Во всяком случае, забавно будет, если то, что ныне в одном месте тайно придумано, лет через сто-двести общим делом станет. Общим и обыденным. Достанет наш потомок из сундука пожелтевшие страницы с выцветшими чернилами, прочитает не без труда и удивится. Промолвит:
- Новое - это хорошо забытое старое. Воистину.
Кстати. Поскольку старое -таки забывается, мне должно об этом всегда помнить, покуда пишу, и делать там и сям пояснения, а то потомкам нашим совсем уж трудно читать-разбирать будет. Сейчас что-то у нас само собой разумеется, а время пройдёт - и поди догадайся. А то ещё в городах, поди, читать будут, кто нашей деревенской жизни не знает. Им тоже поясняй. Ох, придётся мне и дальше казённую бумагу экономить, а то не хватит при всех этих пояснениях да отступлениях.
Так вот, надобно начать с девишников, ибо дочь моя Груша пересказала мне то, что там слышала, а то и сама говорила. И то, что делалось там, на собраниях этих. Хотя думаю, что на селе девишники были, есть и будут. Потому что никогда девочка, только что отцепившаяся от материнской юбки, не становится сразу же невестой и женой, а сперва побудет старшей девочкой и потом девкой, хороводящейся в кругу таких же, как сама. Как они друг за дружку стоят! И как только откроется им возможность собраться в какой избе без посторонних, ну, то есть одной своей компанией, без баб и мужиков, так будьте уверены - девишник будет.
И это считается делом если уж и не святым, то, во всяком случае, законным. По обычаю. Вставая из-за стола, девка с него куска не возьмёт - для себя, но если для девишника - то хоть все остатки в подол забирай. А то и нарочно чего готовят для него. Ох, и прожорливыми же бывают те девишники!