Читаем Английский с улыбкой. Брет Гарт, Стивен Ликок. Дефективный детектив полностью

If I add to this fact that so thick a fog hangs over it (если я добавлю к этому тот факт, что над ним висит такой густой туман) that it is entirely hidden from sight (что полностью скрывает его от глаз; to hide), my readers can form some idea of the majesty of the scene (мои читатели смогут представить себе /все/ величие этой картины; to form – придавать форму, формировать; создавать, формулировать; idea – мысль; представление, понятие).

* * *

We had now been three days at sea (мы уже три дня в /открытом/ море). My first sea-sickness was wearing off (первые /приступы/ морской болезни /понемногу/ прошли; to wear off – уменьшаться, проходить), and I thought less of father (и я уже меньше думал об отце).

On the third morning Captain Bilge descended to my cabin (на третье утро ко мне в каюту спустился капитан Днище).

“Mr. Blowhard,” he said, “I must ask you to stand double watches (мистер Трепло, – сказал он, – я должен просить вас отстоять две вахты подряд).”

“What is the matter?” I inquired (а в чем дело? – осведомился я).


If I add to this fact that so thick a fog hangs over it that it is entirely hidden from sight, my readers can form some idea of the majesty of the scene.

We had now been three days at sea. My first sea-sickness was wearing off, and I thought less of father.

On the third morning Captain Bilge descended to my cabin.

“Mr. Blowhard,” he said, “I must ask you to stand double watches.”

“What is the matter?” I inquired.

“The two other mates have fallen overboard (двое других помощников упали за борт),” he said uneasily, and avoiding my eye (сказал он, смущаясь и избегая моего взгляда; uneasily – неудобно; неловко, смущенно; eye – глаз, око; взгляд, взор).

I contented myself with saying “Very good, sir (я ответил лишь: «Очень хорошо, сэр»; to content oneself – довольствоваться),” but I could not help thinking it a trifle odd (но не мог не подумать, что это немного странно; one can’t help doing smth. – нельзя удержаться, чтобы не сделать чего-либо; a trifle – слегка, немножко) that both the mates should have fallen overboard in the same night (что оба помощника выпали за борт в одну и ту же ночь).

Surely there was some mystery in this (несомненно, в этом крылась какая-то тайна).

Two mornings later the Captain appeared at the breakfast-table (двумя днями: «утрами» спустя капитан появился к завтраку: «к столу с завтраком») with the same shifting and uneasy look in his eye (с таким же смущенным выражением /лица/ и бегающим взглядом; to shift – перемещать/ся/, передвигать/ся/; look – взгляд; выражение; eye – глаз, око; взгляд).

“Anything wrong, sir?” I asked (что-то не так, сэр? – спросил я).


Перейти на страницу:

Все книги серии Метод чтения Ильи Франка [Английский язык]

Похожие книги

Агония и возрождение романтизма
Агония и возрождение романтизма

Романтизм в русской литературе, вопреки тезисам школьной программы, – явление, которое вовсе не исчерпывается художественными опытами начала XIX века. Михаил Вайскопф – израильский славист и автор исследования «Влюбленный демиург», послужившего итоговым стимулом для этой книги, – видит в романтике непреходящую основу русской культуры, ее гибельный и вместе с тем живительный метафизический опыт. Его новая книга охватывает столетний период с конца романтического золотого века в 1840-х до 1940-х годов, когда катастрофы XX века оборвали жизни и литературные судьбы последних русских романтиков в широком диапазоне от Булгакова до Мандельштама. Первая часть работы сфокусирована на анализе литературной ситуации первой половины XIX столетия, вторая посвящена творчеству Афанасия Фета, третья изучает различные модификации романтизма в предсоветские и советские годы, а четвертая предлагает по-новому посмотреть на довоенное творчество Владимира Набокова. Приложением к книге служит «Пропащая грамота» – семь небольших рассказов и стилизаций, написанных автором.

Михаил Яковлевич Вайскопф

Языкознание, иностранные языки
Нарратология
Нарратология

Книга призвана ознакомить русских читателей с выдающимися теоретическими позициями современной нарратологии (теории повествования) и предложить решение некоторых спорных вопросов. Исторические обзоры ключевых понятий служат в первую очередь описанию соответствующих явлений в структуре нарративов. Исходя из признаков художественных повествовательных произведений (нарративность, фикциональность, эстетичность) автор сосредоточивается на основных вопросах «перспективологии» (коммуникативная структура нарратива, повествовательные инстанции, точка зрения, соотношение текста нарратора и текста персонажа) и сюжетологии (нарративные трансформации, роль вневременных связей в нарративном тексте). Во втором издании более подробно разработаны аспекты нарративности, события и событийности. Настоящая книга представляет собой систематическое введение в основные проблемы нарратологии.

Вольф Шмид

Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука