Читаем Ледяная бездна, голубой Магнит (СИ) полностью

" - Мой друг, кажется был сильно опечален. Его обидели в этой деревне и он решил отплатить своим обидчикам сторицей. Что ж, я пожалуй пойду!" - произнес блондин и бросив на стол золотой вышел вместе с ураганом

" - А... Что, уже все?" - сонно спросил Айзен. Он дремал в углу.

" - Да, все прекратилось, как и началось..." - слегка испуганно произнесла Алиша.

" - Ну, и что ж это было?" - спросил Дезель.

" - Снег! Т - там снежная метель в разгар лета! Все засыпало! Я ели прошел сюда!" - прокричал обсыпанный крупным снегом Мейвин.

" - Мы разгневали бога воды и он наслал на нас метель!" - сокрушенно произнес он.

" - Н-да, мы заказывали ливень а получили снегопад! Не порядок!" - произнес разозлившийся Бартлоу. Он приложил лед к нехилой гематоме активно расползающейся по его лицу после того, как ему туда угодила снежная молния, которую он к своему несчастью не успел отбить.

" - Что ж, видимо наш дух обиделся! Его не устроила жертва! Может стоило принести ему в жертву девушку?" - произнес кто-то из элизийцев.

" - Нет! Не стоило вообще этого делать!" - с болью в голосе произнесла Лейла, вспомнив фиолетовее очи странника и юношу, одетого в буран, которого она очень четко рассмотрела благодаря своей волшебной силе.

" - Бог покинул нас вместе с тем, кого мы принесли ему в жертву!" - с печалью в голосе произнесла она.

" - Не удивлюсь если Элизия теперь будет страной снегов, а не страной полей..." - с нескрываемой скорбью в голосе произнес Зенрус. За окном падал снег и завывала буря и было неизвестно кончится ли когда-нибудь этот волшебный снегопад, вызванный гневом бога воды и местью принесенной ему жертвы.


Эпилог 6


Бесконечное путешествие


Миклео и Сорей стояли на холме и смотрели, как снежная буря пожирает расположенные на склоне горы деревни.

" - Снег будет идти еще сорок дней и сорок ночей. Пусть решают остаться им или покинуть эту землю. Я же хочу покинуть этот край и пуститься в странствие. Надеюсь ты составишь мне компанию, а Сорей?" - спросил он у юноши.

" - Ты просто не оставил мне выбора, поэтому я должен согласиться! Правда, я не злюсь и не расстраиваюсь, ведь моя жизнь, по сути это и есть вечное странствие, а странствовать вместе с кем-то думаю и есть истинное счастье!" - улыбнувшись произнес Сорей.

Они рассмеялись и медленно пошли с холма по зыбкой дороге, ведущей к горному перевалу и дальше к морю и дальше, дальше, дальше... туда, где небеса встречаются с землей так начиналось одно великое путешествие двоих связанных навечно одной судьбой. Судьбой, разделить которую было не дано никому...


Аметистовые очи дарят ночи полные любви,

А в замен забирают они самое ценное - душу!

И с собою увлекают в блеск волны немой...


Поцелуи дарят страсть нету власти отвести взгляд...

Иней уст, как бездны поцелуй и волна спешит за волной.

Холод льда пронзает естество, отчего же сердцу так горячо?


Белой бахромой клубится пар. Я тебе готов отдать жизни вечной рай!

Ледяная бездна, голубой магнит, непрестанно в омут в полынью манит...

Ты стоишь смеешься в белом блеске льда. Бездна отзовется воля в том твоя...


Черные, безмолвные, змейки по воде. Там танцуют демоны в стылой темноте.

И Луны не видно, Солнце не взошло. В омут синей бездны душу завлекло.

Водный ангел, сильф ночной, вдруг явился предо мной...


Смех звенел, дрожали своды, колебалась бездна вод.

И манила гладь меня норовя свести с ума

Иней белый затянул свод пещеры в поцелуй.


Я кружился по воде, свет мерцал в моей руке.

Я влюбился, воли нет. Брезжит аметистов свет.

Имя, назови свое! Я тебе отдам мое! Обещаю! Не предам! Душу я тебе отдам!


Веет ветер. Зверь ревет. В омуте дракон живет!

Он меня к себе зовет, в стылый омут льдистых слез.

Крылья подарил он мне. Я лечу к своей мечте!


Страсть безумием полна и кипит ночная тьма!

Валит пар, а сердца жар топит ночи сны.

И танцуют на волне серафимы в темноте.


Аметистовые очи смертные уносят ночи. Дарят пламя, дарят хлад,

Не дают навек пропасть и в грядущие века отмыкаются Врата!

Голубая бездна, ледяной магнит омутом драконьим, вечностью пьянит...


Конец.

Перейти на страницу:

Похожие книги

История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский История русской литературы с древнейших времен по 1925 год История русской литературы с древнейших времен по 1925 г.В 1925 г. впервые вышла в свет «История русской литературы», написанная по-английски. Автор — русский литературовед, литературный критик, публицист, князь Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890—1939). С тех пор «История русской литературы» выдержала не одно издание, была переведена на многие европейские языки и до сих пор не утратила своей популярности. Что позволило автору составить подобный труд? Возможно, обучение на факультетах восточных языков и классической филологии Петербургского университета; или встречи на «Башне» Вячеслава Иванова, знакомство с плеядой «серебряного века» — О. Мандельштамом, М. Цветаевой, А. Ахматовой, Н. Гумилевым; или собственные поэтические пробы, в которых Н. Гумилев увидел «отточенные и полнозвучные строфы»; или чтение курса русской литературы в Королевском колледже Лондонского университета в 20-х годах... Несомненно одно: Мирский являлся не только почитателем, но и блестящим знатоком предмета своего исследования. Книга написана простым и ясным языком, блистательно переведена, и недаром скупой на похвалы Владимир Набоков считал ее лучшей историей русской литературы на любом языке, включая русский. Комментарии Понемногу издаются в России важнейшие труды литературоведов эмиграции. Вышла достойным тиражом (первое на русском языке издание 2001 года был напечатано в количестве 600 экз.) одна из главных книг «красного князя» Дмитрия Святополк-Мирского «История русской литературы». Судьба автора заслуживает отдельной книги. Породистый аристократ «из Рюриковичей», белый офицер и убежденный монархист, он в эмиграции вступил в английскую компартию, а вначале 30-х вернулся в СССР. Жизнь князя-репатрианта в «советском раю» продлилась недолго: в 37-м он был осужден как «враг народа» и сгинул в лагере где-то под Магаданом. Некоторые его работы уже переизданы в России. Особенность «Истории русской литературы» в том, что она писалась по-английски и для англоязычной аудитории. Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.). Николай Акмейчук Русская литература, как и сама православная Русь, существует уже более тысячелетия. Но любознательному российскому читателю, пожелавшему пообстоятельней познакомиться с историей этой литературы во всей ее полноте, придется столкнуться с немалыми трудностями. Школьная программа ограничивается именами классиков, вузовские учебники как правило, охватывают только отдельные периоды этой истории. Многотомные академические издания советского периода рассчитаны на специалистов, да и «призма соцреализма» дает в них достаточно тенденциозную картину (с разделением авторов на прогрессивных и реакционных), ныне уже мало кому интересную. Таким образом, в России до последнего времени не существовало книг, дающих цельный и непредвзятый взгляд на указанный предмет и рассчитанных, вместе с тем, на массового читателя. Зарубежным любителям русской литературы повезло больше. Еще в 20-х годах XIX века в Лондоне вышел капитальный труд, состоящий из двух книг: «История русской литературы с древнейших времен до смерти Достоевского» и «Современная русская литература», написанный на английском языке и принадлежащий перу… известного русского литературоведа князя Дмитрия Петровича Святополка-Мирского. Под словом «современная» имелось в виду – по 1925 год включительно. Книги эти со временем разошлись по миру, были переведены на многие языки, но русский среди них не значился до 90-х годов прошлого века. Причиной тому – и необычная биография автора книги, да и само ее содержание. Литературоведческих трудов, дающих сравнительную оценку стилистики таких литераторов, как В.И.Ленин и Л.Д.Троцкий, еще недавно у нас публиковать было не принято, как не принято было критиковать великого Л.Толстого за «невыносимую абстрактность» образа Платона Каратаева в «Войне и мире». И вообще, «честный субъективизм» Д.Мирского (а по выражению Н. Эйдельмана, это и есть объективность) дает возможность читателю, с одной стороны, представить себе все многообразие жанров, течений и стилей русской литературы, все богатство имен, а с другой стороны – охватить это в едином контексте ее многовековой истории. По словам зарубежного биографа Мирского Джеральда Смита, «русская литература предстает на страницах Мирского без розового флера, со всеми зазубринами и случайными огрехами, и величия ей от этого не убавляется, оно лишь прирастает подлинностью». Там же приводится мнение об этой книге Владимира Набокова, известного своей исключительной скупостью на похвалы, как о «лучшей истории русской литературы на любом языке, включая русский». По мнению многих специалистов, она не утратила своей ценности и уникальной свежести по сей день. Дополнительный интерес к книге придает судьба ее автора. Она во многом отражает то, что произошло с русской литературой после 1925 года. Потомок древнего княжеского рода, родившийся в семье видного царского сановника в 1890 году, он был поэтом-символистом в период серебряного века, белогвардейцем во время гражданской войны, известным литературоведом и общественным деятелем послереволюционной русской эмиграции. Но живя в Англии, он увлекся социалистическим идеями, вступил в компартию и в переписку с М.Горьким, и по призыву последнего в 1932 году вернулся в Советский Союз. Какое-то время Мирский был обласкан властями и являлся желанным гостем тогдашних литературных и светских «тусовок» в качестве «красного князя», но после смерти Горького, разделил участь многих своих коллег, попав в 1937 году на Колыму, где и умер в 1939.«Когда-нибудь в будущем, может, даже в его собственной стране, – писал Джеральд Смит, – найдут способ почтить память Мирского достойным образом». Видимо, такое время пришло. Лучшим, самым достойным памятником Д.П.Мирскому служила и служит его превосходная книга. Нелли Закусина "Впервые для массового читателя – малоизвестный у нас (но высоко ценившийся специалистами, в частности, Набоковым) труд Д. П. Святополк-Мирского". Сергей Костырко. «Новый мир» «Поздней ласточкой, по сравнению с первыми "перестроечными", русского литературного зарубежья можно назвать "Историю литературы" Д. С.-Мирского, изданную щедрым на неожиданности издательством "Свиньин и сыновья"». Ефрем Подбельский. «Сибирские огни» "Текст читается запоем, по ходу чтения его без конца хочется цитировать вслух домашним и конспектировать не для того, чтобы запомнить, многие пассажи запоминаются сами, как талантливые стихи, но для того, чтобы еще и еще полюбоваться умными и сочными авторскими определениями и характеристиками". В. Н. Распопин. Сайт «Book-о-лики» "Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.)". Николай Акмейчук. «Книжное обозрение» "Книга, издававшаяся в Англии, написана князем Святополк-Мирским. Вот она – перед вами. Если вы хотя бы немного интересуетесь русской литературой – лучшего чтения вам не найти!" Обзор. «Книжная витрина» "Одно из самых замечательных переводных изданий последнего времени". Обзор. Журнал «Знамя» Источник: http://www.isvis.ru/mirskiy_book.htm === Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890-1939) ===

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (Мирский) , (Мирский) Дмитрий Святополк-Мирский

Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги