Читаем Красота – это горе полностью

У нее было все, чего она пожелает, никогда она ни в чем не нуждалась, и все благодаря дружбе с ним. С ней, уродом, не хотели водиться, а старик дружил, не гнушаясь ее безобразием. Другие к ней и близко не подходили, а он уделял ей время. Они часто играли вместе, и Розина то и дело пугалась, когда девочка вдруг возьмет да и завизжит от радости.

Маленькая Красота радовалась тому, что научилась читать и писать. Отыскала книги, оставшиеся от матери, и с упоением прочла почти все; так же увлеченно переписывала она отрывки, упражняясь в письме. А Розина смотрела на нее, ничего не понимая.

“Тебя будто ангел учит”, – написала она девочке.

– Да, ангел учит.

Ангел приходил не каждый день, но Красота всегда была уверена: придет обязательно, когда захочет научить ее чему-нибудь новому. Больше никаких друзей ей не надо было, тем более что все от нее шарахались. Да и зачем ей играть на улице, ведь можно играть и дома. Никого не хотела она пугать своим уродством, и ей тоже никогда не докучали непрошеные гости. Дома ей жилось безмятежно и радостно: здесь у нее был друг, добрый ангел.


– Я и стряпать тебя научу, хоть сам никогда и не учился.

Я и стряпать тебя научу; хоть сам никогда и не учился.


И она научилась стряпать, мастерски сочетать пряности. И этим дело не кончилось: научилась она и вязать, и шить, и вышивать – стала бы, наверное, и машины ремонтировать или пахать поля, будь у нее возможность. Всему, что она знала, учил ее добрый ангел, учил терпеливо и усердно.


– Если тебя никто никогда не учил, откуда ты все это знаешь и как учишь меня? – спросила Красота.

– Подсматриваю у тех, кто умеет.

Подсматриваю у тех, кто умеет.

– А умеешь хоть что-нибудь, что не нужно подсматривать?

– Возить телегу.

Возить телегу.


Так она и росла в этом доме, под присмотром Розины, скоро привыкшей к девочкиным чудачествам и необычным способностям. От матери Красота получила неплохое наследство, и Розине оставалось лишь продумать, как растянуть его на долгие годы. Каждый день она ходила на рынок, а Красота ждала ее дома. В доме обитал дух, как сказала однажды Деви Аю, но никому не докучал. Если он и в самом деле научил Красоту всему – значит, он добрый. И Розина спокойно оставляла девочку одну.

Даже ребятишкам, что из любопытства заглядывали иногда за забор, нечего было бояться. Красота никогда им не показывалась – она была девочкой доброй и не хотела пугать их до полусмерти. Не стеснялась она лишь Розины, знавшей ее с рождения. Из великодушия жертвовала она собой, поступалась желанием жить и радоваться, как все люди. Ее миром был дом: спальня, столовая, ванная, кухня, да иногда по ночам выходила она во двор. Доброта заставляла ее жертвовать собой – или наказывать себя? – обречь себя на скуку и однообразие, но Красота не жаловалась.


– А теперь я подарю тебе принца, – сказал добрый ангел.

А теперь я подарю тебе принца.


Из девочки она превратилась в девушку и, разумеется, мечтала о мужчине, мечтала любить и быть любимой. Мечты нагоняли на нее тоску: наверняка ни один мужчина ее не полюбит. Не создана она для любви – страшилище, чернее сажи, с носом-розеткой. Все ее боятся – при одном взгляде на нее всех тошнит, люди падают в обморок, писаются от страха. Не любовь, а ужас внушает она людям.


– Это неправда. Будет и у тебя свой принц.

Это неправда. Будет и у тебя свой принц.


Быть того не может! Она от всех прячется, никому не показывается – как ее полюбить, не узнав?


– Я хоть раз тебя обманывал?

Я хоть раз тебя обманывал?

Нет.

– Жди на веранде, когда стемнеет, и появится твой принц.

Жди на веранде, когда стемнеет, и появится твой принц.


Она любила посидеть на веранде после захода солнца, подышать свежим воздухом, никого не пугая своим безобразием. В темноте она ничего не боялась, ночь была ей лучшим другом. Иногда она даже вставала пораньше, еще до зари, посидеть возле дома и полюбоваться бледно-розовой звездой, – ангел сказал, что она зовется Венерой. Звезда пленяла ее красотой. Ведь и ее имя – Красота.

Вот и сейчас сидела она на веранде и ждала обещанного принца. Откуда же он появится? Прилетит верхом на драконе с Венеры или каким-то чудом вынырнет из-под земли? Откуда бы он ни взялся, она его дождется. В первую ночь никакой принц возле дома не появился, даже нищий мимо не проходил.

Но ангел не мог соврать – и на вторую ночь снова стала она ждать. Мимо прошла похоронная процессия, а принц все не показывался. Прошел продавец баджигура[65] но не остановился, не поздоровался, даже головы не повернул. Так и не дождавшись принца, уснула она в кресле, а потом пришла Розина, увела ее и уложила в постель.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжная экзотика

Красота – это горе
Красота – это горе

Эпический роман индонезийца Эки Курниавана – удивительный синтез истории, мифов, сатиры, семейной саги, романтических приключений и магического реализма. Жизнь прекрасной Деви Аю и ее четырех дочерей – это череда ужасающих, невероятных, чувственных, любовных, безумных и трогательных эпизодов, которые складываются в одну большую историю, наполненную множеством смыслов и уровней.Однажды майским днем Деви Аю поднялась из могилы, где пролежала двадцать один год, вернулась домой и села за стол… Так начинается один из самых удивительных романов наших дней, в котором отчетливы отголоски Николая Гоголя и Габриэля Гарсиа Маркеса, Михаила Булгакова и Германа Мелвилла. История Деви Аю, красавицы из красавиц, и ее дочерей, три из которых были даже прекраснее матери, а четвертая страшнее смерти, затягивает в вихрь странных и удивительных событий, напрямую связанных с судьбой Индонезии и великим эпосом "Махабхарата". Проза Эки Курниавана свежа и необычна, в современной мировой литературе это огромное и яркое явление.

Эка Курниаван

Магический реализм
Опоздавшие
Опоздавшие

Глубокая, трогательная и интригующая семейная драма об ирландской эмигрантке, старом фамильном доме в Новой Англии и темной тайне, которую дом этот скрывал на протяжении четырех поколений. В 1908-м, когда Брайди было шестнадцать, она сбежала с возлюбленным Томом из родного ирландского захолустья. Юная пара решила поискать счастья за океаном, но Тому было не суждено пересечь Атлантику. Беременная Брайди, совсем еще юная, оказывается одна в странном новом мире. Она не знает, что именно она, бедная ирландская девчонка, определит вектор истории богатой семьи. Жизнь Брайди полна мрачных и романтических секретов, которые она упорно держит в себе, но и у хозяев дома есть свои скелеты в шкафу. Роман, охватывающий целое столетие, рассказывает историю о том, что, опаздывая с принятием решений, с разговорами начистоту, человек рискует остаться на обочине жизни, вечно опоздавшим и застрявшим в прошлом.

Дэвид Брин , Надежда Викторовна Рябенко , Хелен Кляйн Росс

Современная русская и зарубежная проза / Научная Фантастика / Историческая литература / Документальное
Кокон
Кокон

Чэн Гун и Ли Цзяци – одноклассники и лучшие друзья, но их детство едва ли можно назвать счастливым. Мать Чэн Гуна сбежала из семьи с продавцом лакричных конфет, а Ли Цзяци безуспешно пытается заслужить любовь отца, бросившего жену и дочь ради лучшей жизни. Кроме семейного неблагополучия Чэн Гуна и Ли Цзяци объединяет страстная любовь к расследованиям семейных тайн, но дети не подозревают, что очередная вытащенная на свет тайна очень скоро положит конец их дружбе и заставит резко повзрослеть. Расследуя жестокое преступление, совершенное в годы "культурной революции", Ли Цзяци и Чэн Гун узнают, что в него были вовлечены их семьи, а саморазрушение, отравившее жизни родителей, растет из темного прошлого дедов. Хотя роман полон истинно азиатской жестокости, Чжан Юэжань оказывается по-христиански милосердна к своим героям, она оставляет им возможность переломить судьбу, искупить грехи старших поколений и преодолеть передававшуюся по наследству травму.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Чжан Юэжань

Современная русская и зарубежная проза
Широты тягот
Широты тягот

Завораживающий литературный дебют о поисках истинной близости и любви — как человеческой, так и вселенской. Действие романа охватывает едва ли не всю Южную Азию, от Андаманских островов до гималайских заснеженных пиков. История следует за ученым, изучающим деревья, за его женой, общающейся с призраками, за революционером-романтиком, за благородным контрабандистом, за геологом, работающим на леднике, за восьмидесятилетними любовниками, за матерью, сражающейся за свободу сына, за печальным йети, тоскующим по общению, за черепахой, которая превращается сначала в лодку, а затем в женщину. Книга Шубханги Сваруп — лучший образец магического реализма. Это роман о связи всех пластов бытия, их взаимообусловленности и взаимовлиянии. Текст щедро расцвечен мифами, легендами, сказками и притчами, и все это составляет нашу жизнь — столь же необъятную, как сама Вселенная. "Широты тягот" — это и семейная сага, и история взаимосвязи поколений, и история Любви как космической иррациональной силы, что "движет солнце и светила", так и обычной человеческой любви.

Шубханги Сваруп

Современная русская и зарубежная проза

Похожие книги

Вдовье счастье
Вдовье счастье

Вчера я носила роскошные платья, сегодня — траур. Вчера я блистала при дворе, сегодня я — всеми гонимая мать четверых малышей и с ужасом смотрю на долговые расписки. Вчера мной любовались, сегодня травят, и участь моя и детей предрешена.Сегодня я — безропотно сносящая грязные слухи, беззаветно влюбленная в покойного мужа нищенка. Но еще вчера я была той, кто однажды поднялся из безнадеги, и мне не нравятся ни долги, ни сплетни, ни муж, ни лживые кавалеры, ни змеи в шуршащих платьях, и вас удивит, господа, перемена в характере робкой пташки.Зрелая, умная, расчетливая героиня в теле многодетной фиалочки в долгах и шелках. Подгоревшая сторона французских булок, альтернативная Россия, друзья и враги, магия, быт, прогрессорство и расследование.

Даниэль Брэйн

Магический реализм / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы
Том 1. Шатуны. Южинский цикл. Рассказы 60–70-х годов
Том 1. Шатуны. Южинский цикл. Рассказы 60–70-х годов

Юрий Мамлеев — родоначальник жанра метафизического реализма, основатель литературно-философской школы. Сверхзадача метафизика — раскрытие внутренних бездн, которые таятся в душе человека. Самое афористичное определение прозы Мамлеева — Литература конца света.Жизнь довольно кошмарна: она коротка… Настоящая литература обладает эффектом катарсиса, который безусловен в прозе Юрия Мамлеева; ее исход — таинственное очищение, даже если жизнь описана в ней как грязь. Главная цель писателя — сохранить или разбудить духовное начало в человеке, осознав существование великой метафизической тайны Бытия.В 1-й том Собрания сочинений вошли знаменитый роман «Шатуны», не менее знаменитый «Южинский цикл» и нашумевшие рассказы 60–70-х годов.

Юрий Витальевич Мамлеев

Магический реализм