Читаем Дневник эгоиста полностью

Как же мне душу свою сохранитьВ мире, в котором ведётся война —Вечная битва добра против зла?Кому же мне музу свою подарить?Свету, который закроет луна?А, может быть, мраку, горящему в снах? Сложно мне правду сейчас отыскатьВ сотнях и тысячах дьявольских строк.Часто бывает, что лживый твой взглядНиточку правды кромсает, как нож.Рвёт кровожадно он Ветхий Завет,Чтоб не бабахал кровавый банкет… Но кто же окажется ангельски прав?Кто же способен свой лик сохранить?Может быть, "Братство" и бедный народ?Может, полиция мыслей, террор?Близкий соседушка с сотней обидИли февраль и губительный град? Каждый сражаться за правду готов,Хоть и сияют узоры крестов.Каждый считает, что он — это Бог.Чёрта прикончить — его личный долг…Но ангел, который забыл про покой,Дьявола хуже бывает порой.


Дневник эгоиста

Всё, что мы есть — это результат наших мыслей.

Сиддхартха Гаутама (Будда)


Пока безвозвратно уходят года,Пока за идеи готовы убить,Пока за морями горят города,Я излагаю все страсти в дневник… Пишу я о том, что лежит где-то в недрахПобитой души одного человека.Пишу я о том, как жестокость и нежностьМеняют Вселенную нашу навеки. Эти слова, как святая молитва,Кричат о великой и вечной любви.Эти слова, как осенние листья,Шепчут о гибели чувств роковых. Строки мои преисполнены больюСтраны, заточённой в безумства оковы.Строки мои предвкушают свободу:Подснежник пробьётся сквозь гнева сугробы. Эти стихи — сокровенная притча.Они обнажают всю ношу грехов.Эти стихи, как фатальная спичка,Взорвут подо мною все своды мостов. Может, слова непокорной натурыНадолго останутся в клетке цензуры…Но я буду рад, если строки душиНайдут отражение в чьей-то груди…


Тусклый свет среди отчаяния

Задумчивая душа склоняется к одиночеству.

Омар Хайям


Заблудшей душе не поможет никто:Никто от страданий её не спасёт.Завянет она, как букетик цветов.Она одинока в пучине забот. Как вечный скиталец, витает по миру,Не держат её золотые края.Она далека от войны и могилы,Не нравятся ей катакомбы вранья. Влечёт Аполлон изнурённую душуВ реальность, в которой у власти лишь муза;Туда, где прекрасные карие очиЛюбовью искрятся в бессонные ночи. Спасётся ли душенька в этом аду,Где истина пишется царской рукой,Где чевствуют злобу и сеют вражду,Где тёплые чувства отбросят долой?
Перейти на страницу:

Похожие книги

Уильям Шекспир — природа, как отражение чувств. Перевод и семантический анализ сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73, 75 Уильяма Шекспира
Уильям Шекспир — природа, как отражение чувств. Перевод и семантический анализ сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73, 75 Уильяма Шекспира

Несколько месяцев назад у меня возникла идея создания подборки сонетов и фрагментов пьес, где образная тематика могла бы затронуть тему природы во всех её проявлениях для отражения чувств и переживаний барда.  По мере перевода групп сонетов, а этот процесс  нелёгкий, требующий терпения мной была формирования подборка сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73 и 75, которые подходили для намеченной тематики.  Когда в пьесе «Цимбелин король Британии» словами одного из главных героев Белариуса, автор в сердцах воскликнул: «How hard it is to hide the sparks of nature!», «Насколько тяжело скрывать искры природы!». Мы знаем, что пьеса «Цимбелин король Британии», была самой последней из написанных Шекспиром, когда известный драматург уже был на апогее признания литературным бомондом Лондона. Это было время, когда на театральных подмостках Лондона преобладали постановки пьес величайшего мастера драматургии, а величайшим искусством из всех существующих был театр.  Характерно, но в 2008 году Ламберто Тассинари опубликовал 378-ми страничную книгу «Шекспир? Это писательский псевдоним Джона Флорио» («Shakespeare? It is John Florio's pen name»), имеющей такое оригинальное название в титуле, — «Shakespeare? Е il nome d'arte di John Florio». В которой довольно-таки убедительно доказывал, что оба (сам Уильям Шекспир и Джон Флорио) могли тяготеть, согласно шекспировским симпатиям к итальянской обстановке (в пьесах), а также его хорошее знание Италии, которое превосходило то, что можно было сказать об исторически принятом сыне ремесленника-перчаточника Уильяме Шекспире из Стратфорда на Эйвоне. Впрочем, никто не упомянул об хорошем знании Италии Эдуардом де Вер, 17-м графом Оксфордом, когда он по поручению королевы отправился на 11-ть месяцев в Европу, большую часть времени путешествуя по Италии! Помимо этого, хорошо была известна многолетняя дружба связавшего Эдуарда де Вера с Джоном Флорио, котором оказывал ему посильную помощь в написании исторических пьес, как консультант.  

Автор Неизвестeн

Критика / Литературоведение / Поэзия / Зарубежная классика / Зарубежная поэзия