Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого бне жалели.Мы пред нашим комбатом, как предгосподом богом, чисты.На живых порыжели от крови и глинышинели,на могилах у мертвых расцвели голубые цветы.Расцвели и опали… Проходит четвертаяосень.Наши матери плачут, и ровесницы молчагрустят.Мы не знали любви, не изведали счастьяремёсел,нам досталась на долю нелегкая участьсолдат.У погодков моих нет ни жен, ни стихов,ни покоя, —только сила и юность. А когдавозвратимся с войны,все долюбим сполна и напишем, ровесник,такое,что отцами-солдатами будут гордитьсясыны.Ну, а кто не вернется? Кому долюбитьне придется?Ну, а кто в сорок первом первою пулейсражен?Зарыдает ровесница, мать на порогезабьется, —у погодков моих ни стихов, ни покоя,ни жен.Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого бне жалели.Кто в атаку ходил, кто делилсяпоследним куском,тот поймет эту правду, — она к намв окопы и щелиприходила поспорить ворчливым,охрипшим баском.Пусть живые запомнят и пусть поколениязнаютэту взятую с боем, суровую правду солдат.И твои костыли, и смертельная ранасквозная,и могилы над Волгой, где тысячи юныхлежат, —это наша судьба, это с ней мы ругалисьи пели,подымались в атаку и рвали над Бугоммосты.…Нас не нужно жалеть: ведь и мы никого бне жалели.Мы пред нашей Россией и в трудноевремя чисты.А когда мы вернемся, —а мы возвратимся с победой,все, как черти, упрямы, как люди,живучи и злы, —пусть нам пива наварят и мяса нажарятк обеду,чтоб на ножках дубовых повсюдуломились столы.Мы поклонимся в ноги роднымисстрадавшимся людям,матерей расцелуем и подруг, чтодождались, любя.Вот когда мы вернемся и победуштыками добудем —все долюбим, ровесник, и работу найдемдля себя.