В каждом зёрнышке яду по пуду!
Вот лжедруг заслонился газетой,
Проститутку за сиськи хватает.
В откровенной развратности этой
Он на шпагу мою попадает.
Что ж, картинка совсем не смешная,
Но дополнить её мне придётся:
Хоть толпа здесь предельно большая,
Но едва ль добродетель найдётся!
СМЕРЧ ОБИДЫ
Я ухожу от передряг под дождь,
Где слёз совсем моих не видно,
Там по лицу дождинок вьётся гроздь,
С слезою горькою сливаясь мирно.
Я там молчу, и дождь молчит своё,
Но постепенно гаснет смерч обиды,
И доброго начала торжество
Уже слагает счастья пирамиды…
ДОЖДЛИВАЯ ОСЕНЬ
Сквозное, промозглое, серое утро.
Такая тоска, неизбежность такая!
Я в сельский совет забегаю попутно,
И след мой в туман потихоньку стекает.
Опять на поля не пройти, не проехать!
Согнулся под тяжестью вызревший колос.
Дождливое лето, ненастная осень,
И в сердце кипит протестующий голос.
Вновь техника в поле, как сонные осы.
«Морозец бы лёгкий», – мечтают сельчане,
Когда на предутренней вымокшей, росной
Заре открывают набухшие ставни.
Как призрак, за окнами скачущий всадник…
А здесь так тепло и уютно, как дома:
На Дарье весёлый, цветастый халатик,
И вечно пустующий стол агронома.
УТРО
В этой околдованной тиши
Тонет утро в молоке тумана.
Что-то шепчут речке камыши
О звезде, угасшей очень рано.
Всё студён под кручею родник.
От натуги скрипнула криница…
Слышишь, над землёю крик возник
Раненой тоскою в сердце птицы?..
НИКТО НЕ ПРИДЁТ
Тишина на селе…
На прогнившие крыши,
На погост и на ели
Скоро снег упадёт.
Будут жить веселей
Беспризорные крысы,
Когда это селенье
В этих дебрях умрёт.
И к родным на погост
Уж никто не приедет,
И никто – это точно –
Никто не придёт!
Только выть будут волки
На луну и на ветер,
Если волк уцелеет,
Если волк доживёт.
МАМОНТ
Если б я на улице
Повстречалась с мамонтом?
Мамонт, этот умница,
Женщине, как матери,
Тут же уступил бы он
Кромку старой улицы.
А потом с улыбкою
На этаж двенадцатый
Дотащил бы сумочку
С вкусными початками.
Я от этой милости
Угостила б мамонта
Доброю улыбкою
И горою пряников…
Женщины давно у нас
Вроде тяглой лошади.
Люди, вы не мамонты,
Осмотритесь вдумчиво,
Станьте, люди, заново
Добрыми людьми!
ТЫ ЗАБЫЛ БЫ!
Если б только били небо,
Это поле, этот лес,
То бы помнил, где б ты ни был,
Край преданий и чудес.
Если б только били речка,
Луг, родимое крыльцо,
Да в избе пред Богом свечка,
Богородицы лицо,
И тогда б такое счастье
На твою слетело грудь,
Ты забыл бы про несчастья,
Затрудняющие путь.
ВИНО
Виноградная зреет лоза.
Наливаются гроздья душистые.
А над морем бушует гроза,
В море молнии тонут ветвистые.
Гром гремит. Всё трепещет вокруг,
Нарастают тревога, смятение,
Но сверкнул вдруг цветной полукруг,
Дождь прошёл, смыв, как пену, сомнение.
И конец этой дивной борьбе!
Тишина. Как созвездия, гроздья умытые.
Я уже представляю себе
Путь вина, словно книгу раскрытую…
Я сливаю вино каждый день.
Доведу, как и жизнь, до прозрачности!
До прозрачности терпкой, хмельной,
До кристальной и нужной значимости,
Чтоб душа не казалась больной,
А считалась блаженной по милости.
Долго бродит и зреет вино
И не скоро достигнет той крепости,
Когда станет бальзамом оно,
Возбудителем мести и ревности.
Всё прозрачней и слаще вино,
Но а жизнь всё печальней, запутанней.
Мы о дружбе забыли давно
И такими все стали занудными…
Ведь вино нам на радость дано,
Вопреки глухоте и предвзятости.
Я усердно сливаю вино,
Добиваюсь предельной прозрачности.
17/08 – 2003 г.
ПОЧЕМУ?..
Из космоса пришли,
И в космос мы уйдём.
Но почему, скажи,
Бездарно так живём?!
Наш путь – непостижим,
Страшны наши дела:
Кровавых речек дым,
Скорбей наших зола.
Потоп навечно смыл
Елейный миф картин.
В чём бренной жизни смысл
С рожденья до помин?
Уродство и болезнь,
Отчаянье и злость,
Коварство, зависть, месть
Без состраданья слёз.
Наш предначертан путь –
Не перейти предел!
Слаба и смертна грудь,
И жалок наш удел.
А в будущем причал
В созвездии интриг?
В бессмертии луча
Что время и что миг?
И мозг наш серый сер –
Сильна природа-мать!?.
Так Высший повелел
И запретил роптать.
Ничтожны и глупы
Создания светил!
Бесславные рабы
Высоких Сфер и Сил…
И сколько нам терпеть,
И сколько нам страдать,
Как можно жизнь и смерть
Нам вечностью назвать?..
Чтоб до последних сил
Воссоздавать рабов,
Бог в наше сердце влил
Вселенскую любовь,
Тем человек постиг
Вершину бытия.
Чтоб был, как Бог, велик,
И в этом суть есть вся?
Так что ж, увы, и в ней
Не мало лжи и слёз –
Какой-то сонм цепей!
И это всё от звёзд,
Владык Высоких Сфер?..
Что ж ты, природа – мать,
Не принимаешь мер?
Не дай нас растоптать,
Яви нам звёздный час
И вразуми детей,
Услышь в пустыне глас,
Смягчи накал страстей!
ПРИКОСНОВЕНИЕ
Мир страшным громом заглушил
Мои младенческие звуки
И отнял всё, что дать сулил,
Швырнув меня на казнь и муки.
До помрачения, из года в год,
Веду я бой с косноязычьем,
И отступила немота,
И голос мой звучит привычно.
Я звука каждого коснусь
Своей смиренною душою.