Читаем Колыбельная полностью

В каждом зёрнышке яду по пуду!

Вот лжедруг заслонился газетой,

Проститутку за сиськи хватает.

В откровенной развратности этой

Он на шпагу мою попадает.

Что ж, картинка совсем не смешная,

Но дополнить её мне придётся:

Хоть толпа здесь предельно большая,

Но едва ль добродетель найдётся!


СМЕРЧ ОБИДЫ

Я ухожу от передряг под дождь,

Где слёз совсем моих не видно,

Там по лицу дождинок вьётся гроздь,

С слезою горькою сливаясь мирно.

Я там молчу, и дождь молчит своё,

Но постепенно гаснет смерч обиды,

И доброго начала торжество

Уже слагает счастья пирамиды…


ДОЖДЛИВАЯ ОСЕНЬ

Сквозное, промозглое, серое утро.

Такая тоска, неизбежность такая!

Я в сельский совет забегаю попутно,

И след мой в туман потихоньку стекает.

Опять на поля не пройти, не проехать!

Согнулся под тяжестью вызревший колос.

Дождливое лето, ненастная осень,

И в сердце кипит протестующий голос.

Вновь техника в поле, как сонные осы.

«Морозец бы лёгкий», – мечтают сельчане,

Когда на предутренней вымокшей, росной

Заре открывают набухшие ставни.

Как призрак, за окнами скачущий всадник…

А здесь так тепло и уютно, как дома:

На Дарье весёлый, цветастый халатик,

И вечно пустующий стол агронома.


УТРО

В этой околдованной тиши

Тонет утро в молоке тумана.

Что-то шепчут речке камыши

О звезде, угасшей очень рано.

Всё студён под кручею родник.

От натуги скрипнула криница…

Слышишь, над землёю крик возник

Раненой тоскою в сердце птицы?..



https://www.pngwing.com/ru/free-png-blrho


НИКТО НЕ ПРИДЁТ

Тишина на селе…

На прогнившие крыши,

На погост и на ели

Скоро снег упадёт.

Будут жить веселей

Беспризорные крысы,

Когда это селенье

В этих дебрях умрёт.

И к родным на погост

Уж никто не приедет,

И никто – это точно –

Никто не придёт!

Только выть будут волки

На луну и на ветер,

Если волк уцелеет,

Если волк доживёт.


МАМОНТ

Если б я на улице

Повстречалась с мамонтом?

Мамонт, этот умница,

Женщине, как матери,

Тут же уступил бы он

Кромку старой улицы.

А потом с улыбкою

На этаж двенадцатый

Дотащил бы сумочку

С вкусными початками.

Я от этой милости

Угостила б мамонта

Доброю улыбкою

И горою пряников…

Женщины давно у нас

Вроде тяглой лошади.

Люди, вы не мамонты,

Осмотритесь вдумчиво,

Станьте, люди, заново

Добрыми людьми!




https://www.pngwing.com/ru/free-png-ddjpe


ТЫ ЗАБЫЛ БЫ!

Если б только били небо,

Это поле, этот лес,

То бы помнил, где б ты ни был,

Край преданий и чудес.

Если б только били речка,

Луг, родимое крыльцо,

Да в избе пред Богом свечка,

Богородицы лицо,

И тогда б такое счастье

На твою слетело грудь,

Ты забыл бы про несчастья,

Затрудняющие путь.


ВИНО

Виноградная зреет лоза.

Наливаются гроздья душистые.

А над морем бушует гроза,

В море молнии тонут ветвистые.

Гром гремит. Всё трепещет вокруг,

Нарастают тревога, смятение,

Но сверкнул вдруг цветной полукруг,

Дождь прошёл, смыв, как пену, сомнение.

И конец этой дивной борьбе!

Тишина. Как созвездия, гроздья умытые.

Я уже представляю себе

Путь вина, словно книгу раскрытую…

Я сливаю вино каждый день.

Доведу, как и жизнь, до прозрачности!

До прозрачности терпкой, хмельной,

До кристальной и нужной значимости,

Чтоб душа не казалась больной,

А считалась блаженной по милости.

Долго бродит и зреет вино

И не скоро достигнет той крепости,

Когда станет бальзамом оно,

Возбудителем мести и ревности.

Всё прозрачней и слаще вино,

Но а жизнь всё печальней, запутанней.

Мы о дружбе забыли давно

И такими все стали занудными…

Ведь вино нам на радость дано,

Вопреки глухоте и предвзятости.

Я усердно сливаю вино,

Добиваюсь предельной прозрачности.

17/08 – 2003 г.




https://www.freepng.ru/png-1iqifo/


ПОЧЕМУ?..

Из космоса пришли,

И в космос мы уйдём.

Но почему, скажи,

Бездарно так живём?!

Наш путь – непостижим,

Страшны наши дела:

Кровавых речек дым,

Скорбей наших зола.

Потоп навечно смыл

Елейный миф картин.

В чём бренной жизни смысл

С рожденья до помин?

Уродство и болезнь,

Отчаянье и злость,

Коварство, зависть, месть

Без состраданья слёз.

Наш предначертан путь –

Не перейти предел!

Слаба и смертна грудь,

И жалок наш удел.

А в будущем причал

В созвездии интриг?

В бессмертии луча

Что время и что миг?

И мозг наш серый сер –

Сильна природа-мать!?.

Так Высший повелел

И запретил роптать.

Ничтожны и глупы

Создания светил!

Бесславные рабы

Высоких Сфер и Сил…

И сколько нам терпеть,

И сколько нам страдать,

Как можно жизнь и смерть

Нам вечностью назвать?..

Чтоб до последних сил

Воссоздавать рабов,

Бог в наше сердце влил

Вселенскую любовь,

Тем человек постиг

Вершину бытия.

Чтоб был, как Бог, велик,

И в этом суть есть вся?

Так что ж, увы, и в ней

Не мало лжи и слёз –

Какой-то сонм цепей!

И это всё от звёзд,

Владык Высоких Сфер?..

Что ж ты, природа – мать,

Не принимаешь мер?

Не дай нас растоптать,

Яви нам звёздный час

И вразуми детей,

Услышь в пустыне глас,

Смягчи накал страстей!


ПРИКОСНОВЕНИЕ

Мир страшным громом заглушил

Мои младенческие звуки

И отнял всё, что дать сулил,

Швырнув меня на казнь и муки.

До помрачения, из года в год,

Веду я бой с косноязычьем,

И отступила немота,

И голос мой звучит привычно.

Я звука каждого коснусь

Своей смиренною душою.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Современная школа
Современная школа

Вниманию читателей предлагается первое издание на русском языке книги выдающегося испанского педагога, анархиста, автора концепции «рационального воспитания» Франсиско Феррера-и-Гуардии (1859–1909), в которой он рассказывает о деятельности основанных им школ, а также подвергает критике систему образования, сложившуюся в Испании под жестким контролем католической церкви и государства. Альтернативу официальной, церковно-государственной системе образования Феррер видит в организованных гражданами свободных школах, ориентированных на развитие личности ребенка с максимальным учетом его интересов и индивидуальных особенностей. Насилию над ребенком он стремится противопоставить отказ от принуждения и воспитание способности к саморазвитию, а присущей государственным и церковным школам идеологической манипуляции — формирование критического мышления и уважения к чужой точке зрения.Книга рекомендуется как специалистам — педагогам, историкам, социологам, философам, так и широкому кругу заинтересованных читателей.

Франсиско Феррер–и-Гуардия

Педагогика, воспитание детей, литература для родителей / Педагогика / Прочая научная литература / Образование и наука