Таким образом, по Гиршу, Храм являлся символическим сооружением. Его западная сторона олицетворяла Тору и Божественное присутствие, северная сторона – материальную жизнь, южная – духовную, восточная – народ Израиля.
В те далекие времена жизнь в Иерусалиме была особенной. В Храм нельзя было зайти с улицы – проходил мимо, увидел, решил зайти, помолиться. Нет. Чтобы посетить Храм, человек должен был неделю поститься и очищаться. Поскольку ходили в Храм довольно часто, большая часть жителей Иерусалима была ритуально очищена. Кроме того, в Храм приходили приносить жертвы. На жертвеннике всесожжения происходили ежедневные жертвоприношения: искупительные, благодарственные, покаянные. Сам жертвенник представлял собой огромную площадку двадцать метров длиной, двадцать шириной и четыре метра высотой. На нем не переставая резали скот и забивали птицу. Кровь возливали на жертвенник, тут же сжигали туши. По современным понятиям это была настоящая скотобойня, но при этом в помещении не было ни мух, ни дурного запаха, ни удушливой атмосферы. В Талмуде говорится, что даже беременные женщины не испытывали никаких неприятных ощущений, находясь в Храме во время жертвоприношений.
Хлеб предложения, выпеченный из муки и воды, лежал неделями и оставался свежим. Его готовили без дрожжей и других добавок, и по всем законам он должен был моментально черстветь и спустя несколько дней превращаться в камень. Но священники, которые имели право взять его только через неделю, брали в руки свежевыпеченный мягкий и ароматный хлеб.
Стены Храма были сделаны из кипариса и ливанского кедра, по приказу Соломона специально привезенных для строительства. Со временем эти стены «ожили» и стали давать побеги. И храмовые служащие были вынуждены состригать отростки, чтобы они не мешали ходить.
Есть описания и других чудес, творившихся в Храме. Например, во время молитвы на Йом-Кипур, единственной молитвы в году, когда евреи трижды падают на колени и произносят непроизносимое четырехбуквенное имя Всевышнего, в Храмовый двор пускали всех молящихся. Людей было так много, что все стояли вплотную, плечом к плечу – что называется, яблоку негде было упасть. Но в тот момент, когда нужно было опускаться на колени, оказывалось, что во дворе достаточно места и никто друг другу не мешает. В город, где жили сто тысяч жителей, на религиозные праздники три раза в год прибывало около двух миллионов (!) паломников, и каким-то удивительным образом всем удавалось разместиться. Ни один человек не оставался голодным, ни один не жаловался на то, что ему негде спать. Все становилось иначе, пространство расширялось, происходило чудо. Но в этом-то и таилась опасность. Постоянное взаимоотношение с чудесным развратило человека. Люди привыкли к чуду. Сталкиваясь с ним чуть ли не каждый день, они перестали ценить его и восхищаться им. К сожалению, это свойственно нашей природе. Нам постоянно хочется чего-то нового. Свежего. Не испытанного ранее.
Как мы говорили выше, пророки предсказывали печальную участь Храма. Несмотря на то что Храм был разрушен войсками вавилонского царя, вина за его потерю лежит на самих евреях. Разрушение Храма стало наказанием Всевышнего за их сознательное отступление от заповедей. Наряду с Храмом продолжали существовать языческие капища –
Второй Храм Зоровавеля