел, – Гарри закрыл глаза и сосредоточился, он представил себе Мехаса: какая у него шерстка, какие глаза, услышал его мурчание, которое слилось с его собственным.

Секунда – и, открыв глаза, юноша понимает, что мир изменился. Всё стало очень большим, очень четким. Запахи, звуки, шорохи наполнили комнату, превратив ее в какофонию необычных чувств, обостренных кошачьей природой.

- Поздравляю! – раздалось где-то рядом. Гарри подпрыгнул, резко обернулся и застыл. Он стоял напротив зеркала, в котором отражался не мальчик с ушками и хвостом, а довольно крупный, но миленький черный котёнок с яркими изумрудными глазами и розовым носиком.

- Это я? – произнёс Гарри.

- Ты. А кто ещё? – снова этот голос, такой знакомый.

- Мехас? А где ты?

- Ну, а кто ещё? Или ты ждал кого-то? Я в твоей голове, ну точнее, в душе, теперь мы едины.

- Нет, тебя ждал. Я рад, это такое странное ощущение – единство. Как долина Дев?

- А ты откуда знаешь?

- Говорил с Бастет.

- Понятно, мама вечно не может держать язык за зубами, – ворчливо произнёс Мехас, – Да, единение – это здорово, в нашем мире такие, как мы с тобой, большая редкость.

- Это грубо так говорить о маме, – отчитал Мехаса Гарри, – А почему редкость?

- Потому что очень мало кто может найти своё земное отражение.

- Ясно, Мехас, а если я сейчас вернусь в прежнюю форму, то не смогу говорить с тобой?

- Нет, не сможешь. Ведь я – твоя анимагическая форма, а не вторая душа. Мы разные, но две части одного целого. Если хочешь говорить со мной, то это только во сне или в форме кота. Можем погулять ночью по замку и поболтать.

- Боюсь, меня Снейп опять поймает и под холодную воду запихнёт, – обиженно произнёс Гарри.

- Поймает? Ах, да, мама что-то говорила про то, что ты нашел потенциальную пару. Ладно, тогда ночью поговорим и разберёмся во всем.

- Хорошо. Пока, Мехас, – с этими словами Гарри вернул себе прежнюю форму. Слегка пошатываясь от усталости, он сел на кровать.

- М-да, что-то уж больно много сил уходит на обращение. Так, у меня сейчас что? – парень полез за расписанием. – Зелья. Не радует. Надеюсь, Гермиона и Рон мне помогут, но сначала – в больничное крыло. Может, Мадам Помфри даст бодрящего. Да, пора, наверное, себе наварить необходимых зелий.

До больничного крыла Гарри дошел медленно, но уверенно, и на этом его силы закончились. Переступив порог лазарета, юноша рухнул на пол, как подкошенный. Хорошо, что Мадам Помфри в этот момент как раз вышла задвигать ширмы. Гарри был тут же перемещен на ближайшую кровать, просканирован и напичкан кучей зелий, а к зельевару побежал первокурсник, проходивший мимо, с запиской, что его подопечный в больничном крыле.

====== Глава 7 ======

Северус влетел в лазарет подобно черному смерчу, от потоков воздуха его мантия развевалась, создавая ещё более зловещее впечатление.

- Что с ним!? – опустив приветствие, спросил зельевар, подойдя к медведьме.

- Ох, Северус, ты меня напугал, – обернувшись, всплеснула руками женщина, – С мистером Поттером не произошло ничего страшного, просто сильное магическое истощение. К вечеру очнётся и, в зависимости от того, как быстро восстановится его магия, можно будет говорить о возвращении к учебе.

- Ясно, – сквозь зубы прорычал мужчина, – Его можно увидеть?

- Да, конечно. Он за той ширмой.

- Спасибо, мадам Помфри, – зельевар стрелой устремился к ширме, за которой лежал юноша.

Гарри был очень бледен, его ушки поникли, а хвост безжизненно свисал с кровати.

- Поттер, чтоб тебя мантикора поцеловала взасос!!! Во что ты опять умудрился влезть?! Стоит тебя оставить на пять минут, и ты тут же находишь себе приключения на..на… на хвост! – ругался мужчина, осматривая парня. Он, конечно, доверял медведьме, но лишний раз убедиться не помешает, потом он осторожно нащупал вену и взял крови, чтобы провести свои собственные анализы. – Молись, чтобы всё дело было в зелье, – опасно прошипел зельевар и покинул лазарет.

Солнце клонилось к закату, уроки были закончены, и у Мастера зелий наконец-то нашлась свободная минутка на исследования крови гриффиндорца. Он ещё раз наведался в лазарет, где мадам Помфри лишь развела руками, сказав, что Поттер ещё не очнулся, и спустился в свою личную лабораторию. Три часа, три часа он убил на кучу различных опытов и экспериментов и всё впустую! Зелье, что выпил парень, было сварено верно, иначе в крови нашлись хотя бы его следы.

- И почему вечно Поттер!? – сокрушался риторическим вопросом мужчина, – Вечно эта заноза? И почему именно мне приходится разбираться с последствиями? – Снейп зашел в комнату парня, думая, что, может, там найдет подсказки, объясняющие состояние Гарри. Но подсказок не было, зато была толстая и старинная книга.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика