Читаем Начало. Дневник помощника прокурора полностью

До этого приезжал Пономарёв (46 о/м). Привёз объяснения своего проникновения в студию Варшамова и справку из ЖЭКа. Подшил ему материал, написал расписку в его получении. В целом ситуация ясна. Можно вызывать заявителя - главного редактора «Весёлых картинок».


03.08.1983


Засел за жалобы и прочую переписку. Жалоб отписал четыре штуки. Прочих же бумаг – несметное количество. По жалобе Леншина отдолбил письмо полковнику, узнал адрес магазина, напечатал письмо в Пензенскую область, разослал пять повесток (все на вторник). Написал запросы по поводу орденов, вызвонил в военкомате человека, который ими занимается, договорился о встрече на послезавтра.

С машинки принесли четыре моих отмены. Сложил всё вместе, получилась значительная пачка. Отволок всё это шефу, а сам двинул в 29 о/м.

По дороге сделал вид, что не вижу Кузина, гуляющего по Чернышевке. Через некоторое время смотрю (краем глаза) – Кузин повернулся ко мне спиной и стоит, разглядывая витрину. Потом двинулся назад. Наверное, меня увидел, а, может быть, и нет.

В 29 о/м взял справку, что заявлений и сообщений о пропаже госнаград к ним не поступало.

Захотел проверить отказные материалы. Но, не вышло. Секретарша не выдала под предлогом того, что ей скоро уходить. Переписку по жалобе Руссак тоже не дала, сказало, что у неё ничего не подшито.

Зашёл к Палютину. Спрашиваю, что у них за чудо в канцелярии.

- Да ей ещё 17 лет нет, - отвечает.

Пересказал ему наш разговор. Палютин смеётся: - Так и надо с прокуратурой разговаривать. Завтра ей благодарность объявлю.

Якжина (92 о/м) сняли. Он и.о. зам начальника отделения, но даже разницы в окладах не получает. Опера с материалами ходят к Мазуру. Щербакова (29 о/м) на его место главк не утвердил. Я спрашиваю: Верно ли моё мнение, что Якжина поддерживал Тверитин?

- Да, он Тверитина поил. А тому только дай, - говорит Палютин, - Петр Николаевич и ко мне как-то примазался, я его и напоил. А на следующий день он мне вставил за упущения по службе. На хрена мне такие поения?

Я спустился в дежурную часть. Полистал КП-1. Заявление о краже перстня на Гольяновке не зарегистрировано.

Не заходя в контору, пошёл домой. Был на ст. м. «Университет» в 19-00.


04.08.1983


Отпечатал отчёт по форме № 2. Нацарапал маршрутный лист. Из особки приехал Гарбулев (капитан). Шеф разрешил ему ознакомиться с материалами моей проверки по жалобе главного редактора «Весёлых картинок». Гарбулев оказался унылым мужиком, любящим однако поговорить. Рассказал мне несколько случаев из своей богатой практики.

Забежал Зотов (МИЭМ) в белых штанах. Показал морские фотографии.

Отпечатал несколько запросов по Леншину. На этот раз в г. Баку, в Леснорядскую гостиницу, в 29 о/м.

После обеда поехал в 63 о/м. Пообщался с Сидельниковым. По дороге свиделся с батюшкой. На обратном пути заехал в Республику, поговорил с Колдаевым. Вечером получил пачку уголовных дел, поступивших с обвинительным заключением, и пару жалоб.

 Мальков работает зам. начальника управления кадров Моссовета. По должности ему машина не положена. Так Емельянов (МГП) предоставляет ему свою для поездок на работу и обратно.


05.08.1983


Взял с машинки отпечатанные отмены отказных постановлений и постановление о возбуждении уголовного дела по ст. 206 УК. Распечатал пару запросов. Положил в почту шефу. А тут он и сам звонит – нужны сведения о восстановленных на учёт преступлениях за 1981, 1982 и 1983 годы. Дал ему такие сведения, предварительно проверив наряды. Оказывается, он пишет аттестацию на Игоря Яковлевича (1981 – в суд 20 дел из 56 восстановленных; 1982 – в суд 11 дел из 46 восстановленных; 6 мес. 1983 –  в суд 2 дела из 32 восстановленных).

Запасшись запросом, пошёл в военкомат. Проторчал там минут 30 и всё без толку. Майор сказал, что сейчас помочь мне не может. Отложили вопрос с наградами до понедельника.

В конторе отписал пару жалоб и двинулся на обед. Устал совершенно. Работать не охота. Шумаев (92 о/м) привёз девицу без прописки. Допросил. По крайней мере, попытался. Давать показания отказывается. Смеётся нервным смехом. Видать, психопатка.

Лина Михайловна поставила торт за отпуск. До 18-00 живо обсуждали новости за чашкой чая. Дамы пытали вернувшегося из командировки Хавронина о секретах доктора Шаталовой. Тот излишне бойко отвечал.

В 18-00 я ушёл.


08.08.1983


Оперативки не было. Стажёром к нам пришла Ракита. Мне дали практиканта. Его зовут Антиколь Михаил Ефимович. Я тут же отправил его в исполком к инспектору по нежилым помещениям с заданием вызнать всё, что можно про художественную студию в доме 13 по ул. Чернышевского, где бытовал главный редактор «Весёлых картинок».

Сам пошёл в военкомат. Военком подписал бумагу, и майор Дзюмаев выдал мне регистрационные журналы по жалобам за три года. Я за них и засел. В основном, речь шла о пенсиях, дотациях и установке телефона. Один балбес просился в Афганистан.

Наград касалось небольшое количество жалоб – около 15. В ходе проверки выяснилось, что утратили награды только два человека (оба при неизвестных обстоятельствах). С тем и откланялся.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное