Читаем Избранное полностью

Здесь все свои? Мы можем говорить свободно.Только Диего нет. Мы должны обсудить              кое-какие подробности.Через несколько дней войска Руиса будут у города.Мы должны выступить в День Всех Мертвых.Я всё наметил и людей надежных подобрал.Диего с сотней захватит арсенал.Я окружу дворец и арестую комитет…

Альда

Уж ночь, а Диего нет…

Граф

Неужели они посмеют?..


Ветер раскрывает окно.


Альда

Что это?

Граф

Ветер окно раскрыл… Успокойтесь!

Альда

Пречистая дева, огради, помоги!

Дама

Вы слышите? Шаги!

Граф

Это Диего! Диего!

Входит Луис.

Луис!

Луис

Альда, мужайтесь!Вы ему обещали — помните…

Альда

Скорей! Я знаю!Всё кончено?

Луис

Я ждал…Трибунал…Только теперь сказать посмели.

Альда

Убит?

Луис

Расстрелян.

Альда

Братик!

Луис

Сядьте!

Альда

Нет, нет, я не плачу…Разве можно плакать теперь…Так значит, это — смерть…

Луис

Солдат сказал мне.На заре. Светало.Он был тверд. С открытыми глазами.Он был — Диего Романьес.Он солдатам сказал:«Не надо! Завяжите себе глаза!Вам страшно. Я буду глядеть даже мертвый.Ведь меня казнят за то, что я не умел                 отвертываться.Я хочу эти горы видеть.За ними Мадрид. Король в Мадриде».Он говорил. Солдаты плакали.

Альда

Нет, я не буду плакать…Так умереть — ведь это победа…Диего!.. Диего!..

Луис

Да, не плакать.Молчать. Только клятва.Сейчас, здесьНи слова. Только месть.

Граф

Мы назначили — День Всех Мертвых.Дорога на Севилью уже взорвана.Вы вместо Диего — арсенал.

Луис

Он был бы спокоен, если б знал.Идут на наш дом. Ни спора, ни вздоха, ни стона.Притаиться, крепиться и ждать врага.Блажен погибший на пороге непоруганного дома,За честь еще не умершего очага!

Духовник

Благословляю вас на ратный подвиг.С вами сила господня!Близок час торжества.Будьте только бесстрашны.Восстановите все праваСвятейшей церкви, короля и ваши.

Дама

Накажите этих извергов! СразуЖелезом выжгите язву!Надо только без всякой нежности —На каждый кипарис по одному мятежнику,И детей ихних… Чтоб знали!..Ведь это облегчит ваше горе, Альда?

Луис

Как ни страшна потеря,Я верю,Вы нам поможете в заговоре.

Альда

Нет, не просите меня… не надо!«Восстановить права», «наказать мятежников»…Я от вас ушла теперь.Я не хочу, чтоб было, как прежде.Прежде — это смерть.Я для вас безрассудная женщина,Хуже того — изменница.Я всё та же, только сегодня не вчера,А что будет завтра?..

1-я барышня

(второй)

И это его сестра!..

2-я барышня

И после смерти брата!..

Альда

Я попрошу вас пройти в гостиную. Луис,                 останьтесь.Мне надо поговорить с вами.

Все, кроме Альды и Луиса, уходят.

Луис

Вы стали федералисткой!.. Другой, чужой,Вы даже смотрите теперь иначе…

Альда

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная библиотека поэзии

Возвращение Чорба. Стихи
Возвращение Чорба. Стихи

Сборник рассказов и стихотворений, опубликованных ранее в различных эмигрантских изданиях, был подготовлен Набоковым в июне 1929 г.; вышел из печати в декабре того же года.Спустя четверть века в книге «Русская литература в изгнании» Струве дал сжатый, но очень точный анализ всей набоковской лирики — в том числе и стихотворений из «Возвращения Чорба». «В <…> тщательно отобранных стихотворениях, вошедших в "Возвращение Чорба" <…> срывов вкуса уже почти нет, стих стал строже и суше, появилась некоторая тематическая близость к Ходасевичу (поэту, которого зрелый Набоков ставил особенно высоко среди своих современников), исчезли реминисценции из Блока, явно бывшие чисто внешними, подражательными, утратилось у читателя и впечатление родства с Фетом, которое давали более ранние стихи Набокова (сходство и тут было чисто внешнее, фетовской музыки в стихах Набокова не было, он был всегда поэтом пластического, а не песенного склада). <…> Стихи "Возвращения Чорба" в большинстве прекрасные образчики русского парнасизма; они прекрасно иллюстрируют одно из отличительных свойств Набокова как писателя, сказавшееся так ярко в его прозе: необыкновенную остроту видения мира в сочетании с умением найти зрительным впечатлениям максимально адекватное выражение в слове».Н. Мельников. «Классик без ретуши».

Владимир Владимирович Набоков , Владимир Набоков

Поэзия / Стихи и поэзия
Университетская поэма
Университетская поэма

В конце 1926 года Набоков пишет «Университетскую поэму» — 882 стиха, 63 строфы по 14 строк. Главным предметом исследования в поэме представляется одиночество, будь то одиночество эмигранта, студента или старой девы.«Университетская поэма» — это также дань Пушкину. В поэме такое же количество строк в песне и такая же структура песни, как и в «Евгении Онегине», а ее строфа старательно переворачивает ту форму, которую изобрел для своей строфы Пушкин: четырнадцатая строка в пушкинской схеме становится первой у Сирина, женская рифма превращается в мужскую, а мужская — в женскую. Сирин показывает молодым поэтам, которых он рецензировал, что можно делать со стихом: общая схема, индивидуальные открытия.Несмотря на все ее хрупкое обаяние и великолепный комментарий к Пушкину, «Университетская поэма» все-таки представляется слишком сдержанной, в ней слишком мало пушкинской музыки и пушкинской страстности. Хотя Пушкин бывал и хрупким или холодным, он, кажется, всегда пил жизнь залпом. «Университетская поэма», дивного фарфора сервиз из тридцати шести предметов, позволяет нам разве что цедить жизнь маленькими сладкими глотками. Однако Иван Алексеевич Бунин, великий старейшина эмигрантской литературы, был иного мнения. Сразу после выхода поэмы он написал Сирину письмо, в котором чрезвычайно тепло отозвался о ней.Б. Бойд. «Владимир Набоков. Русские годы»

Владимир Владимирович Набоков , Владимир Набоков

Поэзия / Поэзия / Проза / Русская классическая проза
Горний путь
Горний путь

По воле судьбы «Горний путь» привлек к себе гораздо меньше внимания, чем многострадальная «Гроздь». Среди тех, кто откликнулся на выход книги, была ученица Николая Гумилева Вера Лурье и Юлий Айхенвальд, посвятивший рецензию сразу двум сиринским сборникам (из которых предпочтение отдал «Горнему пути»). И Лурье, и Айхенвальд оказались более милосердными к начинающему поэту, нежели предыдущие рецензенты. Отмечая недостатки поэтической манеры В. Сирина, они выражали уверенность в его дальнейшем развитии и творческом росте: «Стихи Сирина не столько дают уже, сколько обещают. Теперь они как-то обросли словами — подчас лишними и тяжелыми словами; но как скульптор только и делает, что в глыбе мрамора отсекает лишнее, так этот же процесс обязателен и для ваятеля слов. Думается, что такая дорога предстоит и Сирину и что, работая над собой, он достигнет ценных творческих результатов и над его поэтическими длиннотами верх возьмет уже и ныне доступный ему поэтический лаконизм, желанная художническая скупость» (Айхенвальд Ю. // Руль. 1923. 28 января. С. 13).Н. Мельников. «Классик без ретуши».

Владимир Владимирович Набоков , Владимир Набоков

Поэзия / Поэзия / Стихи и поэзия
Стихи, 1916
Стихи, 1916

Свою литературную деятельность Владимир Набоков (Сирин) начинал не с прозы, а со стихов. В 1916 г., еще будучи учеником Тенишевского училища, на собственные деньги, полученные по наследству от скоропостижно скончавшегося «дяди Руки» (Василия Рукавишникова), юный Набоков издает книгу стихотворений, которую, как потом чистосердечно признавался писатель, «по заслугам немедленно растерзали те немногие рецензенты, которые заметили ее». Среди этих хищников был преподаватель Тенишевского училища Василий Гиппиус По воспоминаниям Набокова, «В. В. Гиппиус <…> принес как-то экземпляр <…> сборничка в класс и подробно его разнес при всеобщем, или почти всеобщем смехе. <…> Его значительно более знаменитая, но менее талантливая кузина Зинаида, встретившись на заседании Литературного фонда с моим отцом <…> сказала ему: "Пожалуйста, передайте вашему сыну, что он никогда писателем не будет"»Н. Мельников. «Классик без ретуши».

Владимир Владимирович Набоков

Поэзия

Похожие книги