Диля медленно, как под гипнозом, тушит тонкую сигаретку в безупречно чистой чашке Петри (ещё одна добыча, выпросила у бактериологов), и тут... и тут взгляд её падает на охотящуюся за окном кошку. «Мыши, наверно... Крысы...» – проносится у неё в голове...
– Я давно вам говорила, Любовь Алексеевна, – у нас крысы! – победно выпрямляет спинку Диля.
– Крысы? Какие ещё...? Почему курим, я спрашиваю!!
– Я захожу – под столом во-от такая крыса! Я в шоке, естественно. Но не бегать же за ней по отделению. Решила выкурить!
– Как?
– Как всегда крыс выкуривают! Вы что, не знаете?
– Знаю, конечно! – возмутилась Казакова. Слов «я не знаю» она старалась не произносить. Тем более на работе. Тем более при Диле. – Знаю, но здесь... Здесь нужна другая методика... И что значит «давно вам говорила»? – взвилась она под самый потолок. – Получается, я была в курсе и не принимала мер?!
Диля поняла, что это её «говорила» было ошибкой и снова опустила плечи. Теперь ей точно несдобровать. Ох!
– Никто мне этого не говорил. Никто! – подчеркнула старшая. – Попрошу со мной, – вдруг сказала она спокойно (о, Диля знала это зловещее спокойствие!), и они отправились в «информационный рейд» по палатам – «Мыши, крысы – имеются?».
– Мышей, крыс – не имеется! – по-солдатски бодро ответила Люся.
Казакова глянула на неё косо.
– В понедельник вызываю санэпидстанцию. Как раз и рабочих во второй до обеда не будет... – напомнила Казакова уже самой себе, продолжая с каким-то неудовлетворением вглядываться в Люсю. – Начнём с вашей секции, прямо с утра!
– Но ведь их не имеется, – повторила Люся.
Диля ощерилась.
– Имеются!
– Будем бороться, – резюмировала Казакова. И они удалились – одна улетела, другая уползла.
– Будут бороться...– расстроилась Яна. – А мы что будем делать?
– Что да что... Придумаем что-нибудь! Сегодня только пятница, до понедельника времени – вагон. Завтра мы с Гошей, правда, уходим...
– Куда?
– Туда. На выходные уходим, вот куда. Врачей не будет, процедур не будет – чего здесь сидеть? Тебя ведь тоже заберут – или?..
– Или, – вздохнула Яна.
Ей ужасно захотелось пожаловаться – на всё, на всех. На то, что и в выходные она здесь останется, на то, что даже позвонить не получается – после какой-то «оздоровительной» передачи мама окончательно уверилась во вреде сотовой связи! Яне даже кулончик с часами был куплен, чтобы она время не по телефону смотрела. Позвонить можно тёте Наташе. Но смысл?..