— Влюбленные, как видно, хуже дураков! — сказал толстый Родж вполголоса, и фермеры поддержали его кивками и ухмылками.
Хозяин заведения принес на их стол еще пива.
В это время в зал вошли несколько человек. Один из них подсел к компании фермеров, и их разговор переключился на обсуждение новых пород австралийских быков.
Примерно через четверть часа в трактир вошел подвыпивший грум. Он заказал себе эля и стал высматривать для себя место, чтобы присесть. Я не мог представить, где можно было так набраться с утра, но решил, что это может быть мне на руку. Пока я раздумывал над тем, как мне оказаться с ним рядом и начать разговор, он сам подошел к моему столу и плюхнулся на стул напротив.
— Надеюсь, не возражаете, — сказал он, прищуриваясь и оглядывая меня.
— Не возражаю, — ответил я.
Грум долго пил свой эль и продолжал без всякого стеснения меня изучать.
— А ты ведь не здешний, парень? — спросил он, наконец.
Я кивнул.
— Я это сразу понял, — обрадовался он, и на его лице появилось пьяное подобие улыбки.
— Я уже два года живу тут и всех в лицо знаю, а тебя раньше ни разу не видел.
— Я приехал пару дней назад. Хочу найти тут работу.
— Работу, говоришь? Может, и получится что. А ты откуда?
— Из Саутенда.
— Что, там с работой не получалось?
— Получалось до этой весны, а потом хозяин разорился и нас выгнал. Двое наших ребят уже уехали сюда, на запад, вот и я решил попытаться. Говоришь, тут может получиться?
— Не знаю. А на что рассчитываешь?
Я пожал плечами:
— Вообще-то, я многое могу и не стану очень-то привередничать. Может, кому нужен плотник или сторож…
— Ты у хозяина поспрашивай, — он махнул рукой в сторону стойки, — он, глядишь, и подскажет, где такие нужны.
— А ты ведь конюхом работаешь?
Его глаза так расширились от удивления, что я испугался, как бы они вовсе не выпали из орбит:
— А ты как догадался, а, парень? — спросил он.
От него так несло конским навозом, что у любого бы отпали всякие сомнения на предмет того, кем он работает.
— Не знаю, я видел много конюхов, и все они похожи друг на друга.
Он развеселился и хлопнул меня по плечу:
— Ты славный парень, как я погляжу! — сказал он.
— Мне, может, и удастся тебе что-нибудь подыскать. Я тут кое с кем знаком.
— Я бы согласился конюхом. Там, где ты сейчас, не нужны другие работники?
— Нет, к сожалению. Лошадей всего пять, и на двоих-то работы еле хватает. Да ты не огорчайся! Что-нибудь непременно найдется. Тебя как зовут?
— Джек. Джек Стоун.
— А меня Мейбл Гроубинс.
Он еще раз хлопнул меня по плечу, так что я едва удержал равновесие.
Между нами завязалась приятельская беседа о погоде, о здешних порядках и о том, как этот грум докатился до каждодневной выпивки. То, что мой новоявленный друг был пьян, не облегчало мою задачу, а, напротив, затрудняло ее: часто управлять разговором было совершенно невозможно, и пришлось выслушать уйму бесполезной болтовни. Однако постепенно я все же подвел мистера Гроубинса к интересующим меня темам.
— Так, видно, уж богом положено, — сказал он, — одни вынуждены чистить конюшни, чтобы выжить, а другие купаются в роскоши.
— А кто здесь так богат? Если я собираюсь тут работать, мне было бы неплохо знать о местных знаменитостях.
— Да взять хотя бы мистера Гриффита Флоя! Ты слышал о том, что его отца убили, и не кто-нибудь, а его возлюбленная?
— Да, тут только об этом и говорят.
— Так вот этот мистер Флой запросто преподносил этой самой своей возлюбленной безумно дорогие подарки. Я их сам не видел, конечно, но слышал от других. Тебе и за всю жизнь не заработать хотя бы на одну из тех бриллиантовых сережек, что мисс Лайджест отказалась принять.
— Отказалась? Почему?
— Ну, во-первых, она и сама так богата, что тебе и не снилось…
— А во-вторых?
— Во-вторых, она его не любит и отказывается принять предложение.
— Но он продолжает настаивать?
— Вот уже несколько лет мистер Флой не отступает. Не пойму я только, зачем тратить деньги на женщину, которая и осла пересилит в своем упрямстве?
— Он тоже упрям, очевидно.
— Уж не меньше ее.
— Может, эта… как ты сказал? Ах, ну да, мисс Лайджест… Может, она любит кого-то другого?
— Она никого не любит. Просто дьявол, а не женщина!
— Мне ее показали вчера на улице. На редкость хорошенькая, между прочим!
— Еще бы! Многие тут все отдали бы за ее руку и сердце. Ну, и за все, что к ним прилагается… — он расхохотался, довольный своей шуткой.
— Но все-таки эти их отношения кажутся странными, — сказал я. — Почему не выяснить все сразу и не мучиться годами? Если у них так ничего и не получилось, больших потерь не будет…
Грум окончательно осушил свой стакан и посмотрел на меня:
— А я не говорил, что у них ничего не было, — сказал он, понижая голос.
— Ходят слухи, только это между нами, приятель, что года два назад леди Элен и мистер Гриффит Флой все же сошлись, но потом почему-то расстались… Неизвестно, правда, насколько далеко все зашло… Хотя я не знаю, правда ли все это. Только не болтай направо и налево, а то, чего доброго, дойдет что-нибудь до мистера Флоя, и ты можешь сильно пожалеть. Он не из тех, кто спускает с рук злые разговоры за его спиной.