В этот раз парализация длилась намного дольше. Я старалась не впадать в панику и терпеливо дожидалась резолюции Кеймаров. А куда бы я делась? Почти все разошлись сдавать экзамены. Даже Мариту отправили, а то она собиралась из-за меня прогулять. А я пока успокаивала себя тем, что сдачу всех демонических предметов поставили на послеобеденное время. Если очень-очень повезет, то могу и успеть.
К сожалению, по той же самой причине присматривать за мной вызвались тоже свободные Аштар и Хинанда. Я бы порадовалась их заботе, если бы демоны не развлекали себя исключительно демоническими беседами. Хоть я и усердно притворялась, что сплю, но щеки непроизвольно обдавало жаром – от любого поворота разговора, которых скучающие присутствующие не стеснялись.
– В общем, переворачиваю я ее и загибаю поудобнее, – продолжал Аштар очередной рассказ, – а она визжит во всю глотку. Ты мне, дескать, позвоночник сломаешь! И вот держу я ее, понимаешь, за ногу, а сам взвешиваю – как она в разгар страстной игры может думать о всяких там позвоночниках? В этот момент залетает нянька и с размаха бьет меня по затылку стулом. Орет, что и так прислугу всю поискалечили, а мне, семнадцатому сыну, никто права не давал устраивать пытки без повода. И я ведь ей так и не доказал, что никаких пыток там не подразумевалось!
– М-да-а, – задумчиво протянула Хинанда в ответ. – Иногда жалею, что родилась в Сердцевине. Я одному в порыве страсти однажды случайно пару пальцев сломала – так шуму-то было, ты не представляешь. Даже несмотря на то, что бедный потерпевший еще месяц серенады под моими окнами орал и умолял повторить. Люди, не испытавшие настоящей страсти, так мелко мыслят!
– Уж не говори. Хотя мне в Сердцевине понравилось – меня вообще заводит это ощущение, что всякий раз нужно выяснять границы допустимого ущерба. Это делает игру еще увлекательнее, а страстные затеи не повторяются от одной девицы к другой, со всеми выпадает разная роль.
Демоница усмехнулась – видимо, тоже что-то представив. Потом добавила:
– Эх, жаль, что ты с Маритой. Не хочу ее обижать, все-таки своя. А так бы у нас с тобой получилась незабываемая ночка.
– С ума сошла? – голос Аштара прозвучал хоть и со смехом, но уверенно. – Мы бы с тобой друг другу горло перегрызли, выясняя, кто сверху. Ну и целых позвоночников бы точно не осталось.
– Тоже верно, – вздохнула Хинанда. – Тогда очень хорошо, что ты с Маритой. Не будет соблазна проверить. Слушай, а как тебе столичные шлюхи? Лучше ваших, окраинских?
Я стонала безмолвно. Уже пора было привыкнуть к их нравам, но я бы предпочла эти науки на потом отложить. И зря Аштар заверял, что некоторые вещи нужно непременно показывать, ибо не объяснишь. Судя по последним полутора часам – очень даже возможно пересказать любую сцену. И против своей воли узнать, что мужской орган, оказывается, помещается далеко не только в том месте, которое у меня от всех этих бесед пламенем горело.
– Майер? – этого слова от Хинанды я ждала, как самого важного в жизни заклинания. – Вы уже вернулись? Сдали?
– Что за глупый вопрос, Хин? – мой жених вошел в спальню. – Как будто ты не знаешь, что шелле очень сложно не сдать экзамен – мне по крайней мере такой смелый и ответственный преподаватель еще не встретился. Что вы тут обсуждаете?
– Да ничего особенного, пустяки разные. Ой, а почему Айса такая красная?! – демоница посмотрела на меня и вскочила на ноги. – Ей плохо? Эл, глянь, она точно не задыхается?
Если бы мне действительно стало плохо, то эти смотрители бы и не заметили. Я тут три раза могла отдать богам душу, пока они своими пошлостями перекидывались! Но Элвин все-таки склонился надо мной и зачем-то прижал палец к моей щеке. Но о настоящей причине моего состояния не догадался:
– Вроде бы все в порядке. Возможно, уже нужда прижимает – времени-то сколько прошло. А это состояние может затянуться… Какой же я идиот, что не остановил.
– Ты здесь при чем? – Майер отодвинул его и сел на постель со мной рядом. – Все будет хорошо, просто разморозка тканей протекает чуть дольше.
Нужда меня немного беспокоила, и пока я спокойно терпела. Но обсуждать подобное при мне же? Элвин слишком много общается со своей невестой – тоже про границы приличий забывает! Майер придумал способ хоть немного мне помочь:
– Айса все еще в бальном платье. Ей было бы намного легче дышать в чем-то просторном. Надо переодеть. Хин, сделаешь?
– Я? – демоница ему удивленно улыбнулась. – Майер, ты свою невесту, с которой в одной постели спишь, переодеть не можешь?
Я видела, как Элвин посмотрел на друга – и даже скачок эмоций уловила. Проскользнуло что-то противоречивое, наподобие смеси торжества, что мы попались, и тягостного ожидания, что больше на этом не попадемся. Майер не подвел – ни меня, ни Элвина:
– Конечно, могу. Хин, я о другом спросил – одолжишь какую-то свою ночную рубаху? Не хочу копаться в вещах Айсы без ее согласия.
– Принесу через пару минут, – она отреагировала мгновенно.
Получив вещь и затворив за всеми дверь, Майер наклонился ко мне и прошептал в самое ухо: