Читаем Египетские сказки полностью

Я зовусь Агури, дочь царя Меренефтиса — жизнь, здоровье, сила, — а тот, кого видишь ты здесь рядом со мною, это брат мой, Неноферкефта. Мы рождены от одного отца и от одной матери, и не было больше других детей у родителей наших, кроме нас. Когда настала пора выйти мне замуж, привели меня к царю в час увеселения с царем: я была очень нарядна, и красивою я была найдена. Царь сказал: “Вот Агури, дочь наша, уже взрослая, и пришла пора выдать ее замуж. За кого выдадим мы Агури, дочь нашу?” Я же любила Неноферкефта, брата моего, чрезвычайно, и не желала другого мужа, кроме него. Я сказала это матери моей, она пошла к царю Меренефтису, она сказала ему: “Агури, наша дочь, любит Неноферкефта, своего старшего брата: поженим их, как это в обычае”. Когда царь выслушал все слова, что сказала мать моя, он сказал: “У тебя всего двое детей, и ты хочешь поженить их одного на другом? Не лучше ли выдать Агури за сына одного начальника пехоты, а Неноферкефта женить на дочери другого начальника пехоты?” Она сказала: “Ты ли это укоряешь меня? Даже если и нет у меня детей после этих двух детей, не закон ли это женить их одного на другом?” — “Я поженю Неноферкефта с дочерью одного начальника войск, а Агури выдам за сына другого начальника войск, и да будет это ко благу семейства нашего!” Когда настал час празднования перед Фараоном, вот, пошли за мной, привели меня на праздник. Я была очень смущена, и не такой у меня был вид, как накануне. И сказал мне Фараон: “Не ты ли это послала ко мне эти глупые слова: «Пожени меня с Неноферкефта, моим старшим братом?»” Я ему сказала: “Хорошо! пусть выдадут меня за сына одного начальника пехоты, и пусть поженят Неноферкефта с дочерью другого начальника пехоты, и да будет это ко благу семейства нашего!” — Я засмеялась, Фараон засмеялся, Фараон сказал начальнику царского дома: “Пусть отведут Агури в дом Неноферкефта в эту же самую ночь. Пусть снесут всякого рода прекрасные подарки вместе с ней”. Они отвели меня, как супругу, в дом Неноферкефта, и Фараон повелел принести мне большое приданое из золота и серебра, и все люди дома царского приносили его мне. Неноферкефта провел день счастливый со мной. Он принял всех людей дома царского, и спал он со мною в эту же самую ночь, и нашел он меня девственной, и познал он меня еще и еще, ибо каждый из нас любил другого. Когда настало время очищений моих, вот, не было у меня очищений. Пошли возвестить об этом Фараону, и сердце его возрадовалось очень, и повелел он взять всякого рода драгоценные вещи из имуществ дома царского, и повелел он принести мне очень красивые подарки из золота, из серебра, из тканей тонкого полотна. Когда настало для меня время родить, я родила это дитя малое, что перед тобой. Ему дали имя Маихет, и вписали его в списки Двойного Чертога Жизни.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Семь красавиц
Семь красавиц

"Семь красавиц" - четвертая поэма Низами из его бессмертной "Пятерицы" - значительно отличается от других поэм. В нее, наряду с описанием жизни и подвигов древнеиранского царя Бахрама, включены сказочные новеллы, рассказанные семью женами Бахрама -семью царевнами из семи стран света, живущими в семи дворцах, каждый из которых имеет свой цвет, соответствующий определенному дню недели. Символика и фантастические элементы новелл переплетаются с описаниями реальной действительности. Как и в других поэмах, Низами в "Семи красавицах" проповедует идеалы справедливости и добра.Поэма была заказана Низами правителем Мераги Аладдином Курпа-Арсланом (1174-1208). В поэме Низами возвращается к проблеме ответственности правителя за своих подданных. Быть носителем верховной власти, утверждает поэт, не означает проводить приятно время. Неограниченные права даны государю одновременно с его обязанностями по отношению к стране и подданным. Эта идея нашла художественное воплощение в описании жизни и подвигов Бахрама - Гура, его пиров и охот, во вставных новеллах.

Низами Гянджеви , Низами Гянджеви

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги
Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Дмитрий Бекетов , Мехсети Гянджеви , Омар Хайям , Эмир Эмиров

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Исторические записки. Т. IX. Жизнеописания
Исторические записки. Т. IX. Жизнеописания

Девятый том «Исторических записок» завершает публикацию перевода труда древнекитайского историка Сыма Цяня (145-87 гг. до н.э.) на русский язык. Том содержит заключительные 20 глав последнего раздела памятника — Ле чжуань («Жизнеописания»). Исключительный интерес представляют главы, описывающие быт и социальное устройство народов Центральной Азии, Корейского полуострова, Южного Китая (предков вьетнамцев). Поражает своей глубиной и прозорливостью гл. 129,посвященная истории бизнеса, макроэкономике и политэкономии Древнего Китая. Уникален исторический материал об интимной жизни первых ханьских императоров, содержащийся в гл. 125, истинным откровением является гл. 124,повествующая об экономической и социальной мощи повсеместно распространённых клановых криминальных структур.

Сыма Цянь

Древневосточная литература