Читаем Быть женщиной: возвращение к себе. Уникальность – вне правил полностью

В этом смысле мне повезло. Первые 18 лет жизни я росла под сенью любви своих родителей – любви очень романтичной, яркой, хотя и непростой. Их отношения очень стремительно перешли от знакомства к созданию семьи, и долгое время для меня такая скорость развития союза была даже не образцом, а совершенно естественной нормой, которую я для себя вообще не переосмысливала, – ведь это были «воздух и вода», в которых я выросла. Влияние родительской семьи на личную жизнь человека поистине колоссально… На своем опыте я ощутила это неоднократно.

В 16 лет я встретила свою первую любовь и – теперь, зная мой семейный бэкграунд, читательница не удивится, – на первую «годовщину» наших отношений мы купили обручальные кольца и стали их носить. Несколько раз возлюбленный (он был старше меня всего на год) делал мне предложение в такой формулировке: «Ты выйдешь за меня замуж… лет через пять?» Я всегда отвечала «да», а он спрашивал снова. Вспоминаю это сейчас и улыбаюсь. Такая романтика!

В силу возраста мы, конечно, еще не могли жить вместе (хотя активно думали о том, как бы поскорее это устроить), но предложение о браке словно являлось подтверждением наших чувств друг к другу и желания быть вместе…

Однако, как это часто бывает с первой любовью, через пару лет мы сняли свои обручальные кольца… Несмотря на эмоциональную близость и насыщенность отношений, стали проявляться разные направления роста. Я поступила на журфак, а мой возлюбленный отказался от получения высшего образования, чтобы поскорее начать зарабатывать. Стали нарастать различия в интересах. При всем эмоциональном комфорте для меня оказалось критично важным разделять свои интеллектуальные запросы с партнером. Опять же довлел семейный пример: родители часто ходили вместе на выставки, в театр, рекомендовали друг другу книги, обсуждали фильмы и политику… В моем сознании семья обязательно связана с постоянным интеллектуальным обогащением. Так что эти отношения, увы, подошли к концу. Хоть они и не были супружескими, но я упомянула о них здесь для иллюстрации того, как рано начинают влиять на нас примеры и установки, вынесенные из родительского дома. По мере взросления может возникнуть серьезная необходимость в переосмыслении семейных сценариев и проработки этого «багажа» с психологической точки зрения.

Но до того, как я это поняла, прошло еще много лет…

Через полгода после расставания со своей первой любовью я встретила мужчину на 6 лет старше. Сейчас, конечно, забавно вспоминать, как в свои 19 лет я воспринимала его взрослым мужчиной! Но тогда-а-а!.. Еще бы! Он крутился в «серьезном» мире (работал в банке) и был настроен на создание семьи.

В тот год мои родители как раз вошли в острую стадию расставания. Это был «турбулентный» период для всех нас, и я неосознанно хотела отгородиться от родителей, чтобы не видеть, не чувствовать происходящего между ними, не участвовать в этой драме… Неправда, что выросшие дети переносят развод родителей легко, – это никогда не бывает чем-то далеким и неважным, даже если у тебя уже своя взрослая или почти взрослая жизнь.

В общем, более подходящего момента и придумать было нельзя: когда через две недели после знакомства (!) мой новый бойфренд спросил, выйду ли за него, – конечно, я согласилась!.. Ведь это было романтично, спасительно и полно надежд. А когда рушатся твои идеалы – надежда очень нужна. «Поспешное решение», – наверное, скептически подумает читательница? Но у меня перед глазами почти 20 лет был родительский пример с не менее стремительным развитием событий. И я еще не начала самостоятельно анализировать их историю…

Через полгода после нашей свадьбы начались предсказуемые сложности.

Я училась на втором курсе журфака, работала в журналистике и строила амбициозные планы в связи с профессией. А муж все чаще заговаривал о том, чтобы родить ребенка, взять машину в кредит и квартиру в ипотеку. Так делали многие его друзья и коллеги.

Меня его предложения втайне ужасали: мы ведь еще мир не видели! Я к тому времени за границей была только один раз, у нас было недостаточно денег, даже просто чтобы выбраться в отпуск по России. Кроме того, мне хотелось доучиться спокойно, а потом и добиться чего-то в профессии!

Постепенно стала вырисовываться пугающая картина, которую мы не заметили вначале, поспешно перейдя к налаживанию домашнего уюта и подготовке к свадьбе: мы читали слишком разные книги, интересовались разными вещами, даже время нам нравилось проводить по-разному. И это были отличия, которые делали нас чужими, а не более интересными друг другу людьми.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Луис , Бернард Льюис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Иисус, прерванное Слово. Как на самом деле зарождалось христианство
Иисус, прерванное Слово. Как на самом деле зарождалось христианство

Эта книга необходима всем, кто интересуется Библией, — независимо от того, считаете вы себя верующим или нет, потому что Библия остается самой важной книгой в истории нашей цивилизации. Барт Эрман виртуозно демонстрирует противоречивые представления об Иисусе и значении его жизни, которыми буквально переполнен Новый Завет. Он раскрывает истинное авторство многих книг, приписываемых апостолам, а также показывает, почему основных христианских догматов нет в Библии. Автор ничего не придумал в погоне за сенсацией: все, что написано в этой книге, — результат огромной исследовательской работы, проделанной учеными за последние двести лет. Однако по каким-то причинам эти знания о Библии до сих пор оставались недоступными обществу.

Барт Д. Эрман

История / Религиоведение / Христианство / Религия / Эзотерика / Образование и наука
Андрей Рублев
Андрей Рублев

Давно уже признанная классикой биографического жанра, книга писателя и искусствоведа Валерия Николаевича Сергеева рассказывает о жизненном и творческом пути великого русского иконописца, жившего во второй половине XIV и первой трети XV века. На основании дошедших до нас письменных источников и произведений искусства того времени автор воссоздает картину жизни русского народа, в труднейших исторических условиях создавшего свою культуру и государственность. Всемирно известные произведения Андрея Рублева рассматриваются в неразрывном единстве с высокими нравственными идеалами эпохи. Перед читателем раскрывается мировоззрение православного художника, инока и мыслителя, а также мировоззрение его современников.Новое издание существенно доработано автором и снабжено предисловием, в котором рассказывается о непростой истории создания книги.Рецензенты: доктор искусствоведения Э. С. Смирнова, доктор исторических наук А. Л. ХорошкевичПредисловие — Дмитрия Сергеевича Лихачевазнак информационной продукции 16+

Валерий Николаевич Сергеев

Биографии и Мемуары / Православие / Эзотерика / Документальное