Читаем Истина в кино полностью

«Три билборда на границее Эббинга, Миссури» — это почти как «Амели». Нравится всем. Консерваторам и либералам, христианам и атеистам, ультралевым и ультраправым, феминисткам, гомосексуалистам, фанатикам политкорректности, расистам и гомофобам, любителям большого серьёзного кино, фанатам «Игры престолов» и даже поклонникам тупых комедий в стиле «Бивиса и Баттхеда». Представителя каждой из этих социальных групп Мартин Макдонах сперва ущипнул для привлечения внимания, а потом так или иначе погладил — всех затроллил и всех утешил.

Значило бы, что Голливуд и Академия совсем уж бесповоротно сошли с ума, если бы «Три билборда» не стали фильмом года. Сошли, разумеется. Ну, и, в любом случае, казалось, что «билборды» соберут целый пучок «Оскаров», что практически предрешена победа Макдонаха в номинации «лучший оригинальный сценарий» (на деле выдали по расовой квоте чернокожему сценаристу). Хорошо хоть заслуги актеров были вознаграждены — никто из актрис не сыграл за этот год лучше, чем Фрэнсис Макдорманд, а за лучшую мужскую роль второго плана поборолись аж два актёра из «Билбордов» — Вуди Харельсон и Сэм Рокуэлл (он и был удостоен награды), сыгравшие «хорошего» и «плохого» полицейских. Персонаж Рокуэлла, действительно сыгравшего очень ярко, — «гей», но при этом расист и гад, но на самом деле нет.

История довольно простая: перед нами очередная сага об американской провинциальной жизни, как «Твин Пике» или «Фарго». Убитая девушка, бары, копы, действующие не по закону, скелеты, лезущие из каждого шкафа… Милдред Хейз, стареющая алкоголичка, живущая на окраине маленького городка в Миссури, оплачивает в рекламной компании три билборда, текст которых обвиняет полицию в пассивности при расследовании ужасной гибели её дочери Анжелы, которая была изнасилована, убита и сожжена неизвестными. Открытый вызов полиции будоражит маленький городок, где все всех знают, у всех своё мнение, многие сочувствуют оклеветанному начальнику полиции. Да он и сам себе сочувствует — ему осталось жить всего ничего, а он вынужден разбираться с «глухарём», ни следственные действия, ни генетические экспертизы ничего не дают — преступника в полицейских базах нет.

При этом Милдред настроена решительно, произносит пламенные пародийно-феминистские речи о том, что у всех мужчин на свете нужно собирать кровь, чтобы сразу находить насильников, обличает за педофилию церковников (не индивидуально, а по принципу коллективной вины) пришедшего её уговаривать католического священника, и в конечном счёте дело заканчивается натуральной дракой с дантистом, который на стороне комиссара. Боль Милдред, которую мучит чувство вины (она отправила дочь в город пешком, не дав машину, и крепко с нею поругалась накануне гибели), придаёт ей жестокости. Впрочем, и другие персонажи пускают в ход силу при каждом удобном случае, поэтому в городе раскручивается настоящая спираль насилия. Все два часа эта история держит в напряжении и не устаёт удивлять…

Сделано это всё просто великолепно. От «Билбордов» получаешь настоящее удовольствие — звук, монтаж, композиция кадра, драматургия. Макдонах постоянно дразнит зрителя то политкорректными насмешками над политкорректностью, то изощрёнными, но легко узнаваемыми цитатами — когда Милдред читает у железной дороги письмо комиссара, это отсылка к началу «Однажды на Диком Западе» Серджио Леоне, а разговор двух тапочек пародирует «Мистера Шляпу» из «Южного Парка». Пожар билбордов отсылает к куклуксклановским нравам, показанным в «Миссисипи в огне», где Фрэнсис Мак-дорманд исполнила свою первую знаменитую роль. Не обошлось даже без «Игры Престолов». Питер Диклейндж играет своего персонажа-карлика уморительно похоже на Тириона.

А главное, это очень добрая, человечная история. Как и в большинстве американских лент в жанре «провинциальных историй», люди оказываются лучше, чем они кажутся на первый взгляд, а всех их скелеты не настолько скелетисты, чтобы убить в них хорошего человека (именно это с такой враждебностью спародировал в «Догвилле» Ларе фон Триер, у которого, напротив, американская провинция оказывается адом).

В этом смысле «Три билборда» — настоящая «Нелюбовь» здорового человека. Так мог бы снять свой фильм Звягинцев, если бы реально хоть немного интересовался людьми, диалогами, психологической и социальной достоверностью… Вместо натянутых пустых диалогов ни о чём и волн взаимной ненависти, наводящей на мысли об инопланетном вторжении, Макдонах показывает нелюбовь как она действительно есть — с переходами от скандалов к сожалениям, забавными, стопроцентно узнаваемыми скетчами. Герои Макдонаха куда больше похожи на москвичей, у которых проблемы с детьми, чем герои Звягинцева. И будет очень странно, политически ангажированно-странно, если бледная неудачная копия получит ту же награду, что и блестящий подлинник (а если подлинник не получит, это уже будет форменный скандал).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Искусство жизни
Искусство жизни

«Искусство есть искусство жить» – формула, которой Андрей Белый, enfant terrible, определил в свое время сущность искусства, – является по сути квинтэссенцией определенной поэтики поведения. История «искусства жить» в России берет начало в истязаниях смехом во времена Ивана Грозного, но теоретическое обоснование оно получило позже, в эпоху романтизма, а затем символизма. Эта книга посвящена жанрам, в которых текст и тело сливаются в единое целое: смеховым сообществам, формировавшим с помощью групповых инсценировок и приватных текстов своего рода параллельную, альтернативную действительность, противопоставляемую официальной; царствам лжи, возникавшим ex nihilo лишь за счет силы слова; литературным мистификациям, при которых между автором и текстом возникает еще один, псевдоавторский пласт; романам с ключом, в которых действительное и фикциональное переплетаются друг с другом, обретая или изобретая при этом собственную жизнь и действительность. Вслед за московской школой культурной семиотики и американской poetics of culture автор книги создает свою теорию жизнетворчества.

Шамма Шахадат

Искусствоведение
Шок новизны
Шок новизны

Легендарная книга знаменитого искусствоведа и арт-критика Роберта Хьюза «Шок новизны» увидела свет в 1980 году. Каждая из восьми ее глав соответствовала серии одноименного документального фильма, подготовленного Робертом Хьюзом в сотрудничестве с телеканалом Би-би-си и с большим успехом представленного телезрителям в том же 1980 году.В книге Хьюза искусство, начиная с авангардных течений конца XIX века, предстает в тесной взаимосвязи с окружающей действительностью, укоренено в историю. Автор демонстрирует, насколько значимым опыт эпохи оказывается для искусства эпохи модернизма и как для многих ключевых направлений искусства XX века поиск выразительных средств в попытке описать этот опыт оказывается главной созидающей и движущей силой. Изобретательность, с которой Роберт Хьюз умеет транслировать это читателю с помощью умело подобранного примера, хорошо продуманной фразы – сердце успеха этой книги.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Роберт Хьюз

Искусствоведение / Прочее / Культура и искусство
Изображение. Курс лекций
Изображение. Курс лекций

Книга Михаила Ямпольского — запись курса лекций, прочитанного в Нью-Йоркском университете, а затем в несколько сокращенном виде повторенного в Москве в «Манеже». Курс предлагает широкий взгляд на проблему изображения в природе и культуре, понимаемого как фундаментальный антропологический феномен. Исследуется роль зрения в эволюции жизни, а затем в становлении человеческой культуры. Рассматривается возникновение изобразительного пространства, дифференциация фона и фигуры, смысл линии (в том числе в лабиринтных изображениях), ставится вопрос о возникновении формы как стабилизирующей значение тотальности. Особое внимание уделено физиологии зрения в связи со становлением изобразительного искусства, дифференциацией жанров западной живописи (пейзажа, натюрморта, портрета).Книга имеет мало аналогов по масштабу охвата материала и предназначена не только студентам и аспирантам, но и всем интересующимся антропологией зрения.

Михаил Бениаминович Ямпольский

Искусствоведение / Проза / Русская классическая проза