Читаем Метресса фаворита. Плеть государева полностью

Отметив, что среди людей Могильщика присутствует уже знакомый ему кривой и ещё какой-то тощий господин с серым невзрачным лицом, Ушаков подумал, что Толстой совершенно напрасно сообщил ему только о прибытии Могильщика и графа Феникса и что на самом деле на будущее необходимо, чтобы докладывали ещё и о слугах. Мало ли, сколько их просочится во дворец под видом помощи в организации магического сеанса, где они легко смешаются с многочисленной прислугой, не дай бог, обзаведутся красной ливреей с позументами, белыми чулками и туфлями на широком каблуке с пряжками. Вот тогда уже не удивляйтесь, что и свечи окажутся отравленными, и ещё какая непредвиденная напасть приключится.

От главного крыльца уже отъезжали последние кареты, когда Ушаков, закончив разговор с двумя дипломатами — гольштинским и польским, — направился к выходу. Но не к парадной лестнице, а к чёрной: трудящиеся для Тайной канцелярии незаметные писари должны были зафиксировать всё, что происходило в гостиной, где Феникс являл свои чудеса перед любопытствующими. Не желая дожидаться, когда те перепишут доносы начистовую и пришлют в крепость, Ушаков решил забрать бумаги не мешкая, дабы проглядеть их перед сном. Вообще, от Могильщика с его людьми можно было ожидать любой каверзы, а Ушаков не хотел прохлопать эту самую каверзу, поэтому ещё до разговора с монахом он дал знать одному из своих людей, чтобы ему вынесли рапорт, и теперь прошёл в сторону чёрной лестницы.

В залах и на лестницах служители уже начали тушить свечи при помощи специальных колпачков на длинных ручках, когда Андрей Иванович вдруг подумал, что слухи об оживших в Санкт-Петербурге мертвецах — не такая уж и дичь. По узкой лестнице, которой обычно пользовалась прислуга и по которой, — а он как начальник Тайной канцелярии это доподлинно знал, — в покои государыни и придворных дам поднимались их тайные воздыхатели. Теперь же по лестнице тихо крался сам... Ушаков затаил дыхание, отступая на шаг и вжимаясь в стену, по чёрной лестнице крался сам Пётр Великий. Андрей Иванович много лет знал государя и теперь при желании мог протянуть руку и дотронуться до него. Не замечая притаившегося Ушакова, Пётр Алексеевич поднимался по узкой витой лестнице, умело придерживая шпагу, чтобы та не звякнула в ножнах. Шаг, ещё шаг, поворот — и вот Ушаков уже видит только профиль государя, его профиль, государя по пояс, сапоги... А теперь только шаги, тихие шаги человека, который не желает быть замеченным. Ещё бы ему желать — покойнику-то! Ушаков хоронил Петра, видел его в гробу, наблюдал, как с государя снимают маску, он был абсолютно уверен, что Пётр умер, мог бы поклясться спасением души, но, с другой стороны, теперь он видел Петра живым или, возможно, ожившим.

К кому мог направиться покойный государь? К одной из фрейлин. Пётр был известным любителем этого дела. Вдруг подумалось, что Феникс каким-то образом действительно сумел разбудить тайные силы и воскресить монарха, для того чтобы тот ответил наконец на мольбы своей безутешной вдовы. Отчего же тогда император явился в том камзоле, в котором его хоронили? Отчего же... И тут Ушаков понял. Могильщик просил его устроить аудиенцию с Екатериной Алексеевной, куда он собирался привезти пирата Яана Муша, который, а Ушаков это мог засвидетельствовать лично, был похож на Петра Алексеевича. Да и одет призрак был в тот самый камзол цвета охры, который ушлый Могильщик выпросил у него же вместе с пиратом.

Далее, слуга Могильщика, Феникс, по просьбе государыни, являет ей образ покойного супруга, который рассказывает, как ей следует править. Получается, что именно сейчас в покоях государыни находится никакой не призрак, а пират и контрабандист Яан Муш!

Так, персону и местоположение установили. Теперь остаётся догадаться, что именно он должен внушить ей? Ну же, Ушаков, думай лучше, ищи ещё! Могильщик говорил, что не выполнил поручения, возложенного на него Петром Алексеевичем, не убил того, кого был обязан уничтожить. Возможно, пират как раз теперь требует у несчастной вдовы, чтобы та подписала приказ о казни, интересно кого? Прежде ему казалось, что Меншикова. А почему бы и нет, Александр Данилович не только близкий друг государя, но и государыни. Более чем близкий. И если покойный супруг вдруг восстанет из могилы и потребует, чтобы вдова покончила с любовником, она будет обязана это сделать.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история в романах

Карл Брюллов
Карл Брюллов

Карл Павлович Брюллов (1799–1852) родился 12 декабря по старому стилю в Санкт-Петербурге, в семье академика, резчика по дереву и гравёра французского происхождения Павла Ивановича Брюлло. С десяти лет Карл занимался живописью в Академии художеств в Петербурге, был учеником известного мастера исторического полотна Андрея Ивановича Иванова. Блестящий студент, Брюллов получил золотую медаль по классу исторической живописи. К 1820 году относится его первая известная работа «Нарцисс», удостоенная в разные годы нескольких серебряных и золотых медалей Академии художеств. А свое главное творение — картину «Последний день Помпеи» — Карл писал более шести лет. Картина была заказана художнику известнейшим меценатом того времени Анатолием Николаевичем Демидовым и впоследствии подарена им императору Николаю Павловичу.Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств, Карл Павлович Брюллов вошел в анналы отечественной и мировой культуры как яркий представитель исторической и портретной живописи.

Галина Константиновна Леонтьева , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Историческая проза / Прочее / Документальное
Шекспир
Шекспир

Имя гениального английского драматурга и поэта Уильяма Шекспира (1564–1616) известно всему миру, а влияние его творчества на развитие европейской культуры вообще и драматургии в частности — несомненно. И все же спустя почти четыре столетия личность Шекспира остается загадкой и для обывателей, и для историков.В новом романе молодой писательницы Виктории Балашовой сделана смелая попытка показать жизнь не великого драматурга, но обычного человека со всеми его страстями, слабостями, увлечениями и, конечно, любовью. Именно она вдохновляла Шекспира на создание его лучших творений. Ведь большую часть своих прекрасных сонетов он посвятил двум самым близким людям — графу Саутгемптону и его супруге Елизавете Верной. А бессмертная трагедия «Гамлет» была написана на смерть единственного сына Шекспира, Хемнета, умершего в детстве.

Виктория Викторовна Балашова

Биографии и Мемуары / Проза / Историческая проза / Документальное

Похожие книги

Салават-батыр
Салават-батыр

Казалось бы, культовый образ Салавата Юлаева разработан всесторонне. Тем не менее он продолжает будоражить умы творческих людей, оставаясь неисчерпаемым источником вдохновения и объектом их самого пристального внимания.Проявил интерес к этой теме и писатель Яныбай Хамматов, прославившийся своими романами о великих событиях исторического прошлого башкирского народа, создатель целой галереи образов его выдающихся представителей.Вплетая в канву изображаемой в романе исторической действительности фольклорные мотивы, эпизоды из детства, юношеской поры и зрелости легендарного Салавата, тему его безграничной любви к отечеству, к близким и фрагменты поэтического творчества, автор старается передать мощь его духа, исследует и показывает истоки его патриотизма, представляя народного героя как одно из реальных воплощений эпического образа Урал-батыра.

Яныбай Хамматович Хамматов

Проза / Историческая проза
Георгий Седов
Георгий Седов

«Сибирью связанные судьбы» — так решили мы назвать серию книг для подростков. Книги эти расскажут о людях, чьи судьбы так или иначе переплелись с Сибирью. На сибирской земле родился Суриков, из Тобольска вышли Алябьев, Менделеев, автор знаменитого «Конька-Горбунка» Ершов. Сибирскому краю посвятил многие свои исследования академик Обручев. Это далеко не полный перечень имен, которые найдут свое отражение на страницах наших книг. Открываем серию книгой о выдающемся русском полярном исследователе Георгии Седове. Автор — писатель и художник Николай Васильевич Пинегин, участник экспедиции Седова к Северному полюсу. Последние главы о походе Седова к полюсу были написаны автором вчерне. Их обработали и подготовили к печати В. Ю. Визе, один из активных участников седовской экспедиции, и вдова художника E. М. Пинегина.   Книга выходила в издательстве Главсевморпути.   Печатается с некоторыми сокращениями.

Борис Анатольевич Лыкошин , Николай Васильевич Пинегин

Приключения / Биографии и Мемуары / История / Путешествия и география / Историческая проза / Образование и наука / Документальное