Читаем Лунное дитя полностью

Ники сжала губы, глядя на задние фонари серебристого автомобиля. Миссис Флеминг водила как сумасшедшая. Она ехала слишком быстро для такой скользкой дороги. И что еще хуже, переехала через сплошную. Ники вцепилась в руль.

– Мии не было в машине?

– Нет.

– Тогда почему мы все еще едем за ней?

Серебристая «Ауди» свернула налево, на боковую дорогу, и Ники повернула следом. Они проехали мимо ветхого сарая с провисшей крышей. В поле под дождем стояла корова.

– Потому что мы должны выяснить, что она сделала с Мией!

– И как это нам поможет?

– Мы догоним ее, а потом перегородим ей дорогу! – горячо сказал Джейкоб. – Заставь ее остановиться. И я смогу ее разговорить.

– Джейкоб, нет. – Ники отпустила педаль газа.

Она согласилась на это, чтобы спасти маленькую девочку. Она одолжила машину, поборов свой страх, выехала на автостраду, несколько часов провела с почти незнакомым парнем. Но она не собиралась ввязываться в погоню. Это могло закончиться только аварией. Этого она не допустит, а особенно – на чужой машине. Сейчас самое время позвонить в полицию.

– Это слишком опасно.

– Но… – он поднес телефон к ее лицу, – она едет в тупик. Примерно в миле отсюда.

– Значит, это тупик. В чем разница?

– Ей придется остановиться. Нам нужно просто поехать за ней и перекрыть ей дорогу. Поверь мне, она разозлится и начнет орать, но машину портить не станет.

– Джейкоб, – вздохнула Ники. Она очень ему сочувствовала. Ники слышала знакомые нотки в его голосе. Он паниковал, потому что все шло не так, как хотелось бы. Она сама через это проходила. Но кажется, с этим пора заканчивать. – Иногда нужно знать, когда остановиться.

– Пожалуйста, Ники, пожалуйста! – Казалось, он сейчас заплачет. – Поехали. У меня получится заставить ее сказать нам, где Мия. Мы зашли так далеко. – Он сложил руки вместе. – Еще десять минут. Умоляю. Я бы не просил, но это так важно.

Ну вот, он смог ее уговорить. Она поняла это, бросив последний взгляд на его лицо. Но, нажимая на педаль газа, она покачала головой. Они совершают ошибку, но он прав. Они и правда уже очень далеко зашли.

– Еще десять минут, – неохотно сказала она. – А потом мы разворачиваемся и едем обратно.

Он громко выдохнул:

– Спасибо.

Машина Фреда оказалась на удивление проходимой. Ники приблизила изображение извилистой дороги и больше не видела серебристую «Ауди». Но также она больше не видела и боковых дорог, так что можно было с уверенностью сказать, что Сюзетта Флеминг ехала впереди. Дождь лишь слегка моросил. Дворники без проблем с ним справлялись.

Она не сбавляла скорости, но теперь ехала осторожно, потому что знала, что на узкой двухполосной дороге было много крутых поворотов. У нее зазвонил телефон, но они оба его проигнорировали.

– Еще чуть-чуть, – сказал Джейкоб, переводя взгляд с телефона на ветровое стекло. Дорога теперь поднималась над фермерскими полями. Они миновали большой пруд, поверхность которого была гладкой, как стекло. Рядом ожидала своего часа большая колесная поливная машина. – Она совсем рядом.

Пока он говорил, Ники заметила в конце дороги красные огни стоп-сигналов. И тут же Джейкоб воскликнул:

– Вот она! А теперь встань боком, чтобы она не смогла проехать мимо нас.

Ники нажала на тормоза и свернула на левую полосу. Она двинулась вперед, затем развернулась и повторила маневр, пытаясь поставить машину поперек дороги. Джейкоб опустил стекло и высунул голову, чтобы лучше видеть. Оглянувшись на Ники, он сказал:

– Останови машину. Я выхожу.

* * *

Он вылез из машины и пробежал метров десять до того места, где пыталась развернуться его мама. Теперь он видел, что тупик – это возведенная вдоль дороги каменная стена. На металлическом столбе висела металлическая табличка, испещренная чем-то вроде пулевых отверстий.

«Не входить. Частная собственность».

Подойдя ближе к машине, Джейкоб отчетливо увидел искаженное гневом лицо матери. Как же она злится. Дома она будет кричать и оскорблять его, а Мия может получить пощечину.

– Мама! – крикнул он, подходя ближе. Иногда ее можно было отвлечь и поднять ей настроение. Сомнительно, что сегодня ему удастся это сделать, но он должен хотя бы попытаться. – Давай поговорим!

Он стоял у окна ее машины, но она даже не повернула головы. Игнорирует его, как будто его не существует. Ужасное оскорбление. Она ехала вперед и сдавала назад, как подросток, который только что получил ученические права [15] и не до конца понимал, как это делается. Джейкоб шел рядом с машиной.

– Остановись и поговори со мной, – говорил он. – Ты никуда не поедешь, пока не скажешь, где Мия.

Слишком поздно он вспомнил, что мама терпеть не могла, когда кто-то ставил ей ультиматумы. Ей наконец удалось развернуться, и она вдавила в пол педаль газа. Машина резко рванула вперед, Джейкоб отпрыгнул с дороги и беспомощно наблюдал, как она едет прямо на Ники.

– Мама, стой! – закричал он.

Глава 47

Перейти на страницу:

Все книги серии Freedom. Романы о больших сердцах. Проза Карен МакКвесчин

Половинка сердца
Половинка сердца

Эта книга о разбитых сердцах. О покалеченных судьбах. О трагедиях и доброте. О страхе и непоколебимой вере. О жестокости и храбрости. Обо всем прекрасном и удручающем, что живет внутри каждого.«Мне девять, и я должен знать распорядок:быть тише воды ниже травы.съедать все на тарелке.Не создавать лишних проблем».Логан делает все, чтобы избежать ярости жестокого отца. Когда-то страшная авария перевернула жизнь их семьи, и теперь мальчик не говорит ни слова. Но в свои девять пережил многое.На этот раз Логан так сильно провинился, что боится возвращаться домой и сбегает. Он не знает, что его бабушка жива и отчаянно ищет внука, половинку своего сердца.Оставшись на улице, Логан пытается найти приют, меняя судьбы тех, кто встречается на пути. Сможет ли он выжить во взрослом мире без самого главного – без любви?

Карен МакКвесчин

Современная русская и зарубежная проза

Похожие книги

Последний
Последний

Молодая студентка Ривер Уиллоу приезжает на Рождество повидаться с семьей в родной город Лоренс, штат Канзас. По дороге к дому она оказывается свидетельницей аварии: незнакомого ей мужчину сбивает автомобиль, едва не задев при этом ее саму. Оправившись от испуга, девушка подоспевает к пострадавшему в надежде помочь ему дождаться скорой помощи. В суматохе Ривер не успевает понять, что произошло, однако после этой встрече на ее руке остается странный след: два прокола, напоминающие змеиный укус. В попытке разобраться в происходящем Ривер обращается к своему давнему школьному другу и постепенно понимает, что волею случая оказывается втянута в давнее противостояние, длящееся уже более сотни лет…

Алексей Кумелев , Алла Гореликова , Игорь Байкалов , Катя Дорохова , Эрика Стим

Фантастика / Современная русская и зарубежная проза / Постапокалипсис / Социально-психологическая фантастика / Разное
Женский хор
Женский хор

«Какое мне дело до женщин и их несчастий? Я создана для того, чтобы рассекать, извлекать, отрезать, зашивать. Чтобы лечить настоящие болезни, а не держать кого-то за руку» — с такой установкой прибывает в «женское» Отделение 77 интерн Джинн Этвуд. Она была лучшей студенткой на курсе и планировала занять должность хирурга в престижной больнице, но… Для начала ей придется пройти полугодовую стажировку в отделении Франца Кармы.Этот доктор руководствуется принципом «Врач — тот, кого пациент берет за руку», и высокомерие нового интерна его не слишком впечатляет. Они заключают договор: Джинн должна продержаться в «женском» отделении неделю. Неделю она будет следовать за ним как тень, чтобы научиться слушать и уважать своих пациентов. А на восьмой день примет решение — продолжать стажировку или переводиться в другую больницу.

Мартин Винклер

Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Проза
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Салюки
Салюки

Я не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь. Вопрос этот для меня мучителен. Никогда не сумею на него ответить, но постоянно ищу ответ. Возможно, то и другое одинаково реально, просто кто-то живет внутри чужих навязанных сюжетов, а кто-то выдумывает свои собственные. Повести "Салюки" и "Теория вероятности" написаны по материалам уголовных дел. Имена персонажей изменены. Их поступки реальны. Их чувства, переживания, подробности личной жизни я, конечно, придумала. Документально-приключенческая повесть "Точка невозврата" представляет собой путевые заметки. Когда я писала трилогию "Источник счастья", мне пришлось погрузиться в таинственный мир исторических фальсификаций. Попытка отличить мифы от реальности обернулась фантастическим путешествием во времени. Все приведенные в ней документы подлинные. Тут я ничего не придумала. Я просто изменила угол зрения на общеизвестные события и факты. В сборник также вошли рассказы, эссе и стихи разных лет. Все они обо мне, о моей жизни. Впрочем, за достоверность не ручаюсь, поскольку не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь.

Полина Дашкова

Современная русская и зарубежная проза