– Нет уж, спасибо. – Она накрыла ладонью руку Эзры и сделала глубокий вдох. – Так что ты там говорил… чтобы у нас получилось. Я… тоже этого хочу.
Он просиял, и Ария увидела свое отражение в стеклах его очков. В столовой Эзры пробили старинные напольные часы.
– П-правда? – пробормотал он.
– Да. Но… я хочу, чтобы все было по-честному. – Она тяжело сглотнула. – У меня есть парень. Поэтому… я должна это учитывать, ты понимаешь?
– Конечно, – сказал Эзра. – Я понимаю.
Они встретились взглядами и долго не отпускали друг друга. Ария могла бы протянуть руку, сорвать с него очки, покрыть его лицо поцелуями.
– Думаю, сейчас мне лучше уйти, – печально сказала она.
– Ладно, – ответил Эзра, не сводя с нее глаз. Но когда она сползла с дивана и попыталась обуться, он потянул ее за край футболки. Хотя она и хотела уйти, но уйти… просто не могла.
– Иди сюда, – прошептал Эзра, и Ария полетела вниз. Эзра протянул руки и поймал ее.
28. А некоторые буквы складываются в слово «тюрьма»
Около восьми вечера в субботу Спенсер лежала на кровати, наблюдая, как медленно вращаются под потолком лопасти вентилятора в форме пальмовых листьев. Вентилятор стоил дороже приличного автомобиля, но Спенсер упросила маму купить его, потому что такой же был в ее личном бунгало, когда они всей семьей отдыхали в отеле «Кейвс» на Ямайке. Правда, сейчас он выглядел таким… словом, как Спенсер в тринадцать лет.
Она встала с кровати и скользнула ногами в черные босоножки от «Шанель». Она знала, что надо бы проявить хоть немного энтузиазма, собираясь на вечеринку к Моне. В прошлом году у нее таких проблем не возникало – впрочем, в прошлом году все в ее жизни было по-другому. Целый день ее преследовали странные видения – ссора с Эли у амбара, слова Эли, которых Спенсер не слышит, шаг в сторону Эли и…
Она нанесла на губы чуть больше блеска цвета жареного миндаля, расправила черное платье с рукавом «кимоно» и спустилась вниз по лестнице. На пороге кухни она с удивлением увидела, что мать, отец и Мелисса сидят за столом вокруг пустой доски «Скрэббл»[87]. Две собаки уютно устроились у их ног. Отец сменил привычную форму одежды – строгий костюм или велосипедное трико – на свободную белую футболку и джинсы. Мама была в шароварах для йоги. В воздухе витал запах горячего молока из кофеварки «Миле».
– Привет. – Спенсер не помнила, когда в последний раз видела родителей дома субботним вечером. Они были завсегдатаями светских мероприятий – будь то открытие ресторана, симфонический концерт или званый ужин у партнеров юридической компании отца.
– Спенсер! Вот и ты! – воскликнула миссис Хастингс. – Угадай, что у нас есть? – Жестом фокусника она извлекла из-за спины распечатку. Спенсер увидела сверху знакомый набранный готическим шрифтом логотип «Филадельфия сентинел». Ниже шел броский заголовок:
– Джордана только что прислала нам ссылку по электронной почте, – радостно защебетала мама. – Передовица для воскресного номера, разумеется, будет готова к завтрашнему утру, но твоя история уже в Сети!
– Вау, – вымолвила Спенсер дрожащим голосом, растерянная и ошеломленная настолько, что не смогла бы прочитать текст. Значит, все происходит наяву. И как далеко это зайдет? Что, если она на самом деле
– Давайте-ка отметим это шампанским, – предложил мистер Хастингс. – Ты тоже можешь сделать глоток, Спенс. Все-таки повод особенный.
– А, может, хочешь сыграть в «Скрэббл»? – спросила миссис Хастингс.
– Мам, она уже оделась на вечеринку, – с укором произнесла Мелисса. – Не хочет она сидеть здесь, пить шампанское и играть в «Скрэббл».
– Вздор, – решительно заявила миссис Хастингс. – Еще даже восьми нет. Вечеринки так рано не начинаются, или я не права?
Спенсер почувствовала себя в ловушке. Все взгляды были устремлены на нее.
– Я… думаю, нет, – пробормотала она.
Она отодвинула стул, села и скинула босоножки. Отец достал из холодильника бутылку шампанского «Моэт э Шандон», хлопнул пробкой и выставил на стол четыре бокала от «Ридель». Он налил полные бокалы себе, маме Спенсер и Мелиссе, и полбокала – виновнице торжества. Мелисса придвинула к ней подставку для игры.
Спенсер опустила руку в бархатный мешочек и набрала плиток с буквами. Следом за ней буквы тянул отец. Спенсер немало удивилась тому, что он знает, как это делается – она никогда не видела его за игрой, даже на отдыхе.
– Не слышала, когда судьи объявят окончательное решение? – спросил он, поднеся к губам бокал шампанского.
Спенсер пожала плечами.