Читаем На склоне пологой тьмы полностью

Тону в подушках. За окном февральМолчит полнощно, кутаясь в туманы.Дрожит звезды обколотый хрусталь,И лунный свет сквозь занавесь обманноСкользит ко мне согреться в зеркалах.Потрескивают в печке сокровенноПоленья, рассыпаясь в серый прах,И тени разбегаются по стенам.Мой старый дом баюкает в тишиСвоих воспоминаний мириады,Таинственными звуками грешитПод сенью зачарованного сада.Лежу без сна, пространства колыбельНесёт меня в неведомые веси,Мой кокон одиночества — постель —Объял меня, но мне совсем не тесен.Легко бежит мой разум из тенетЕго любви, заворожённой снами,Уютно пахнет шерстью новый плед,И кот моими занят волосами…

«Чеканен профиль февраля…»

Чеканен профиль февраля.Его тяжёлый взор прохладноОбвёл окрестные поляИ застил дымкой непроглядно.На розы выпал колкий снег,И побелели черепицы,Как будто вспять стремится бегСедого времени, и птицы,Из жарких вырвавшись краёв,Цветенью радовались зряшно.Умолк весенний птичий зов,Вчера звучавший бесшабашно.Обман, коварство, мгла и хлад.Печальна зябнущая завязь.Поник под ветром виноград,А на гнездовье замер аист…Зима вернулась посредиНадежд на новые рожденьяИ на земной лежит грудиПоследним смертным наважденьем.

Весенней лошади

Минуты листают пространство размеренно-скупо,Бежит из-под ног прямо в прошлое занятость дня…Вздыхает соседская лошадь с коричневым крупомИ белым лицом своим смотрит как раз на меня.Я ей говорю — не грусти, всё осилится ладом,Ты вспашешь надел, я колючки спалю и листву…А вечером будем с тобой, как побитые градом,Стоять ошалело и молча смотреть в синеву.Твой год наступил, говорят, он счастливый для многих,Кто ходит в упряжке из дел и не ропщет на жизнь.И нас с тобой, лошадь, хромых и немного убогих,До счастья тупого совсем измотал альтруизм.Красавица лошадь, я тоже сегодня красива,Хоть время моё не девичье стремится к концу…Седая моя на ветру развивается грива,И глаз неуёмная зелень подходит к лицу.А что нам терять, мы свои обскакали надежды,От вечности можно ли большего в мире желать?Смотри-ка, весна гомонит на дворе, как и прежде,Когда ты сосала свою лошадиную мать…

«Немного дождя и ветра…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Река Ванчуань
Река Ванчуань

Настоящее издание наиболее полно представляет творчество великого китайского поэта и художника Ван Вэя (701–761 гг). В издание вошли практически все существующие на сегодняшний день переводы его произведений, выполненные такими мастерами как акад. В. М. Алексеев, Ю. К. Щуцкий, акад. Н. И. Конрад, В. Н. Маркова, А. И. Гитович, А. А. Штейнберг, В. Т. Сухоруков, Л. Н. Меньшиков, Б. Б. Вахтин, В. В. Мазепус, А. Г. Сторожук, А. В. Матвеев.В приложениях представлены: циклы Ван Вэя и Пэй Ди «Река Ванчуань» в антологии переводов; приписываемый Ван Вэю катехизис живописи в переводе акад. В. М. Алексеева; творчество поэтов из круга Ван Вэя в антологии переводов; исследование и переводы буддийских текстов Ван Вэя, выполненные Г. Б. Дагдановым.Целый ряд переводов публикуются впервые.Издание рассчитано на самый широкий круг читателей.

Ван Вэй , Ван Вэй

Поэзия / Стихи и поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Амо Сагиян , Владимир Григорьевич Адмони , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Мария Сергеевна Петровых , Сильва Капутикян , Эмилия Борисовна Александрова

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное