Читаем Начало. Дневник помощника прокурора полностью

Вручили Кузину подарок – настольный светильник за 5 руб. 50 коп. и бутылку одеколона за 2 руб. 50 коп. Бутыль растроганный Владимир Фёдорович тут же разбил.

Часов в 11-00 звонят из суда. Слушают отложенное дело по наркоману. У меня же приём. На приём, правда, никого. Иду к шефу: - Приём или суд? Суд, - говорит шеф.

На приём сажают стажёра, и я бегу к и.о. судьи Восканяну. Опоздал. Но в процесс к Никите уже сел Кузин. Отдал ему НП и, не спеша, пошёл в магазин «Одежда», потом в букнигу, потом в контору.

 Как-то по мелочи (подшивал материал по самоубийству Ерастова, беседовал с шефом по ст. 112 УК) пролетело время до обеда.

После обеда поехал в 29 о/м с жалобой Леншина. Установил Светку-Ветку, выяснил номер 12-этажного жилого дома у остановки «Балакиревский переулок», выяснил, что Леншин и Фархад действительно задерживались 24.02.1983 г., узнал адрес в Пензенской области, где после освобождения живёт сожительница Леншина. Опросил Волкова, Счислёнка, Акинина и Сычёва. Освободился около 20-00.

06.08.1983 г. суд зовёт с собой на экскурсию в Переславль-Залесский.


27.07.1983


Отписал пару жалоб. Отменил постановление о прекращении уголовного дела. Одно дело, поступившее с обвинительным заключением, возвратил на доследование. Написал спецсообщение в город о возбуждении на ментов уголовного дела по ст. 170 УК (Волчков).

Услышав, что в канцелярию звонит Балашова и требует себе в процесс прокурора, все разбежались. Я притаился в кабинете.

Явился Кудрявцев (СО РУВД). Недоволен тем, что я возбудил следственному отделу несколько дел. То ли просил, то ли требовал, чтобы я постановления отменил. Я отказался. Кудрявцев обиделся, пообещал дойти до прокуратуры города. А пока пошёл к шефу. Сидел у него долго. Что высидел – неизвестно. По крайней мере, шеф мне ничего не сказал.

Виделся с батюшкой. Тот сказал, что постановление ЦК по Волгодонску связано с тем, что Атоммаш построили не там, где нужно. Водоносные пласты Цимлянского водохранилища дали себя знать. Сначала стали рушиться 9-этажные дома. Председатель Госстроя ушёл в отставку. Этот рынок захватывают японские и немецкие фирмы. Мы не успеваем.

Звонила Солдатова (МГП). Рвала и метала по поводу того, что сокрытому преступлению (ст. 145 УК) мы не внесли представление. Мои попытки объяснить, что не по каждому сокрытию можно вносить представление вызвали только непонимание и ни к чему не привели. Стала грозить Емельяновым. Настроение опять испортилось. Хорошо, что шеф отнёсся с пониманием. Сказал: - А её какое дело, внесли мы представление или нет? Это наша компетенция!

Съездил на площадь Восстания к Лидии Михайловне (ЦДЛ). Привёз 20 кг макулатуры, на которые получил два абонемента на «Сказки» братьев Гримм.

Вечером вызвал шеф и дал задание – завтра с утра пораньше съездить в 1-й и во 2-й изоляторы. Отвезти перечисления арестованных за судом. Просил поспеть до 10-00, т.к. именно в это время начнётся городская проверка.

Из отпуска вышла Лина Михайловна.


28.07.1983


Встал ни свет, ни заря. Потащился на Матросскую тишину. Потом в Бутырку. Успел сдать перечисления до 10-00. В СИЗО-1 восемь штук, в СИЗО-2 три штуки. Машину шеф не дал. Приехал на ней сам.

Не спеша, отправился в контору. Выпил на бульваре молока. Притащился около 12-00. Тут же вызвал шеф. Доложил ему о своих успехах. Шеф встал из-за стола и поздравил меня. Мне пришёл 2-й класс.

Поехали с Женькой в пункт приёма. Сдали 150 кг макулатуры. Приёмщик замялся – у него было два рубля, а нам причиталось три (у нас, правда, недовес четыре килограмма). Но, видимо, узрев моё выражение на лице, предложил: - Дайте мне два рубля, а я вам пятёрку! Пожалуйста, - говорю я и забираю пятёрку.

В машине на меня накинулся Женька: - Зачем ты деньги взял? Он нам теперь талоны давать не будет! Ты видел, какую мы макулатуру сдали? Её же перебирать надо! Я несколько опешил, а потом сказал: - Что же я буду от денег отказываться, если мне их дают?

В конторе отдал трояк Галине Андреевне. Та пошла в пункт приёма, отозвала макулатурщика, наговорила ему о строгости некоторых помощников прокурора и вернула трояк. Мне она объяснила, что у нас постоянные недовесы по 5-6 кг, и сдача идёт на их покрытие.

После обеда поехал с Марковым в город на склад отоваривать накладные. Выдали отрез на мундир, ботинки и порядочный кусок сатину.

Вернулся в контору и болтался без дела, как и вся контора во главе с шефом. Работать совершенно не хотелось. Чувствовал себя порядочно усталым. Шеф подобрел и через Томпакова помог в небольшом личном вопросе с Волгоградским районом (батюшка просил).

Кроме всего прочего, сегодня у меня именины.


29.07.1983


Получил с машинки три бумажки. Записал их в свой журнал и поехал в ОБХСС (договорился с Гутиным). У Гутина несколько материалов. Самый интересный – есть возможность посадить Габолаева, директора нашей овощебазы. Причём, не по ст. 172 УК, а по ст. 170 УК. А уж Габолаев жук, так всем жукам жук.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное