Читаем Английский с улыбкой. Брет Гарт, Стивен Ликок. Дефективный детектив полностью

I softly felt your pockets, when you were asleep, for further developments. I embraced you when you left – that I might feel if you had the cigar case or any other articles hidden on your body. This confirmed me in the belief that you had already disposed of it in the manner and for the purpose I have shown you. As I still believed you capable of remorse and confession, I twice allowed you to see I was on your track: once in the garb of an itinerant negro minstrel, and the second time as a workman looking in the window of the pawnshop where you pledged your booty.”

“But,” I burst out, “if you had asked the pawnbroker (но, – вскричал я, – если бы вы спросили /самого/ ростовщика), you would have seen how unjust (то поняли бы, насколько несправедливы; to see – видеть; понимать)” —

“Fool!” he hissed (глупец! – прошипел он), “that was one of YOUR suggestions – to search the pawnshops (это было одним из ваших предложений – искать в ломбардах)! Do you suppose I followed any of your suggestions, the suggestions of the thief (вы полагаете, я последовал вашим советам, советам вора)? On the contrary, they told me what to avoid (напротив, они указали мне, чего не нужно делать: «чего избегать»; on the contrary – наоборот; to tell – рассказывать; велеть, указывать).”

“And I suppose,” I said bitterly (как я полагаю, – сказал я с горечью), “you have not even searched your drawer (вы еще даже не обыскивали ящик своего стола)?”

“No,” he said calmly (нет, – сказал он спокойно).

I was for the first time really vexed (впервые я по-настоящему рассердился). I went to the nearest drawer and pulled it out sharply (я подошел к ближайшему ящику и резко его выдвинул). It stuck as it had before, leaving a part of the drawer unopened (он застрял, как и раньше, оставив часть ящика неоткрытой; to stick – втыкать, вонзать; приклеивать; липнуть; завязнуть, застрять).


“But,” I burst out, “if you had asked the pawnbroker, you would have seen how unjust” —

“Fool!” he hissed, “that was one of YOUR suggestions – to search the pawnshops! Do you suppose I followed any of your suggestions, the suggestions of the thief? On the contrary, they told me what to avoid.”

“And I suppose,” I said bitterly, “you have not even searched your drawer?”

“No,” he said calmly.

I was for the first time really vexed. I went to the nearest drawer and pulled it out sharply. It stuck as it had before, leaving a part of the drawer unopened.

Перейти на страницу:

Все книги серии Метод чтения Ильи Франка [Английский язык]

Похожие книги

Агония и возрождение романтизма
Агония и возрождение романтизма

Романтизм в русской литературе, вопреки тезисам школьной программы, – явление, которое вовсе не исчерпывается художественными опытами начала XIX века. Михаил Вайскопф – израильский славист и автор исследования «Влюбленный демиург», послужившего итоговым стимулом для этой книги, – видит в романтике непреходящую основу русской культуры, ее гибельный и вместе с тем живительный метафизический опыт. Его новая книга охватывает столетний период с конца романтического золотого века в 1840-х до 1940-х годов, когда катастрофы XX века оборвали жизни и литературные судьбы последних русских романтиков в широком диапазоне от Булгакова до Мандельштама. Первая часть работы сфокусирована на анализе литературной ситуации первой половины XIX столетия, вторая посвящена творчеству Афанасия Фета, третья изучает различные модификации романтизма в предсоветские и советские годы, а четвертая предлагает по-новому посмотреть на довоенное творчество Владимира Набокова. Приложением к книге служит «Пропащая грамота» – семь небольших рассказов и стилизаций, написанных автором.

Михаил Яковлевич Вайскопф

Языкознание, иностранные языки
Нарратология
Нарратология

Книга призвана ознакомить русских читателей с выдающимися теоретическими позициями современной нарратологии (теории повествования) и предложить решение некоторых спорных вопросов. Исторические обзоры ключевых понятий служат в первую очередь описанию соответствующих явлений в структуре нарративов. Исходя из признаков художественных повествовательных произведений (нарративность, фикциональность, эстетичность) автор сосредоточивается на основных вопросах «перспективологии» (коммуникативная структура нарратива, повествовательные инстанции, точка зрения, соотношение текста нарратора и текста персонажа) и сюжетологии (нарративные трансформации, роль вневременных связей в нарративном тексте). Во втором издании более подробно разработаны аспекты нарративности, события и событийности. Настоящая книга представляет собой систематическое введение в основные проблемы нарратологии.

Вольф Шмид

Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука