Доминирующей линией творчества французского живописца Трофима Биго стало следование приемам караваджизма — направления первых десятилетий XVII века, образовавшегося на основе подражания формальным новшествам Караваджо. Среди главных особенностей художественного языка Биго выделяются использование резких контрастов светотени в пространстве полумрака комнаты, а также подчеркнутый натурализм в трактовке. Однако, как и у многих представителей данного течения, его выразительные методы подчас сводятся к типическому повторению, а колорит лишен множественности цветовых градаций.
На данной картине знаменитый сюжет воплощен в жанровом духе. Согласно «Книги Юдифи» из Ветхого Завета, добродетельная вдова спасла жителей Иудеи, когда ассирийцы осадили город Ветилую. Она прельстила полководца вражеской армии Олоферна и, усыпив его, обезглавила. В произведении запечатлен этот роковой момент. Юдифь решительным жестом отсекает голову мужчины, и ее искаженное чувством мести лицо озарено пламенем свечи. Служанка с коварством и любопытством наблюдает за происходящей сценой, крепко сжимая руку застигнутого врасплох противника. Безжалостные образы карателей и гримаса отчаянного ужаса у Олоферна составляют резкий контраст, а характерный эффект ночного освещения усиливает драматическую напряженность и таинственность атмосферы.
Существенная для европейской культуры XVII века тема бренности всего земного (vanitas) раскрывается и в произведениях Адама Бернарта. Изображенное на полотне имеет многозначный иносказательный подтекст, обращенный к философской теме ничтожности человеческих проблем, социальных достижений и любви к диковинным вещам. Сам торжественный интерьер, богато убранный стол и парчовая скатерть с золотой вышивкой, словно вторят фразе из библейской Книги Екклесиаста «Суета сует, — все суета!» Глобусы, открытые книги, географический атлас с внушительными печатями символизируют эволюцию научных знаний и путешествия, которые совершаются из честолюбивых побуждений. Чернильница и письменные принадлежности представляют творческие начинания, а опрокинутый бокал и нитка жемчуга намекают на бездумные удовольствия, не приносящие душевного успокоения. Бернарт показывает калейдоскоп земных радостей в роскошном стиле, словно подчеркивая бессмысленность увлечений. Тщательно выписывая формы и материальную фактуру, сопоставляя чистые и звучные холодные тона с теплыми красками, он одновременно и выделяет красоту предмета, и осуждает ее.
Герард Терборх известен привнесением реалистических тенденций в изображение повседневной жизни Голландии. Бытовые сцены он наделяет оттенком элегантности, который подчеркивается изысканным колоритом на основе серебристых и коричневых тонов.
Жанровым сюжетам художник придает необычайную остроту и пикантность, что заставляет многих историков искусства спорить о подспудных смыслах запечатленного. Не определено и содержание картины «Бокал лимонада», у нее есть несколько толкований. По первой версии, полотно иллюстрирует сцену ухаживания в бюргерском интерьере, а по второй — перед зрителем не что иное, как эпизод свидания куртизанки и кавалера в публичном доме. На это намекают дубовая кровать с балдахином в углу комнаты, а также графин, являющийся символом бездумного веселья. Дама в коричневом манто, по-видимому, содержательница заведения, услужливо отодвигает воротник кокотки, а кавалер предлагает ей напиток, любопытным взглядом изучая якобы целомудренную девушку.
Изначальный вариант данной композиции был написан около 1663, но в дальнейшем Терборх при участии мастерской создал несколько копий с различными добавлениями.
Джузеппе Рекко, будучи итальянским художником, изучал нидерландскую живописную традицию, она повлияла на его творческие пристрастия. Избрав в качестве основного жанра натюрморт, он писал и роскошные десертные композиции, и так называемые монохромные завтраки.