— Дорогая, скажи мне честно. Неужели другие девушки действительно носят подобные вещи? — она подняла с ближайшей полки черную юбку, похожую на те, которые несла Нита, и держала ее в руке с неодобрительным выражением лица.
— Именно такие, мама. Некоторые даже короче. Эта еще немного консервативна.
— И директор не отправляет домой школьниц в таких коротких юбках?
— Верно.
— Тебе не стоит кривить душой ради модных шмоток.
Нита только рассмеялась на это.
— Если бы я имела обыкновение лгать тебе, мама, то неужели я бы это не сделала, говоря о вещах гораздо более значимых, например, о Гигантских белых акулах или о Спасении мира? — И она улыбнулась.
— Я начинаю задаваться вопросом, — сказала ее мама, кладя юбку обратно на стойку, — сколько всего ты
— Массу всего, — сказала Нита. — С чего же начать? Я тебе рассказывала про динозавра в Центральном парке?
Мать взглянула на Ниту, не уверенная, шутит ли Нита или говорит правду. Но по тону дочери она поняла, что это не шутка, а маме это не понравилось.
— Это недавно случилось?
— Ну, в принципе, да. За исключением того, что мы сделали так, что этого никогда не происходило, наверно, «
Мама Ниты нахмурилась, озадаченная. Нита это проигнорировала; перевод того, что волшебница сказала, её не устроил.
— Потенциально недавно? — произнесла Нита, чтобы проверить, как это прозвучит. К несчастью, в английском языке было недостаточно правильных временных форм глаголов, чтобы описать проблему, которую с лёгкостью бы выразила волшебная Речь. — Нет, больше это не случится, я думаю. Хотя бы не в тот раз.
— Остановись, — прервала её мама. — Прежде, чем это заведет меня, тебя и динозавра в кучу мест, куда никто из нас не хотел бы отправиться, и давай вернёмся к юбке.
Она снова взялась за неё.
— Дорогая, твоя бедная старая мама очень старается, чтобы совсем не застрять в прошлом веке, но эта юбка едва ли шире, чем широкий спасательный круг.
— Мама, помнишь, ты мне доверяла, когда я рассказала тебе про акулу?
— Да-а-а, — протянула её мама с сомнением в голосе.
— Поэтому доверяй мне, когда я говорю тебе про юбку!
Мама искоса взглянула на Ниту.
— Меня беспокоят не акулы, — добавила она, — а волки.
— Мама, я обещаю, никто из «волков» ко мне не прикоснётся. Я просто хочу нормально
Родительница взглянула на девочку с долей удивления.
— У тебя же нет проблем в школе?
— Нет, я в порядке.
— А домашние задания?
— Это не вопрос. Могли бы быть сложности, но пока что я не перегружена.
— Но у тебя
— Мама! — вздохнула Нита. — Меня больше никто не бьёт, если это то, о чём ты беспокоишься. Они просто не могут. Но куча детей до сих пор думает, что я — что-то вроде яйцеголовой принцессы с налётом кретинизма, — она скривилась.
Когда-то Нита думала, что в старших классах чтение будет считаться нормальным для её ровесников. Она до сих пор ждала, что эта идея дойдёт до кого-нибудь из её одноклассников.
— Волшебство тут не поможет. Просто верь мне, когда я тебе говорю, что модная одежда хоть немного поможет мне быть похожей на других. Я знаю, что в средних классах я не сильно заботилась об одежде, но сейчас это важнее. Что касается длины юбки, то если тебя беспокоит моральное разложение, я обещаю, что дам тебе знать, если увижу какие-то признаки.
Мама Ниты слабо улыбнулась.
— Хорошо, — сказала она, положила назад выбранную юбку и взяла ту, что держала в руках Нита. — Моральное разложение в твоём случае большой проблемой не было. Так что это эксперимент. Но если я услышу что-нибудь от твоего учителя, ты будешь ходить в робе до окончания школы. Тебе и твоему динозавру это лучше взять на заметку.
— Ага, мам, — ответила волшебница. — Спасибо.
Она наклонилась, чтобы положить две другие юбки, которые она взяла, туда, где они лежали.
Они подошли к кассе и заплатили за юбку. Потом Нитина мама отвезла их в супермаркет, и пока они ходили с тележкой вверх и вниз по проходам, Нита почти успокоилась, даже практически против её воли. Но потом, когда она стояла с бутылкой жидкости для полоскания рта и раздумывала, не лучше ли будет взять одну из тех, что рядом, Нитина мама повернулась и сказала:
— А какой породы динозавр?