Читаем Медитации на мысли Василия Розанова полностью

Дьяволы глядят в тоску мою —Чтобы учить теперь – когда все поздно —Я в чудной тьме себя не узнаю —Но из жизни проливаю в Вечность слезы!

Медитация 23

«Во мне нет ясности настоящей деятельной доброты и открытости.

Душа моя какая-то путаница, из которой я не умею вытащить ногу.

И отсюда такое глубокое бессилие.»

Василий Васильевич Розанов. «Уединенное»

Во мне нет ясности – открытой доброты —Душа запутана безумьем всего мира —И лишь в сиянье вечной красоты —Даже в бессилии глубоком шепчет лира!

Медитация 24

«Моя душа сплетена из грязи, нежности и света.»

Василий Васильевич Розанов. «Уединенное»

Душа – сплетенье грязи – нежности – и света —Погружена с раздумьем темным в забытье —Точно – она – одна – волшебная планета —И также кружится – впиваясь в бытие!

Медитация 25

«Печально мне, что все несовершенно: но отнюдь не в том смысле, что вещи не исполняют какой-то заповеди, какого-то от них ожидания (и на ум не приходит), а что самим вещам как-то не хорошо, они не удовлетворены, им больно. Что вещам „больно“, это есть постоянное мое страдание за всю жизнь. Через это больно приходит нежность».

Василий Васильевич Розанов. «Уединенное»

Печально мне – несовершенство мира —Его вещей – всегда мне что-то говорит —Не так живем – не так играет лира —Кругом лишь боль – но в ней есть нежный стыд!

Медитация 26

«Бог для того-то и подвел меня (точно взяв за руку) встретиться с другом, чтобы я безмерно наивным и добрым взглядом увидел „море зла и гибели“, вообще – сокрытое от „премудрых земли“, о чем не догадывались никогда…»

Василий Васильевич Розанов. «Опавшие листья. Короб второй и последний»

Безмерно добрым и наивным взглядом —Увидел море гибели и зла —Бог вел меня за ручку райским садом —Но вокруг хватало адского тепла!

Медитация 27

«Отвращение, отвращение от людей… от самого состава человека… Боже! с какой бесконечной любви к нему я начинал (гимназия, университет).»

Василий Васильевич Розанов. «Опавшие листья. Короб второй и последний», 1912 год

Я отвращаюсь от людей – от их состава —Мне грустно – больно – просто тяжело —Вдруг видеть как безумная орава —Сливаясь вместе – вытворяет снова зло!

Медитация 28

«В самом деле, „по эллипсисам“ – все „сбивающимся в одну сторону“ от прямой линии, все „уклоняющимся и уклоняющимся“ от прежнего направления – движутся все небесные светила. И на этом основано равновесие Вселенной. Самые „лукавые линии“ приводят к вечной устойчивости.»

Василий Васильевич Розанов. «Опавшие листья. Короб второй и последний»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сибирь
Сибирь

На французском языке Sibérie, а на русском — Сибирь. Это название небольшого монгольского царства, уничтоженного русскими после победы в 1552 году Ивана Грозного над татарами Казани. Символ и начало завоевания и колонизации Сибири, длившейся веками. Географически расположенная в Азии, Сибирь принадлежит Европе по своей истории и цивилизации. Европа не кончается на Урале.Я рассказываю об этом день за днём, а перед моими глазами простираются леса, покинутые деревни, большие реки, города-гиганты и монументальные вокзалы.Весна неожиданно проявляется на трассе бывших ГУЛАГов. И Транссибирский экспресс толкает Европу перед собой на протяжении 10 тысяч километров и 9 часовых поясов. «Сибирь! Сибирь!» — выстукивают колёса.

Анна Васильевна Присяжная , Георгий Мокеевич Марков , Даниэль Сальнав , Марина Ивановна Цветаева , Марина Цветаева

Поэзия / Поэзия / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Стихи и поэзия
The Voice Over
The Voice Over

Maria Stepanova is one of the most powerful and distinctive voices of Russia's first post-Soviet literary generation. An award-winning poet and prose writer, she has also founded a major platform for independent journalism. Her verse blends formal mastery with a keen ear for the evolution of spoken language. As Russia's political climate has turned increasingly repressive, Stepanova has responded with engaged writing that grapples with the persistence of violence in her country's past and present. Some of her most remarkable recent work as a poet and essayist considers the conflict in Ukraine and the debasement of language that has always accompanied war. *The Voice Over* brings together two decades of Stepanova's work, showcasing her range, virtuosity, and creative evolution. Stepanova's poetic voice constantly sets out in search of new bodies to inhabit, taking established forms and styles and rendering them into something unexpected and strange. Recognizable patterns... Maria Stepanova is one of the most powerful and distinctive voices of Russia's first post-Soviet literary generation. An award-winning poet and prose writer, she has also founded a major platform for independent journalism. Her verse blends formal mastery with a keen ear for the evolution of spoken language. As Russia's political climate has turned increasingly repressive, Stepanova has responded with engaged writing that grapples with the persistence of violence in her country's past and present. Some of her most remarkable recent work as a poet and essayist considers the conflict in Ukraine and the debasement of language that has always accompanied war. The Voice Over brings together two decades of Stepanova's work, showcasing her range, virtuosity, and creative evolution. Stepanova's poetic voice constantly sets out in search of new bodies to inhabit, taking established forms and styles and rendering them into something unexpected and strange. Recognizable patterns of ballads, elegies, and war songs are transposed into a new key, infused with foreign strains, and juxtaposed with unlikely neighbors. As an essayist, Stepanova engages deeply with writers who bore witness to devastation and dramatic social change, as seen in searching pieces on W. G. Sebald, Marina Tsvetaeva, and Susan Sontag. Including contributions from ten translators, The Voice Over shows English-speaking readers why Stepanova is one of Russia's most acclaimed contemporary writers. Maria Stepanova is the author of over ten poetry collections as well as three books of essays and the documentary novel In Memory of Memory. She is the recipient of several Russian and international literary awards. Irina Shevelenko is professor of Russian in the Department of German, Nordic, and Slavic at the University of Wisconsin–Madison. With translations by: Alexandra Berlina, Sasha Dugdale, Sibelan Forrester, Amelia Glaser, Zachary Murphy King, Dmitry Manin, Ainsley Morse, Eugene Ostashevsky, Andrew Reynolds, and Maria Vassileva.

Мария Михайловна Степанова

Поэзия