Читаем Египетские сказки полностью

Был однажды царь, по имени Узимарес — жизнь, здоровье, сила, — и был среди детей его сын, по имени Сатми, писец с перстами искусными, и весьма ученый во всякого рода вещах: больше всех людей на свете преуспел он в искусствах, в коих отличаются писцы Египетские, и не было ученого, что сравнялся бы с ним, во Всей-Земле. И случалось после сего, что вожди стран иноземных посылали вестника к Фараону, сказать ему: «Вот, что говорит владыка мой: “Кто из тех, что здесь сможет выполнить то или иное дело, что поведал владыка мой, при тех или иных условиях? Если выполнит он его, как надлежит, я провозглашу превосходство Египта над страной моей. Если же окажется, что нет такого писца искусного или человека мудрого в Египте, который мог бы выполнить его, я провозглашу превосходство страны моей над Египтом”». И вот, когда высказывал он это, царь Узимарес — жизнь, здоровье, сила — призывал сына своего Сатми, и повторял он ему все то, что говорил ему вестник, и сын его Сатми тотчас же давал ему ответ благой, что поведал вождь страны иноземной, и принужден тот был провозгласить превосходство земли Египетской над своей землей. И ни один из вождей, что посылали вестников, не смог восторжествовать над ним, столь велика была мудрость Сатми, и не находилось больше вождя на свете, который осмелился бы послать вестников своих к Фараону.

И случилось после сего, что не имел Сатми детей мужеского пола от жены своей Магитуасхит, и огорчался он этим очень в сердце своем, и жена его Магитуасхит огорчалась этим очень вместе с ним. И вот однажды, когда больше обыкновенного был он этим опечален, отправилась жена его Магитуасхит в храм Имутеса, сына Фта, и молилась она ему, говоря: «Обрати лик свой ко мне, повелитель мой Имутес, сын Фта; ты это, кто творит чудеса и кто благостен во всех деяниях своих; ты это, кто дает сына тому, у кого нет его. Услышь жалобу мою и даруй мне стать беременной младенцем мужеского пола». И спала в храме Магитуасхит, жена Сатми, и увидала она сон в ту же самую ночь; к ней обратились, говоря ей: «Не ты ли Магитуасхит, жена Сатми, что спит в храме, дабы получить средство от бесплодия своего из рук бога? Когда настанет следующее утро, ступай к колодцу Сатми, мужа твоего, и найдешь ты там стебель травы горькой, что растет там. Траву горькую, что увидишь ты там, ты сорвешь ее вместе с листьями ее, ты изготовишь из нее снадобье, которое дашь ты мужу твоему, потом ляжешь ты с ним, и зачнешь ты от него в ту же самую ночь». Когда пробудилась Магитуасхит после сна своего, увидавши все эти вещи, она поступила во всем сообразно тому, что сказано ей было в сновидении ее, потом легла она рядом с Сатми, мужем своим, и зачала она от него. Когда наступила пора ее, были у нее признаки женщин беременных, и объявил об этом Сатми пред Фараоном, ибо радовалось тому сердце его очень; он повесил ей амулет и прочитал он заклинание над ней. И вот однажды ночью лег Сатми, и приснился ему сон; к нему обратились, говоря: «Магитуасхит, жена твоя, что зачала от тебя, младенцем разрешится она, и назовут его Сенозирис, многи будут они, чудеса, что сотворит он в земле Египетской». Когда пробудился Сатми от сновидения своего, увидавши все это, возрадовалось сердце его очень. По истечении месяцев беременности, когда настала пора родить, явился у Магитуасхит на свет младенец пола мужеского. Оповестили о том Сатми, и назвал он ребенка Сенозирисом, согласно тому, что сказано ему было в сновидении его. Приложили его к груди Магитуасхит, матери его, едва лишь освободилась она от следов беременности своей, и кормила она его. И случилось, что, когда был ребенку малому Сенозирису один год, можно было сказать: «Ему два года»; когда было ему два, можно было сказать: «Ему три года»; столь крепок был он во всех членах своих. И вот, случилось, что не мог Сатми провести одного часа, чтобы не увидать ребенка малого Сенозириса, столь сильна была любовь, что питал он к нему. Когда стал он большим и сильным, отдали его в школу; в краткое время знал он больше, нежели писец, который был приставлен учителем к нему. Дитя малое, Сенозирис начал читать книги заклинаний вместе с писцами Двойного Чертога Жизни храма Фта, и все, кто слушал его, повергнуты были в изумление; нравилось Сатми водить его на праздник пред Фараона, дабы все кудесники Фараона состязались с ним, и сражал он их всех.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Семь красавиц
Семь красавиц

"Семь красавиц" - четвертая поэма Низами из его бессмертной "Пятерицы" - значительно отличается от других поэм. В нее, наряду с описанием жизни и подвигов древнеиранского царя Бахрама, включены сказочные новеллы, рассказанные семью женами Бахрама -семью царевнами из семи стран света, живущими в семи дворцах, каждый из которых имеет свой цвет, соответствующий определенному дню недели. Символика и фантастические элементы новелл переплетаются с описаниями реальной действительности. Как и в других поэмах, Низами в "Семи красавицах" проповедует идеалы справедливости и добра.Поэма была заказана Низами правителем Мераги Аладдином Курпа-Арсланом (1174-1208). В поэме Низами возвращается к проблеме ответственности правителя за своих подданных. Быть носителем верховной власти, утверждает поэт, не означает проводить приятно время. Неограниченные права даны государю одновременно с его обязанностями по отношению к стране и подданным. Эта идея нашла художественное воплощение в описании жизни и подвигов Бахрама - Гура, его пиров и охот, во вставных новеллах.

Низами Гянджеви , Низами Гянджеви

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги
Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Дмитрий Бекетов , Мехсети Гянджеви , Омар Хайям , Эмир Эмиров

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Исторические записки. Т. IX. Жизнеописания
Исторические записки. Т. IX. Жизнеописания

Девятый том «Исторических записок» завершает публикацию перевода труда древнекитайского историка Сыма Цяня (145-87 гг. до н.э.) на русский язык. Том содержит заключительные 20 глав последнего раздела памятника — Ле чжуань («Жизнеописания»). Исключительный интерес представляют главы, описывающие быт и социальное устройство народов Центральной Азии, Корейского полуострова, Южного Китая (предков вьетнамцев). Поражает своей глубиной и прозорливостью гл. 129,посвященная истории бизнеса, макроэкономике и политэкономии Древнего Китая. Уникален исторический материал об интимной жизни первых ханьских императоров, содержащийся в гл. 125, истинным откровением является гл. 124,повествующая об экономической и социальной мощи повсеместно распространённых клановых криминальных структур.

Сыма Цянь

Древневосточная литература