Читаем Начало. Дневник помощника прокурора полностью

Притащился в Мосгорсуд. Сначала волынили – ждали, когда кончится последнее слово у какой-то тётки. Потом стали искать свидетелей. В 12:00 сели. Через 20 мин. перерыв. Потом возобновили. В результате – отложили на 02.10.1981 г. Тамошние УСОшники мою НПшку велели отправить в город. Так до обеда и проваландались.

Я в расстроенных чувствах пошёл в кино. В «Перекопе» фильм «Жандарм и инопланетяне». Муть кошмарная. В контору заявился в полпятого.

Поотирался немного и уехал в 92 о/м жалобу проверять. На том дело и кончилось.


25.09.1981


В ИВС четверо. Два БОМЖа, один вор и ещё кто-то. Ближе к вечеру в контору привезли воровку. Изобличённая, она не сознавалась. После беседы с Людмилой Анатольевной её арестовали.

Накидали ещё жалоб.

Несколько часов допрашивал тренера из Бауманской ДЮСШ. Тот сознался, что создал несколько фиктивных групп (обучающихся). Это отразилось на его зарплате и на показателях работы. Заботы, чувствую, этим не кончатся. Там таких тренеров там хоть жопой ешь.

Юрий Витальевич арестовал свою взяточницу (доказал пять или шесть эпизодов). Паспортистка 29 о/м Логинова ставила в паспорта штампы о прописке. По оперативным данным взяла 25-30 тыс. руб. Доказано 5-6 тыс. руб. Клиентура – грузины, дагестанцы и пр.


28.09.1981


На оперативке шеф ознакомил нас с планом работы на четвёртый квартал. Услышав, что тот включает в себя 26 пунктов, все переглянулись. Узнав же содержание этих пунктов, я скукожился. Другие оперативные работники по моим наблюдениям тоже.

На милицейский надзор отрядили семь пунктов. Мне один, зато какой – во всех отделениях милиции провести комплексную проверку по хулиганству, пьянству, тунеядству, рецидивной преступности и паспортному режиму.

Три пункта Марине Львовне по СО РУВД. Остальные – Игорю Яковлевичу. Но везде написано, что мы с Мариной Львовной исполнители, а Игорь Яковлевич – ответственный. Это значит, что и эти пункты выполнять мне. Кроме того, мне ещё писать обобщение 76-го приказа.

И, наверняка, город подкинет ещё что-нибудь экстренное и трудоёмкое. Но шефу виднее.

Мне кажется, что его скоро должны проверить, вот, он и желает произвести впечатление.

Ввели дополнение к ст. 133 УПК. Теперь после доследования срок содержания под стражей до одного месяца продлевает надзирающий прокурор. (Уравняли в правах срок содержания под стражей и срок расследования).

Ввели новую ст. 156-3 УК. Это против торгашей (вроде бы, поборы с покупателей и сбыт товара налево).

Вышла амнистия (женщины, осуждённые на срок до 5 лет; женщины, осуждённые на любой срок, если достигли возраста 55 лет или имеют детей малолетних; мужики, если достигли 60 лет, и др.). Формулировка такая – признать нецелесообразным содержание в ИТУ подобных категорий граждан.

Шефу на совещании сказали, что в тюрьмах свыше нормы содержится 100 000 чел.

Шеф накинулся на Марину Львовну за то, что уголовное дело с обвинительным заключением с 24.09.1981 г. не отправлено в суд. В объяснительной записке Марина Львовна написала, что 24.09.1981 г. была в следственном отделе, поэтому дело получила 25.09.1981 г. Однако с утра 25.09.1981 г. вела приём, так что посмотрела дело только после обеда. А после обеда шефа самого не было. Вот и пролежало до 28.09.1981 г.

У меня в сейфе, тоже с 24.09.1981 г., лежало дело, поступившее с обвинительным заключением. Но я был в Мосгорсуде, в ИВС, а потом пятница – тут уж никто не виноват.

Шеф меня только пожурил. Сказал, что за сроки содержания под стражей прокурор Первомайского района получил инфаркт и теперь лежит в больнице.

Что за ерунда, так со своими кадрами обращаться? Вот сами и расхлёбывают нехай. А, не дай бог, помрёт мужик? Руководители хреновы.


29.09.1981


С утра ковырялся с ДЮСШ. Еле развязался до обеда (там царит страшная бесхозяйственность). Потом помчался в 46 о/м проверять городскую жалобу (психа забрали в дурдом). Милиционеры на меня самого, как на дурака смотрят. Оно и понятно, ведь туда не милиция отправляет, а врач. Но, проверяю.

Марина Львовна заболела. Не знаю, за что хвататься.

Привезли новый холодильник «Апшерон». Шеф повесил себе в кабинет портреты Ленина и Брежнева. По одному портрету повесили у Валерия Павловича и у Игоря Яковлевича. И ещё один портрет Ленина повесили в коридоре.

На 18-00 назначили отчётно-перевыборное собрание (профсоюз). Однако до кворума не хватило двух человек (пятеро на больничном, один в отпуске, один в командировке). Перенесли на следующий вторник.

В освободившееся время успел отписать свою часть справки по плодоовощной конторе.


30.09.1981


По дороге на работу вспомнил, что забыл выключить газ. Кузнецов (46 о/м) дал машину. Часа два на проверку убил. Оказалось, тревога ложная.

В КПЗ двое. Один наркоман и один вор.

Вышел Игорь Яковлевич (на пять дней раньше срока). Будет делать отчёт. Считает, что мы за время его отсутствия ровным счётом ничего не сделали. Искренне, как мне кажется, верит, что его с нетерпением ждали. Я тут же завалил его делами, нехай сам их и делает, коли такой умный.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное