Будто бы я не делаю этого круглые сутки, мысленно фыркнула я, покосившись на его неожиданно заострившийся профиль. Оборотень казался сейчас напряженным, как струна, и странно сосредоточенным. Топот копыт становился все громче, и вот из-за поворота появился первый преследователь. Судя по тому, как расширились внезапно его зрачки — и нас, и затор на дороге он определенно заметил, однако скорости все равно не сбавил. Я даже невольно вздрогнула, когда он на полном скаку влетел на лошади прямо в мой Щит. Пелену барьера прорезала ярко-голубая вспышка молнии. Раздался громкий треск электрического разряда — казалось, сам воздух застонал от натуги. Лошадь издала какой-то невероятный, высокий мученический крик… и рухнула наземь. Сраженный разрядом чародей вывалился из седла неуклюжим соломенным снопом.
— Всесветлый Яр… — ошарашено пробормотала я. Почему же он не остановился?
Раньше мне как-то не доводилось видеть прямого столкновения живых существ с защитными барьерами. И не удивительно — кто бы, в здравом уме, добровольно полез в Щит? Лучше уж сразу молнией по темечку получить — и то вреда меньше. Выглядело подобное, мягко говоря, жутковато. Мельком взглянув на Сева, я невольно отметила, что на него, как ни странно, это не произвело ни малейшего впечатления. Казалось, он вообще ничего не заметил, по-прежнему пребывая все в том же состоянии необъяснимой задумчивости.
На тропе, между тем, появились остальные преследователи. Эти маги тоже увидели нас, однако продолжали мчаться вперед. Казалось, какая-то сумасшедшая сила влечет их прямо на барьер. Лица у всех троих казались странно растерянными. Да что здесь происходит, хотела бы я знать? Однако спросить об этом вслух уже не успела. Страшный грохот, раздавшийся при тройном столкновении Егерей со Щитом, буквально вытеснил все мысли из моей головы. Три яркие вспышки практически слились в одну. Первый барьер не выдержал — лопнул с громким гулом и треском, словно гигантский наэлектризованный мыльный пузырь. Второй яростно сверкнул — и спружинил, отбросив чародеев назад на тропу, словно сухие деревянный чурки. На какое-то время противники оказались полностью выведены из строя, превратившись в бесформенную кучу плащей, рук, ног и копыт.
— Не снимай пока Щит, — спокойно распорядился между тем Сев, наконец-то выходя из задумчивости и легко спрыгивая из седла на землю. — Может, еще пригодится.
Он деловито вытащил из ножен длинный меч.
— Ты что делать собираешься? — испуганно спросила я у него. Добивать врагов, и без того находящихся без сознания, казалось мне как-то совсем неблагородно.
Оборотень коротко взглянул на меня исподлобья.
— И как тебе только такое в голову могло прийти? — укоризненно спросил он, разглядев выражение моего лица. И решительно направился в сторону ясеневого остова. Задумчиво что-то прикинул на глазок, постучал по стволу костяшками пальцев, потом рукоятью меча.
— Так я и думал, — в конце концов удовлетворенно изрек он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Труха одна, да и только. И где они его только раздобыли…
— Кто — они? — рассеянно поинтересовалась было я, однако дарг меня уже не слушал.
— Хират, Грейн… сюда, — коротко приказал он.
Оборотни спешились и подошли к нему. Сев молча вручил Грейну свой второй меч и, не теряя больше времени на объяснения, первым нанес удар по прогнившему древесному стволу. Через пару секунд оборотни уже дружно молотили мечами по трухлявому ясеню, с энтузиазмом проламывая и прорубая себе путь на свободу. Стук клинков по дереву далеко разнесся по округе в тишине окружающего нас со всех сторон леса.
— Может, я помогу? — предложила я, понаблюдав и послушав с минуту. — Всего один огненный импульс — и от гнилушки только воспоминания и останутся.
— Ага, и от нас тоже, — последовал ответ. — Думаешь, дриады позволят в своем лесу безнаказанно фейерверки устраивать? Лучше за коллегами своими присматривай, а то как бы раньше времени не очухались.
— А если очнутся, тогда что делать?
— Вот тогда скажешь мне. А я, на всякий случай, меч далеко убирать не буду.
И оборотень, на секунду отвлекшись от работы, послал мне иронический взгляд. Я демонстративно отвернулась и принялась наблюдать за Егерями.