Как понять, чему соответствуют образы «храма и поклоняющихся в нем» и «внешнего двора»? Идет ли речь о каких-то определенных частях Иерусалимского храма? Отметим прежде всего, что повествование Апокалипсиса нигде не сосредотачивается на деталях здания Иерусалимского храма. В этом проявляется отличие от одного из главных ветхозаветных прототипов Апокалипсиса – книги пророка Иезекииля, где большое внимание уделено точным измерениям всех частей Храма/Святилища.
Все прочие случаи употребления слова «храм»/ναός в тексте Апокалипсиса говорят не о земном храме, а о небесном[280]
. Приведем показательную цитату.«Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он уже не выйдет вон» (Откр 3:12). Из этого обетования становится очевидно, что Иоанн имеет в виду не
При толковании храма как общины верующих, его «измерение» полностью соответствует символике «запечатления» верных, которое было описано в Откр 7. И в Откр 7:3–8 (повествовании между видениями 6-й и 7-й печатей), и в Откр 11:1 (повествовании между видениями 6-й и 7-й труб) изображаемые действия символизируют владычество и покровительство Божие, а также дарование верующим духовной защиты.
А что означает «исключение» внешнего двора храма? В качестве ориентира отметим историческую деталь, что внешний двор Иерусалимского храма был доступен для вхождения язычников, но вход во внутренний двор был для них закрыт. Есть два основных толкования, исходящие из разного понимания «двора»:
1) Если взять за основу тот факт, что внешний двор находился «снаружи», то можно предположить, что не измеряются те, кто своими поступками ставит себя вне Церкви – то есть это люди, противящиеся вере, и явные грешники. Подобное понимание высказано у древних толкователей Апокалипсиса.
2) Однако, по мнению библеистов, такое отрицательное понимание внешнего двора не есть единственно возможное – двор тоже принадлежит храмовому комплексу, он тоже освящен присутствием Божиим. Поэтому двор можно считать некоей внешней стороной Церкви. Это можно пояснить так: составляющие Церковь люди не являются неуязвимыми для зла, они могут претерпеть общие для всех людей испытания, например, в материальной, социальной сфере, в сфере здоровья. Это и обозначено «попранием внешнего двора» храма.
Но Иоанн заверяет, что никакие испытания не смогут затронуть главного, самого сокровенного, самого глубинного. Посреди всех внешних трудностей, внутренняя сущность верующих остается незыблемой, – они являют собой «храм», Бог открывает Себя им, Его союз с ними остается нерушим. Эту же идею передают замечательные и решительные слова апостола Павла: «Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? как написано: за Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, обреченных на заклание. Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас» (Рим 8:35–37).
Отметим, что идея о соединении внешних испытаний и внутренней духовной неприкосновенности полностью соответствует двум качествам данной Иоанну книжки Откр 10 (ее «горечи» и «сладости»), а также распространенным пониманием «великого множества» Откр 7 как Церкви в ее «земном» и «небесном» измерениях.
Тема 4. Общее рассмотрение повествования Откр 11 о «двух свидетелях» – пророках
Измерение храма сменяется в Откр 11 следующим повествованием – рассказывается более подробная история, действие которой также должно происходить в срок 1260 дней. Это эквивалентно 42 месяцам, когда язычники попирают святой город.
Перед нами появляются новые герои – «И дам двум свидетелям Моим, и они будут пророчествовать тысячу двести шестьдесят дней, будучи облечены во вретище. Это суть две маслины и два светильника, стоящие пред Богом земли» (Откр 11:3–4). Вот люди, которые услышали призыв Божий и решили открыть себя Ему. Два свидетеля получают миссию пророков – в дальнейшем повествовании они прямо названы пророками (Откр 11:10). Тема пророчества органично соединяет новых героев с предыдущим видением Откр 10 – в Откр 10:11 Иоанн был призван пророчествовать о многих народах, а в Откр 11:3 пророческое служение продолжают два свидетеля.