Еще утрами черный дым клубитсяНад развороченным твоим жильем.И падает обугленная птица,Настигнутая бешеным огнем.Еще ночами белыми нам снятся,Как вестники потерянной любви,Живые горы голубых акацийИ в них восторженные соловьи.Еще война. Но мы упрямо верим,Что будет день, — мы выпьем боль до дна,Широкий мир нам вновь раскроет двери,С рассветом новым встанет тишина.Последний враг. Последний меткийвыстрел.И первый проблеск утра, как стекло.Мой милый друг, а все-таки как быстро,Как быстро наше время протекло.В воспоминаньях мы тужить не будем,Зачем туманить грустью ясность дней, —Свой добрый век мы прожили как люди —И для людей.
1944
Под Нарвой
Яков Хелемский
«Спасибо той земле, что столько раз…»
Спасибо той земле, что столько разСпасала нас от пули и гранатыИ, вскопана саперною лопатой,Как щит, надежно заслоняла нас.Еще спасибо камню, чьи бокаПокрыты мхом. Он лег у косогора,Чтоб в перебежке выручить стрелкаИ стать на миг укрытьем и упором.Дубам ветвистым низко бьем челом, —Мы с болью их рубили для наката.Деревья умирали, как солдаты,Чтоб люди уцелели под огнем.Мы помним и тебя, радушный клен, —В твоей тени мы спали на стоянке, —И листьям вырезным твоим поклон,Маскировавшим тягачи и танки.Спасибо раннему цветку. Он вдругУ бруствера оттаявшего вырос.И ожил бурый разбомбленный луг,Когда на свет подснежники явились.Спасибо ливням, что смывали пот,И родникам, что утоляли жажду,Всему, что, несмотря на бой, цветет,Любому стебельку и ветке каждой.И травам, просто радовавшим глаз,И солнцу, что окопы нагревало,Спасибо той земле, где всё за нас,Где каждая былинка воевала.
1944
Торопец
Анатолий Чепуров
Родная земля
Незыблемый обычай есть в народе:Когда в края заветные опятьПридет казах, прославленный в походе,Обязан землю он поцеловать.И он, казах, как по закону надо,Товарищ наш по боевой судьбе,Прильнул к земле в предместьяхЛенинграда:«Земля моя, я вновь пришел к тебе!»
1944
1945
Пусть живые запомнят и пусть поколения знаютЭту взятую с боем, суровую правду солдат…Семен Гудзенко
Сергей Аракчеев
Болото
Мы в том болоте сутки спали стоя.Нас донимали мухи и жара.Оно было зеленое, густое.В нем от застоя дохла мошкара.Там не хотели рваться даже миныИ шли ко дну, пуская пузыри.…И если б не было за ним Берлина,Мы б ни за что туда не забрели.