Читаем Немка полностью

Во время одного из перерывов я вдруг столкнулась с Павлом. «Павел!» — «Лида!» воскликнули мы одновременно. Явно, он так же удивился, как и я. Как будто мы оба давно уже исключили возможность когда-либо еще увидеться и вдруг предстали друг перед другом — испугавшись, и в то же время радостно. Какое-то время мы, смеясь, смотрели друг на друга без единого слова. И уже раздался звонок на заседание. Павел спросил, нет ли у меня желания сегодня посмотреть фильм, по-моему, «Сельская учительница» с участием Марецкой. Когда я вечером пришла на фильм, Павел ждал меня перед террасой. Я спросила, не знает ли он случайно мою новую знакомую Ольгу Васильевну… Да, он знает её, вот она стоит на террасе с другом. Я быстро взбежала по ступеням, Павел тоже. И страшно испугалась, когда увидела друга Ольги — это был один из НКВД, один из комендантов. Вне себя, я поздоровалась с ним, она взяла меня за руку и повела в зал. Теперь сидели мы в одном ряду: комендант, Ольга, я и Павел. Неприятная ситуация для меня и, наверное, для других. Все делали вид, будто… По-еле фильма мы шли вместе до главной улицы, там Ольга и её друг перешли на другую сторону, Павел и я остались вдвоём. После нашего представления на сцене пьесы «Находка» мы больше не виделись. Слухи о том, что Павел всё лето был вместе с Людой П., я считала достоверными, так оно и должно быть. Я находила её вполне достойной его и желала им от всего сердца всего хорошего. Почему он пошел за мной? Выразить ему свое мнение? Нет. Это было бы нетактично. Меня никто и ничто ни к чему не обязывает, а его близость приятна моей душе. Он был и остается для меня лучшим… Только нельзя мне быть с ним вместе, быть парой, даже если бы он этого желал. Когда мы проходили со двора мимо парткабинета, что рядом с домом моей хозяйки, я протянула ему руку на прощание, он же, показав на высокое крыльцо, спросил, не хотела бы я с ним немного посидеть на этих ступенях, при том что ночь выдалась такая чудная и нет вообще желания расстаться с этим прекрасным звёздным небом. Ни секунды не раздумывая, пробежала я несколько ступеней вверх и села — как раз напротив окна Сашиной комнаты. Павел сел рядом. Я посмотрела вверх на небо, и… пришло воспоминание… «Знаешь, — начала я, — мне однажды довелось провести целую ночь совсем одной под таким же великолепным небом на грузовике, наполненном пшеницей». Павел широко раскрыл глаза. «Где это было и когда?» — «Мне было тогда 14, и я ехала в качестве сопровождающей зерна по дороге в Кулунду». И рассказала кратко мою маленькую историю, конечно же, в шутливой форме. «…И я была уверена, что все звёзды на небе в эту ночь только мне подмигивали». Наклонив голову, Павел сидел и молчал. Теперь он хотел знать, выбрала ли я в ту ночь для себя звезду. «Нет, не выбрала. Всё небо принадлежало мне одной». Он как-то выпрямился (сидя) и спросил, какие созвездия я бы могла еще найти. «Кроме Малой и Большой Медведицы я никогда не знала других созвездий». Он перечислил множество созвездий, о которых нам рассказывал Роман Васильевич по астрономии, а я, громко смеясь, отвечала «Нет». — «Сейчас мы выберем для тебя самую красивую звезду». — «Почему для меня? Если уже… то одну для тебя и одну для меня».

«Нет», — сказал он твёрдо. Он объяснил, как я, исходя от Большой Медведицы, могу найти то или иное созвездие. Так мы попали на звезду, которая находилась между двумя созвездиями, не относилась ни к тому, ни к другому. «Видишь, она сверкает совсем особенно». В большом напряжении мы смотрели вверх на звезду, сиявшую на бескрайнем небе.

«Павел! Она двигается, ты видишь? Влево-вправо, влево-вправо». — «Я тоже это вижу». Завороженно сидели мы, наши головы почти соприкасались при этом, и восторгались этой звездой до тех пор, пока не поняли, что не звезда двигалась туда-сюда, а наши глаза. «Но это и есть та самая звезда». Он хотел еще что-то сказать, но я быстро встала. «Уже светает».

«Нет, не то звёзд было бы уже не видно». — «Всё равно пора». — «Тогда желаю тебе всего хорошего в новом учебном году — как учительнице».

«Спасибо», — и махнула ему рукой.

Первый школьный день 1948 г. Согласно расписанию, я пришла в 5 класс, где была назначена и классной руководительницей. Более тридцати детей в ожидании стояли возле своих парт и отвечали на мое приветствие единодушным хором: «Здравствуйте». — «Садитесь». Более тридцати пар детских глаз смотрели на меня изучающе, с любопытством, может быть, и с недоверием, а может быть, и с восторгом. Среди них моя племянница Тоня, которая сидела, сложа руки перед собой на парте, и особенно широко раскрытыми большими глазами смотрела на меня и в то же время охватывала весь класс. По всему её виду было заметно, в каком особенном положении находится она — в конце концов, она племянница учительницы и классной руководительницы её класса — а это может быть больше, чем сама учительница.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русское зарубежье. Коллекция поэзии и прозы

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное