...Мы утверждаем, что материя от себя имеет небытие, от Бога же украшена бытием и приведена в лучший вид. Итак, мир состоит из не-сущего и из сущего, вследствие чего он в то же время сущее и не-сущее, сущее же – не имеющее быть, не-сущее же – имеющее быть. Но, может быть, кто-нибудь недоумевает, каким образом мир может быть по числу единым, ибо погибающее и вновь рождающееся не остается неизменным, точно так же как движение, пресекающееся и вновь являющееся, не есть едино и одно и то же, ибо оно должно быть от того же самого, в том же самом и тем же самым, так и погибнувшее и возродившееся не будут тем же самым, следовательно, мир, погибнув, не будет единым и тем же самым, но более чем единым и тем же самым. Если не по числу, то по виду мир един, а это и есть истинное едино, ибо едино по числу приписывается материи, но это не свойство материи, а свойство не-сущего, нечто же происходящее через несущее не может быть названо ни единым, ни сущим, едино это несложное по виду, вследствие чего этот мир един. Так как достаточно сказано о мире, что он не может не погибнуть, будучи видом вещественным, вместе с тем ясно, что он произойдет вновь, ибо гибель его не окончательная и не в чистое небытие, но некое физическое изменение и превращение, приобретенное чрез прегрешение, и вновь должно произойти нечто и явиться сущее, так как причина находится постоянно в движении и двигает, и не допускает, чтобы было что-нибудь пустое, нерожденное и не имеющее вида, и это не беспредельно, ибо беспредельного нет[604]
. Так как мир должен погибнуть и возродиться и не беспредельно быть и погибать, ибо напрасно было бы постоянное возрождение при постоянной гибели, ясно, что некогда он будет пребывать, освободившись от прежнего зла (первородного греха), который он претерпел чрез нас.