Читаем Наказ Комиссии о сочинении Проекта Нового Уложения. полностью

222. Самое надежнйшее обуздан"iе отъ преступлен"iй есть не строгость наказан"iя , но когда люди подлинно знаютъ , что преступающ"iй законы непремнно будетъ наказанъ.

223. Извстность и о маломъ но неизбжномъ наказан"iи сильне впечатлется въ сердц , нежели страхъ жестокой казни совокупленный съ надеждою избыть отъ оныя. По елику наказан"iя станутъ кротчае и умренне , милосерд"iе и прощен"iе тмъ меньше будетъ нужно ; ибо сами законы тогда духомъ милосерд"iя наполненны.

224. Во всемъ , сколь ни пространно , государств не надлежитъ быть никакому мсту , которое бы отъ законовъ не зависло.

225. Вообще стараться должно о истреблен"iи преступлен"iй , а наипаче тхъ , кои боле людямъ вреда наносятъ , и такъ средства законами употребляемыя для отвращен"iя отъ того людей , должны быть самыя сильнйш"iя въ разсужден"iи всякаго рода преступлен"iй , по мр чемъ больше они противны народному благу , и по мр силъ могущихъ злыя или слабыя души привлещи къ исполнен"iю оныхъ. Ради чего надлежитъ быть уравнен"iю между преступлен"iемъ и наказан"iями.

226. Если два преступлен"iя вредящ"iя не равно обществу получаютъ равное наказан"iе , то неравное распредлен"iе наказан"iй произведетъ с"iе странное противурч"iе , мало кмъ примченное , хотя очень часто случающееся , что законы будутъ наказывать преступлен"iя имижъ самими произращенныя.

227. Когда положится тоже наказан"iе тому , кто убьетъ животину , и тому , кто человка убьетъ , или кто важное какое писмо поддлаетъ , то вскор люди не станутъ длать никакого различ"iя между сими преступлен"iями.

228. Предполагая нужду и выгоды соединен"iя людей въ общества , можно преступлен"iя , начавъ отъ великаго до малаго , поставить рядом , въ которомъ самое тяжкое преступлен"iе то будетъ , которое клонится къ конечной разстройк и къ непосредственному по томъ разрушен"iю общества ; а самое легкое , малйшее раздражен"iе , которое можетъ учиниться какому человку частному. Между сими двумя краями содержаться будутъ вс дйств"iя противныя общему благу и называемыя беззаконными , поступая нечувствительнымъ почти образомъ от перваго въ семъ ряду мста до самаго послдняго Довольно будетъ , когда въ сихъ рядахъ означатся постепенно и порядочно въ каждомъ изъ четырехъ родовъ , о коихъ МЫ въ седьмой глав говорили , дйств"iя достойныя хулы ко всякому изъ нихъ принадлежащ"iя.

229. МЫ особое сдлали отдлен"iе о преступлен"iяхъ касающихся прямо и непосредственно до разрушен"iя общества , и клонящихся ко вреду того , кто во ономъ главою , и которыя суть самыя важнйш"iя по тому , что они больше всхъ прочихъ суть пагубны обществу : они названы преступлен"iями въ оскорблен"iи Величества.

230. По семъ первомъ род преступлен"iй слдуютъ т , кои стремятся противъ безопасности людей частныхъ.

231. Не можно безъ того никакъ обойтися , чтобъ нарушающаго с"iе право не наказать какимъ важнымъ наказан"iемъ. Беззаконныя предприят"iя противу жизни и вольности гражданина суть изъ числа самыхъ великихъ преступлен"iй : и подъ симъ именемъ заключаются не только смертноуб"iйства учиненныя людьми изъ народа ; но и того же рода насил"iя содянныя особами , какого бы произшеств"iя и достоинства они ни были.

232. Воровства совокупленныя съ насильствомъ и безъ насильства.

233. Обиды личныя противныя чести , то есть клонящ"iяся отнять у гражданина ту справедливую часть почтен"iя , которую онъ иметъ право требовать отъ другихъ.

234. О поединкахъ не безполезно здсь повторить то , что утверждаютъ мног"iе , и что друг"iе написали : что самое лучшее средство предупредить с"iи преступлен"iя есть наказывать наступателя , сирчь того , кто подаетъ случай къ поединку , а невиноватымъ объявить принужденнаго защищати честь свою , не давши къ тому никакой причины.

235. Тайный провозъ товаровъ есть сущее воровство у государства. С"iе преступлен"iе начало свое взяло изъ самаго закона : ибо чемъ больше пошлины , и чемъ больше получается прибытка отъ тайно провозимыхъ товаровъ , слдовательно тмъ сильне бываетъ искушен"iе , которое еще вящше умножается удобност"iю оное исполнить , когда окружность заставами стрегомая есть великаго пространства , и когда товаръ запрещенный или обложенный пошлинами есть малъ количествомъ. Утрата запрещенныхъ товаровъ и тхъ , которые съ ними въ мст везутъ , есть весьма правосудна. Такое преступлен"iе заслуживаетъ важныя наказан"iя , какъ то суть , тюрьма и лицеимство сходственное съ естествомъ преступлен"iя. Тюрьма для тайно провозящаго товары не должна быть таже , которая и для смертноуб"iйцы или разбойника по большимъ дорогамъ разбивающаго ; и самое приличное наказан"iе кажется быть работа виноватаго выложенная и постановленная въ ту цну , которую онъ таможню обмануть хотлъ.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии