Читаем Капиталисты поневоле полностью

Население средневековых торговых и административных центров весьма нестабильно в последующие столетия, изменяясь, относительно и абсолютно, за счет того, что города завоевывали и теряли гегемонию над торговыми маршрутами и политическими доменами. 18 городов один или несколько раз занимали свое место в списке 10 крупнейших в 1320, 1500, 1600 и 1700 гг. (табл. 3.2)[64].

Число североитальянских торговых городов-государств, которые занимали 6 мест в десятке крупнейших в 1300 г., сократилось до четырех в 1500 г. и до двух в 1600 и 1700. Концентрация экономической силы и урбанизация Северной Италии в предчумную эпоху была столь подавляющи, что не только Венеция, Флоренция и Милан заняли лидирующее положение в списке европейских городов, но и Болонья, Сиена и Генуя попали в первую десятку. Однако к 1500 г. последние потеряли свое население и в относительном, и в абсолютном выражении. Генуя, добившаяся высокой степени экономической автономии от Милана, была исключением. В XVI в. из городов-государств со значительным ростом населения остаются только Венеция и Милан, и только в Венеции скорость урбанизации была выше средней по Европе.

XVI в. был последним периодом, в котором итальянские города-государства играли значительную роль. Даже внутри Италии политическую конкуренцию им составляли Рим и Палермо[65]. В Европе в XVI и XVII вв. на сцену выходят великие столицы. Лондон догнал Париж. С населением в 2 и 1,5 раза большим, чем у Амстердама (третий город в 1700 г.), эти две столицы зарождающихся великих политических и экономических держав достигли такого демографического перевеса над другими городами, который не случался в Европе со времен имперских столиц — Константинополя и Рима.

Потеря городами автономии в XVII в. и их полная зависимость от внутринациональных политических блоков отражаются и на демографических показателях (табл. 3.3). В 1600 и в 1700 гг. среди городов с населением свыше 100 000 человек демографический рост касался только столиц основных политических и военных держав. Меньший, но все же значительный, рост наблюдался в столицах мелких и угасающих государств. В итальянских городах, которые были столицами совсем мелких областей, численность населения вообще не увеличивалась и даже уменьшалась. Наконец, города, инкорпори-


ТАБЛИЦА 3.3. Изменения численности населения во Флоренции и городах свыше 100 000 жителей, 1600-1700 гг.

.                                   Разница

Город       Население  Население  1600 - 1700 г.

.            в 1600 г.  в 1700 г.      (%) 

------------------------------------------------

Столицы крупных держав

Амстердам      48 000    210 000         +338

Вена           30 000    105 000         +250

Лондон        187 000    550 000         +194

Париж         245 000    530 000         +116

Столицы малых держав

Лиссабон      100 000    188 000          +88

Москва         80 000    114 000          +43

Рим           102 000    138 000          +35

Мадрид         80 000    105 000          +31

Итальянские города

Палермо       105 000    124 000          +18

Милан         107 000    113 000           +6

Флоренция      65 000     68 000           +5

Венеция       151 000    144 000           -5

Неаполь       224 000    207 000           -8

Города, подчиненные новым столицам

Севилья       126 000     80 000          -37

Прага         110 000     48 000          -56

ИСТОЧНИКИ: по численности населения — Chandler, 1987, с.20-21.


рованные в государства, но не бывшие их столицами, переживали демографический упадок. Севилья — яркий тому пример. Через четыре десятилетия после того, как в 1561 г. Мадрид стал столицей крупного национального государства (даже независимо от того, что он вскоре попал в период стагнации, а затем и упадка), вырос из деревни в крупный город, а затем поменялся рангом по уровню населения с Севильей, некогда ведущим и автономным городом Испании.

Перейти на страницу:

Все книги серии Университетская библиотека Александра Погорельского

Транспорт в городах, удобных для жизни
Транспорт в городах, удобных для жизни

Эра проектов, максимально благоприятствующих автомобильным сообщениям, уходит в прошлое, уступая место более широкой задаче создания удобных для жизни, экономически эффективных, здоровых в социальном отношении и устойчивых в экологическом плане городов. В книге исследуются сложные взаимоотношения между транспортными системами и городами (агломерациями) различных типов.Опираясь на обширные практические знания в сфере городских транспортных систем и транспортной политики, Вукан Вучик дает систематический обзор видов городского транспорта и их характеристик, рассматривает последствия избыточной зависимости от автомобиля и показывает, что в большинстве удобных для жизни городов мира предпочитаются интермодальные транспортные системы. Последние основаны на сбалансированном использовании автомобилей и различных видов общественного транспорта. В таких городах создаются комфортные условия для пешеходных и велосипедных сообщений, а также альтернативные гибкие перевозочные системы, предназначенные, в частности, для пожилых и маломобильных граждан.Книга «Транспорт в городах, удобных для жизни» развеивает мифы и опровергает эмоциональные доводы сторонников преимущественного развития одного конкретного вида транспортных систем, будь то скоростные автомобильные магистрали, системы рельсового транспорта, использование велосипедов или любых иных средств передвижения. Книга задает направления транспортной политики, необходимые для создания городов, удобных для жизни и ориентированных на интермодальные системы, эффективно интегрирующие различные виды транспорта.

Вукан Р. Вучик

Искусство и Дизайн / Культурология / Прочее / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Наши разногласия. К вопросу о роли личности в истории. Основные вопросы марксизма
Наши разногласия. К вопросу о роли личности в истории. Основные вопросы марксизма

В сборник трудов крупнейшего теоретика и первого распространителя марксизма в России Г.В. Плеханова вошла небольшая часть работ, позволяющая судить о динамике творческой мысли Георгия Валентиновича. Начав как оппонент народничества, он на протяжении всей своей жизни исследовал марксизм, стремясь перенести его концептуальные идеи на российскую почву. В.И. Ленин считал Г.В. Плеханова крупнейшим теоретиком марксизма, особенно ценя его заслуги по осознанию философии учения Маркса – Энгельса.В современных условиях идеи марксизма во многом переживают второе рождение, становясь тем инструментом, который позволяет объективно осознать происходящие мировые процессы.Издание представляет интерес для всех тек, кто изучает историю мировой общественной мысли, стремясь в интеллектуальных сокровищницах прошлого найти ответы на современные злободневные вопросы.

Георгий Валентинович Плеханов

Обществознание, социология
Цивилизационные паттерны и исторические процессы
Цивилизационные паттерны и исторические процессы

Йохан Арнасон (р. 1940) – ведущий теоретик современной исторической социологии и один из основоположников цивилизационного анализа как социологической парадигмы. Находясь в продуктивном диалоге со Ш. Эйзенштадтом, разработавшим концепцию множественных модерностей, Арнасон развивает так называемый реляционный подход к исследованию цивилизаций. Одна из ключевых его особенностей – акцент на способности цивилизаций к взаимному обучению и заимствованию тех или иных культурных черт. При этом процесс развития цивилизации, по мнению автора, не всегда ограничен предсказуемым сценарием – его направление может изменяться под влиянием креативности социального действия и случайных событий. Характеризуя взаимоотношения различных цивилизаций с Западом, исследователь выделяет взаимодействие традиций, разнообразных путей модернизации и альтернативных форм модерности. Анализируя эволюцию российского общества, он показывает, как складывалась установка на «отрицание западной модерности с претензиями на то, чтобы превзойти ее». В представленный сборник работ Арнасона входят тексты, в которых он, с одной стороны, описывает основные положения своей теории, а с другой – демонстрирует возможности ее применения, в частности исследуя советскую модель. Эти труды значимы не только для осмысления исторических изменений в домодерных и модерных цивилизациях, но и для понимания социальных трансформаций в сегодняшнем мире.

Йохан Арнасон

Обществознание, социология