Читаем El Huerto De Mi Amada полностью

– Bueno, todavía tengo que poner la mesa y calentar la comida -les dice a sus hijos, y sale en dirección a la cocina.

Un corredor y una bombilla de cuarenta vatios que van desde el saloncito hasta el comedor y la cocina. El piso del corredor cruje desde que murió su esposo y la bombilla cuelga de un cable que fue tan blanco como el techo, entonces. La viuda Céspedes entra a la cocina. Enciende otra bombilla pero ya no piensa en vatios ni crujen las losetas del piso. En cambio sí oye la voz de sus hijos, pero sin prestarles mucha atención, como muy de lejos, y busca más bien en los muebles lo que necesita.

– Tú reinarás, madre querida. Tú serás la reina de la ciudad de Lima. Nosotros nos encargaremos de eso.

El eco de estas voces se oye muchas veces en la calle de la Amargura y en toda la ciudad de Lima, mientras el telón va cayendo, pero muy lentamente, y entre el público aplaude el eterno aguafiestas de Carlitos Alegre. Carlitos se dirige a una mujer bellísima. Y aplaudiendo aunque con la cabeza va diciendo que no y que la obra en sí le ha gustado pero que eso de convertir a la viuda Céspedes en tenista campeón de la Copa Davis le parece demasiado. Como que a una pobre viuda no se le puede llevar a la cumbre del martirologio y cosas por el estilo. Natalia de Larrea titubea, duda, pero luego ríe y se emociona no bien entiende lo que, en el fondo, le ha querido decir Carlitos, con tan sólo unos gestos negativos de la cabeza Y Natalia de Larrea besa a Carlitos, justo cuando el telón termina de caer, porque de vez en cuando sí que se fija en cosas elementales y la abuela Isabel se equivoca.

Muy vanguardistamente, sin embargo, el telón vuelve a levantarse y los mellizos lanzan piedras contra Carlitos, desde un saloncito con tres bombillas de sesenta vatios y una lámpara modelo Carlos Gardel. Sin enterarse de nada, la viuda Céspedes avanza calladita, la pobre, por el corredor de una sola bombilla.

– ¡El colmo! -exclama, desde la platea, Carlitos Alegre-. ¡Un corredor de una sola bombilla! ¡La cumbre! ¡Lo que se dice la cumbre!

Va recogiendo las mismas piedras que a él le han lanzado desde el escenario y se apresta a arrojarlas, pero no sabe si primero a Raúl y después a Arturo ni, elementalmente, tampoco sabe cuál es cuál, de tal manera que a él le caen más pedradas todavía. Furioso, Carlitos Alegre lanza todas sus piedras juntas.

¡Porque da lo mismo! ¡Porque cada uno es, además, el otro! ¡Y porque a la señora Céspedes ya sólo le falta un callejón de un solo caño, carajo! ¡Habráse visto cursilonería igual!

– ¿De dónde me has sacado semejantes amigos, amor?

– Digamos que ellos me sacaron a mí, Natalia de… No, no te digo ni te diré más, Natalia de mi corazón, porque, perdona, parece cosa de este par de sublimes.

El telon se viene abajo con estrépito y se diría que para siempre, por el estado en que ha quedado.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Вихри враждебные
Вихри враждебные

Мировая история пошла другим путем. Российская эскадра, вышедшая в конце 2012 года к берегам Сирии, оказалась в 1904 году неподалеку от Чемульпо, где в смертельную схватку с японской эскадрой вступили крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». Моряки из XXI века вступили в схватку с противником на стороне своих предков. Это вмешательство и последующие за ним события послужили толчком не только к изменению хода Русско-японской войны, но и к изменению хода всей мировой истории. Япония была побеждена, а Британия унижена. Россия не присоединилась к англо-французскому союзу, а создала совместно с Германией Континентальный альянс. Не было ни позорного Портсмутского мира, ни Кровавого воскресенья. Эмигрант Владимир Ульянов и беглый ссыльнопоселенец Джугашвили вместе с новым царем Михаилом II строят новую Россию, еще не представляя – какая она будет. Но, как им кажется, в этом варианте истории не будет ни Первой мировой войны, ни Февральской, ни Октябрьской революций.

Александр Борисович Михайловский , Александр Петрович Харников , Далия Мейеровна Трускиновская , Ирина Николаевна Полянская

Фантастика / Современная русская и зарубежная проза / Попаданцы / Фэнтези
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза / Проза
Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее