Читаем Легенды полностью

И не представить было мне.


Я верила в законность права

Одуматься в который раз,

Взгляд сохранив предельно здравый,

Блеснуть отточенностью фраз.


И отдавалась без сомненья

Теченью бурному реки.

Надёжными я мнила звенья

Цепей тех, что как мир стары.


Себя оценивая ложно,

Ва-банк пошла без козырей –

И вот бессрочный я заложник

И пленник в замке без дверей.


Темница мысли как гробница,

И глыбы чувств не разберешь,

Не убежать, не откупиться –

Растрачен мой последний грош.


Но горькое моё решенье

Не переменят боль и страх:

Вам не узнать о том сраженье,

Где я разбита в пух и прах.

Сонет № 0

По-прежнему, здесь караван идет,

Собаки лают, кому надо – слышат.

Помазан царь. Безмолвствует народ.

Закон что дышло18, и контора пишет.


Как раньше – каков поп, таков приход.

Маразм крепчает, разум еле дышит.

Рожают бабы. Все уйдут на фронт.

Мглой кроет небо – правды нет и выше.


Белеет парус. Ярославна ждет.

На дне светло. Художники на крыше.

Немытая страна рабов, господ

Под водкой ниже, под травою тише.

Вопросов вечных растворилась соль:

Кто виноват? Что делать? и доколь?

Памяти друга

Знаем, если не громко, там осень…

А. Блок.

Да, ты прав – нет красоты без жертвы.

Дан жрецам её закон единый:

Жить, чтоб каждый день казался первым,

А любая песня лебединой.


На словах и то высокопарно,

А на деле вовсе невозможно -

Истину искать у стойки барной

Иль найти её во тьме острожной.


Ну, а в небо путь – нет дела проще,

Если от земли совсем отчалил…

Знаешь, здесь недалеко есть роща,

Слышишь дождь? – здесь осени начало.

Клеймо

(песня)

Мы клеймили себя одинаково,

Нас одна выделяет отметина.

Но глаза правдолюбца праздного

Сходства страшного не приметили.

А приметили – то, что видели,

Ну а видели – всё, что грязное.

И пошла молва по обители

Мазать в цвет один души разные.

Припев:

Клеймо не убрать и не скрыть уже,

Покуда прахом не станет прах.

Клеймо в обречённой как жизнь душе,

Клеймо в отрешённых как смерть глазах.


Мы с тех пор одинаково прозваны,

Мы одним теперь миром мазаны.

Будут все нам грехи наши возданы,

Будем вовремя мы наказаны.

А наказаны за предательство

Их любви, их вражды, их спасения,

И за наше с тобой невмешательство,

И за горькое это терпение.

Припев.


И пойдём мы – без дома изгнанники,

Без святыни и цели паломники,

Без надежды и силы избранники,

Без цепей и охраны острожники.

И покажется тесно на свете нам

Где всяк гений под цифрой порядковой…

Мы клеймили себя одинаково,

Нас одна выделяет отметина.

Припев.

Ты сыграй

Ты сыграй мне мечту о прохладе,

И мельканье теней на стене,

Аромат обречённого сада

И слова, неподвластные мне -


Всё, что канет в безмолвие скоро.

Клавиш жаждущих нежно коснись,

Как касается жаркого моря

Мимолётно ласкающий бриз.


Пусть листву шевельнут эти звуки

И расплавятся в блеклом стекле.

И прелюдию19 вечной разлуки

Посвятят утомлённой земле.


Обессмерти тревогу акаций,

Волн смятенье и лунную дрожь -

И потоком нежданных оваций

В ночь ворвётся восторженный дождь.

Ночь театра

Ночь театра, тягучее действо,

Срежессированное абсурдом20,

Бенефис21 несвятого семейства

На вечерне22 словесного блуда.


Всё смешалось – размытые лица,

До озноба реальные маски,

Тот, кто лишь обещал мне присниться,

Тот, кто снился всегда без опаски.


Жизнь, втесненная в хлам декораций,

Бутафорских23 разборок паденья,

И нарочитый запах акаций,

И наигранный взгляд последний


С перекошенного экрана -

Песнь беззвучная грустного мима24.

Опоздал кто и кто пришел рано?

Что не так? – всё не так, всё мимо,


Всё не в кайф в фееричном шоу

Мне, поломанной марионетке25.

А луна притворилась душою

И на первой повесилась ветке.


До заутрени26 не дожить мне,

Три звонка – бесконечность в кубе.

И в безактно-бестактном режиме

В стекловате слов твоих губы.


У зари и у рампы27 цвет пива,

Жизнь – театр абсурда и тени.

Ночь могла быть иной, красивой,

Если б ты не ушел на сцену.

Обещание

Я не помню иных обязательств

Кроме действенной веры в себя.

В. Брюсов.

Я не знаю иных обещаний,

Кроме жёсткого слова «Живи".

Нам завещаны тонны страданий,

Растворённых в усталой крови -


И ребёнок рождается с болью,

И кричит, задыхается мать.

Мы бы слабость свою побороли,

Но мы платим за право дышать.


И как предки, идём на закланье28,

Но упрямо твердим: «Позови!»

Я не верю иным обещаньям

Кроме горького слова: «Живи».


Знаю, смех мой в ночи растворится,

Величальный забудется звон,

Потускнеют событья и лица…

Что останется? – может быть, стон.


Он вполне сойдет за оправданье

Одиночества, гнева, любви…

Я не помню иных обещаний

Кроме тихого слова: « Живи».

Аутотренинг

Мы не заложники ушедших лет -

Мы их сдуваем, словно лепестки,

Воспоминанья выдаем за бред,

Тоску берём в железные тиски.


Былое не бывает на виду -

Часы и то отчаянно спешат,

А сны о прошлом видим на беду -

Всю душу, как назло, разворошат.


Мы с будущим играем в поддавки -

До нитки проиграемся почти,

А хвалимся – ведь до чего ловки! -

На шнягу разменяли все мечты.


В обмене постепенно входим в раж:

– Закончу садик, школу, институт…

Куплю точилу, фагу29 и гараж…

Как только ипотеку мне дадут -


Перейти на страницу:

Похожие книги

Река Ванчуань
Река Ванчуань

Настоящее издание наиболее полно представляет творчество великого китайского поэта и художника Ван Вэя (701–761 гг). В издание вошли практически все существующие на сегодняшний день переводы его произведений, выполненные такими мастерами как акад. В. М. Алексеев, Ю. К. Щуцкий, акад. Н. И. Конрад, В. Н. Маркова, А. И. Гитович, А. А. Штейнберг, В. Т. Сухоруков, Л. Н. Меньшиков, Б. Б. Вахтин, В. В. Мазепус, А. Г. Сторожук, А. В. Матвеев.В приложениях представлены: циклы Ван Вэя и Пэй Ди «Река Ванчуань» в антологии переводов; приписываемый Ван Вэю катехизис живописи в переводе акад. В. М. Алексеева; творчество поэтов из круга Ван Вэя в антологии переводов; исследование и переводы буддийских текстов Ван Вэя, выполненные Г. Б. Дагдановым.Целый ряд переводов публикуются впервые.Издание рассчитано на самый широкий круг читателей.

Ван Вэй , Ван Вэй

Поэзия / Стихи и поэзия