Читаем История государства киданей полностью

Имелось сто лицедеев, которые группой по пятьдесят человек посменно дежурили ночью, а когда кончалась четвертая стража, пели перед юртой императора, что называлось гуачжан — [«оглушать криком юрту»]. Каждый раз при поклонении горе Муешань{550} и стрельбе в ветки ивы{551} лицедеи шли впереди и пели песни варваров под аккомпанемент скрипки, и это прекращалось только после окончания церемонии.

Система одежды{552}

Императрица и киданьские чиновники ходят в киданьских одеждах. Император и китайские чиновники ходят в китайских одеждах.

Киданьские чиновники носят войлочный головной убор, украшенный золотым узором, к которому иногда добавляются жемчуг, яшма и перья зимородка. По-видимому, этот головной убор является подражанием головному убору буяогуань, который носили при династиях Хань и Вэй жившие на берегах реки Ляошуй. На затылке свешивается сплетенный из золотых украшений мешочек, в котором прячется пучок волос.

Носят темно-красные узкие халаты с ложной полой, подпоясанные поясом тесе, который делается из кожи и обматывается полосками желтой, и красной ткани. Для украшения на пояс прикрепляют золото, яшму, хрусталь и нефрит.

Носят также головной убор из шелка, подобный черному головному убору чиновников, надевавшемуся во время аудиенций в Китае, но у него нет полей, и он не опускается на уши. Впереди пришивают золотые украшения, а наверху завязывают темно-красную ленту. К концам ленты прикрепляются жемчужины. Носят также темно-красные или черные платки.

Взрослые мужчины, носящие темно-красные узкие халаты с поясом, надевают зеленую рубашку{553}. Носящие узкие халаты с зелеными цветами по большей части надевают рубашку красного или зеленого цвета.

Знатные носят соболиные шубы. Особенно высоко ценися темно-красный соболь, а затем соболь сероватого цвета.. Используют горностая, мех которого особенно чист и бел. Незнатные украшают головной убор мехом соболя, а шубы шьют из лисьего меха.

Тетивы для луков делаются из кожи. Древки для стрел выстругиваются из березы. Седло и узда легкие, удобные для езды. На груди изображение соболя, а иногда — шеи лебедя или головы утки{554}.

В эру правления Цзин-дэ, установленную сунским императором Чжэнь-цзуном, ученый из жертвенного приказа Ван Шу и чиновник финансового ведомства Ли Вэй ездили послами к киданям для принесения поздравлений по случаю дня рождения [киданьского] императора. Вернувшись, они рассказали, что глава киданей при приеме китайских послов через силу надел одежду, и головной убор, а по окончании приема сразу же повязал голову платком, собрал киданьских всадников и отправился на охоту.

Время для рыбной ловли и охоты{555}

Каждый год, в первой декаде первой луны, [император] выезжал на охоту и через шестьдесят дней приезжал на реку Далухэ, где долбил лед и ловил рыбу{556}. Когда лед таял, он выпускал орлов и соколов для ловли лебедей и диких гусей.

Летом, спасаясь от жары, [император] жил в горах Таньшань или в горах Шанцзин.

В первой декаде седьмой луны он снова уезжал в горы стрелять оленей. В полночь охотникам приказывали играть в рожки, подражая реву оленей, а когда те собирались, их стреляли.

Чао Хуэй, ездивший к киданям при сунском императоре Чжэнь-цзуне в качестве посла для принесения поздравлений по случаю дня рождения императора, вернувшись, рассказал, что вначале он прибыл на озеро Чанбо, на котором много диких лебедей и уток. Глава государства киданей, отправляясь на охоту, приказывает подчиненным ему всадникам бить вокруг озера в барабаны, тревожа лебедей и уток, а когда они взлетают, выпускает на них серых соколов из восточных земель у моря или же стреляет в них из лука. Глава государства киданей и остальные все имеют у пояса шило из металла или яшмы, которое называют «шило для убийства лебедей и прокалывания уток». Каждый раз, добыв первую птицу, император вырывает у нее перья и вставляет их в волосы, садится на барабан и предается пьянству, считая это наибольшим развлечением.

Кроме того, кидане любят бить зайцев, делая для этого молотки из меди или камня.

Каждый год, осенью, [кидане] одеваются в войлочные шубы, подзывают оленей и стреляют в них. В летние месяцы войлок заменяется полотном, в юртах подстилается трава, и они играют в облавные шашки, игру шуанлу или же ловят сетями соколов в глубоких горных ущельях.

Система экзаменов на ученую степень

Тай-цзу, подобно дракону взлетевший вверх в северных пустынях, был занят войной, и при нем не было правил для экзаменов на ученую степень. Только через несколько поколений благодаря установившемуся длительному миру впервые были введены правила, предусматривавшие проведение экзаменов раз в три года в волостях, областях и при управлении государственной канцелярии.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники письменности Востока

Самгук саги Т.1. Летописи Силла
Самгук саги Т.1. Летописи Силла

Настоящий том содержит первую часть научного комментированного перевода на русский язык самого раннего из сохранившихся корейских памятников — летописного свода «Исторические записи трех государств» («Самкук саги» / «Самгук саги», 1145 г.), созданного основоположником корейской историографии Ким Бусиком. Памятник охватывает почти тысячелетний период истории Кореи (с I в. до н.э. до IX в.). В первом томе русского издания опубликованы «Летописи Силла» (12 книг), «Послание Ким Бусика вану при подношении Исторических записей трех государств», статья М. Н. Пака «Летописи Силла и вопросы социально-экономической истории Кореи», комментарии, приложения и факсимиле текста на ханмуне, ныне хранящегося в Рукописном отделе Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН (М, 1959). Второй том, в который включены «Летописи Когурё», «Летописи Пэкче» и «Хронологические таблицы», был издан в 1995 г. Готовится к печати завершающий том («Описания» и «Биографии»).Публикацией этого тома в 1959 г. открылась научная серия «Памятники литературы народов Востока», впоследствии известная в востоковедческом мире как «Памятники письменности Востока».(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче

Предлагаемая читателю работа является продолжением публикации самого раннего из сохранившихся памятников корейской историографии — Самгук саги (Самкук саги, «Исторические записи трех государств»), составленного и изданного в 1145 г. придворным историографом государства Коре Ким Бусиком. После выхода в свет в 1959 г. первого тома русского издания этого памятника в серии «Памятники литературы народов Востока» прошло уже тридцать лет — период, который был отмечен значительным ростом научных исследований советских ученых в области корееведения вообще и истории Кореи раннего периода в особенности. Появились не только такие обобщающие труды, как двухтомная коллективная «История Кореи», но и специальные монографии и исследования, посвященные важным проблемам ранней истории Кореи — вопросам этногенеза и этнической истории корейского народа (Р.Ш. Джарылгасиновой и Ю.В. Ионовой), роли археологических источников для понимания древнейшей и древней истории Кореи (академика А.П. Окладникова, Ю.М. Бутина, М.В. Воробьева и др.), проблемам мифологии и духовной культуры ранней Кореи (Л.Р. Концевича, М.И. Никитиной и А.Ф. Троцевич), а также истории искусства (О.Н. Глухаревой) и т.д. Хотелось бы думать, что начало публикации на русском языке основного письменного источника по ранней истории Кореи — Самгук саги Ким Бусика — в какой-то степени способствовало возникновению интереса и внимания к проблемам истории Кореи этого периода.(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература

Похожие книги