Читаем Чувак и мастер дзен полностью

3

Чувак, ты ведешь себя не по-чуваковски

Джефф: У контркультуры каждого поколения есть жаргонные словечки, обладающие поэтической мудростью: вкурить, улетный или грокать[20]. Еще одно такое слово — это карасс из романа «Колыбель для кошки» Курта Воннегута. Карасс — твоя семья в этой жизни, необязательно биологическая. В нее даже могут входить люди, которых ты терпеть не можешь, но вас что-то удерживает на одной орбите.

Слово «вкурить» означает больше, чем просто «понимать». Мне нравится вкуривать то, что происходит со мной в данный момент, нравится импровизировать с самим собой. Когда я напрягаюсь, то замечаю это и спрашиваю себя: «Ты точно хочешь быть напряженным? Ну, хорошо. Давай посмотрим, насколько сильно ты сможешь напрячься». Иногда эта игра увлекает меня до безумия. В актерской игре ты постоянно обманываешь самого себя, используешь воображение, чтобы достигнуть нужного эффекта. На самом деле для этого даже не нужно быть актером. Всегда можно играть со своим нынешним состоянием.

Но даже игра и эксперимент требуют практики. Подготовка очень важна для меня, особенно если я напрягаюсь или боюсь.


Берни: Практика играет важнейшую роль, если ты собираешься джемить с другими музыкантами, однако, когда вы начинаете джем, происходит то, к чему нельзя подготовиться. Все вдруг сдвигается — и возникает новая песня, новый рифф, и ты его подхватываешь, потому что это джем! Так бывает и в жизни. Я могу готовиться сколько угодно, но потом выхожу на улицу, поскальзываюсь на банановой кожуре и начинаю импровизировать!


Джефф: Жизнь будет подкидывать тебе повод за поводом, как это происходит с Чуваком. Справился с этим? Нá тебе еще! На него вываливается целая куча случайностей.

Если ты открыт, никаких проблем не будет. Взять, например, Орсона Уэллса. Много ли есть фильмов лучше, чем «Гражданин Кейн»[21]? Сколько ему было? Двадцать пять, когда он снимал это фильм? Боже! Грег Толланд, превосходный оператор-постановщик, тоже работал над съемками этого фильма. Орсон Уэллс даже пожелал, чтобы имя Грега появилось рядом с его именем в финальных титрах, настолько важной оказалась его роль в работе над фильмом. А Толланду ужасно нравилось, что Уэллс — новичок в кино и его воображение было таким живым. Уэллс ничего не знал о том, как нужно снимать. Я замечал подобное и за другими режиссерами-новичками. Они много импровизируют и пока не знают ограничений.

А еще интересно замечать, как разные люди, и я в том числе, реагируют на давление со стороны. Можешь себе представить, какое давление испытывает режиссер? Время и бюджет ограничены, каждый день приносит новую порцию проблем. Что мне делать? Никогда с таким не сталкивался. Сил все меньше и меньше.

Я снимался в одном фильме и еще перед читкой сценария сказал: «В последней сцене что-то не так, а она — кульминационная для моего персонажа». Режиссер и сценаристы согласились со мной и пообещали, что мы вместе все исправим ближе к съемкам. Но съемочный график не позволял. Съемка фильма похожа на приемное отделение скорой помощи: делаешь то, что свалилось на тебя в данный момент, а проблемы продолжают напирать. Тем не менее я не прекращал попыток достучаться до режиссера.

Когда мы подобрались ближе к съемкам той самой сцены в конце фильма, режиссер стала просто отмахиваться от меня, если я подходил к ней с этим вопросом. Что-то вроде: «Заткнись, Донни!» Будучи человеком с прекрасным чувством юмора, она дала мне кличку Принц Идей. Я расстроился. Как еще мне реагировать?

Часть проблемы в самом беспокойстве. Ты хочешь сделать как лучше, но если цель слишком мелкая, то тебя может одолеть беспокойство. Я часто пишу слово «бесцельно», когда прорабатываю свою роль по сценарию. Это помогает не сужать прицел настолько, чтобы начать промахиваться. Почти как с тем тренером по боулингу, который никак не мог бросить шар.

Итак, я все больше напрягался, а режиссер продолжала отмахиваться от меня. До съемок сцены оставалось несколько дней, я стал совсем плохо спать. Я просыпался посреди ночи и говорил себе: «Так, прекрати. Ты пытаешься выжать апельсиновый сок из яблока, найди уже какой-нибудь выход». Потом до меня дошло, что нужно попросить помощи у других людей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов
Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов

Новая книга знаменитого историка кинематографа и кинокритика, кандидата искусствоведения, сотрудника издательского дома «Коммерсантъ», посвящена столь популярному у зрителей жанру как «историческое кино». Историки могут сколько угодно твердить, что история – не мелодрама, не нуар и не компьютерная забава, но режиссеров и сценаристов все равно так и тянет преподнести с киноэкрана горести Марии Стюарт или Екатерины Великой как мелодраму, покушение графа фон Штауффенберга на Гитлера или убийство Кирова – как нуар, события Смутного времени в России или объединения Италии – как роман «плаща и шпаги», а Курскую битву – как игру «в танчики». Эта книга – обстоятельный и высокопрофессиональный разбор 100 самых ярких, интересных и спорных исторических картин мирового кинематографа: от «Джонни Д.», «Операция «Валькирия» и «Операция «Арго» до «Утомленные солнцем-2: Цитадель», «Матильда» и «28 панфиловцев».

Михаил Сергеевич Трофименков

Кино / Прочее / Культура и искусство