Читаем Оккультный рейх полностью

Эсэсовская униформа выглядела, мягко говоря, мрачновато. Поверх коричневой рубашки с чёрными пуговицами и галстуком надевался чёрный мундир. Чёрные бриджи заправлялись в высокие чёрные сапоги. Зловещую картину дополняли чёрная фуражка на ремешке и серебряная эмблема в виде мёртвой головы. Если эсэсовец нарушал установленную дисциплину, расправа не заставляла себя ждать. Худшим преступлением в СС считался гомосексуализм. В 1937 г. Гиммлер ввёл за него смертную казнь, хотя осуществлялась она не открыто. Сначала эсэсовца-гомосексуалиста исключали из ордена и передавали его дело гражданскому суду. Суд обычно приговаривал его к тюремному заключению. Но когда тюремный срок заканчивался, злополучного нарушителя, по личному указанию Гиммлера, переводили в концентрационный лагерь. Там — опять по указанию Гиммлера — его расстреливали «при попытке к бегству».

То, как Гиммлер (напомним, с готовностью санкционировавший опыты, включавшие замораживание людей до смерти) относился к гомосексуализму, наводит на параллель с некоторыми оккультными группами. Хотя в наши дни никто не предлагает расстреливать гомосексуалистов «при попытке к бегству», определённые эзотерические ложи отказывают им в обучении. Причина такого отношения, насколько я понимаю, заключается в том, что гомосексуализм считается внешним выражением духовной извращённости. Если на эту извращённость наложатся «силы», обретаемые в ходе магического обучения, то они сами, так сказать, извратятся, что может привести к гибельным результатам, как для самого человека, так и для всей ложи.

Однако, какова бы ни была подлинная причина крайне отрицательного отношения СС к гомосексуализму, несомненно одно: под руководством Гиммлера организация становилась всё более оккультной. Опять слово Гоне: «Деятельность СС была покрыта завесой тайны. Что делала СС, не дозволялось знать никому — даже членам Партии и людям из СА. Гиммлеровский орден постепенно погружался в таинственный полумрак».

Этот полумрак всё время сгущался. Эсэсовцам запретили вести любые частные разговоры с не-членами организации. Если на публичных встречах эсэсовцев критиковали, они должны были молча встать и уйти. Цель всего этого заключалась в том, чтобы, как выразился государственный министр Шверин фон Крозигк, «воспитать определённый характер». На основе имеющихся у нас данных можно предположить, что «воспитание характера» было направлено на выработку у гиммлеровских подчинённых качеств настоящих магов. Однако фактический результат оказался совершенно иным. Капитан СС Иозеф Крамер в Нюрнберге рассказал, что отравил газом восемь заключённых в Освенциме. Когда его спросили, что он при этом чувствовал, он ответил: «Ничего. Так… меня научили».

«Золотой рассвет», кроулевская «Серебряная звезда» и некоторые другие эзотерические группы разделялись на внутренний и внешний ордена. Иными словами, войдя в орден, человек узнавал, что существует особый внутренний круг, окутанный ещё большей таинственностью. Такую же, по сути, систему Гиммлер ввёл в СС. Внешними знаками статуса человека внутри ордена служили кольцо и кинжал. Кольцо (серебряное, с печаткой в виде мёртвой головы) полагалось тем, кто был рангом пониже. Вначале его носили первые члены ордена, но позже кольцо стали раздавать всё чаще, так что к началу войны старшие офицеры, пробывшие в организации не менее трёх лет, получали его почти автоматически. С другой стороны, кинжал не мог быть пожалован никому званием ниже второго лейтенанта. Фактически же его вручали только тем, кого сам Гиммлер считал элитой своего ордена.

С самым сокровенным кругом мы уже знакомы. Это была элита из элиты, те таинственные двенадцать, которые встречались в Вевельсбургском замке. По всей видимости, Гиммлер считал образование этой группы своим успехом, потому что имеются сведения, что он хотел создать другие центры, подобные Вевельсбургу: «Моя цель в том, чтобы такой же культурный центр, посвященный германскому величию и германской истории, существовал, по возможности, в зоне каждого знамени. Пусть подобные исторические места будут тщательно восстановлены и приведены в состояние, достойное культурных людей». Руническая магия, внутренний круг, ритуальные празднества и великий магистр Чёрный иезуит делали СС магическим орденом в полном смысле слова. У СС был свой календарь, и хотя многие знаменательные даты в нём являлись не более чем днями центральных событий в политической истории нацизма (как, например, 30 января — день прихода нацистской партии к власти), существовал праздник, выглядевший особенно знаменательно.

Гиммлер распорядился, чтобы главным эсэсовским празднеством было летнее солнцестояние. Этим он возродил древнейшее магическое торжество — один из четырёх праздников Солнца, которые оккультисты отмечают по сей день.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Время, вперед!
Время, вперед!

Слова Маяковского «Время, вперед!» лучше любых политических лозунгов характеризуют атмосферу, в которой возникала советская культурная политика. Настоящее издание стремится заявить особую предметную и методологическую перспективу изучения советской культурной истории. Советское общество рассматривается как пространство радикального проектирования и экспериментирования в области культурной политики, которая была отнюдь не однородна, часто разнонаправленна, а иногда – хаотична и противоречива. Это уникальный исторический пример государственной управленческой интервенции в область культуры.Авторы попытались оценить социальную жизнеспособность институтов, сформировавшихся в нашем обществе как благодаря, так и вопреки советской культурной политике, равно как и последствия слома и упадка некоторых из них.Книга адресована широкому кругу читателей – культурологам, социологам, политологам, историкам и всем интересующимся советской историей и советской культурой.

Валентин Петрович Катаев , Коллектив авторов

Культурология / Советская классическая проза
Москва при Романовых. К 400-летию царской династии Романовых
Москва при Романовых. К 400-летию царской династии Романовых

Впервые за последние сто лет выходит книга, посвященная такой важной теме в истории России, как «Москва и Романовы». Влияние царей и императоров из династии Романовых на развитие Москвы трудно переоценить. В то же время не менее решающую роль сыграла Первопрестольная и в судьбе самих Романовых, став для них, по сути, родовой вотчиной. Здесь родился и венчался на царство первый царь династии – Михаил Федорович, затем его сын Алексей Михайлович, а следом и его венценосные потомки – Федор, Петр, Елизавета, Александр… Все самодержцы Романовы короновались в Москве, а ряд из них нашли здесь свое последнее пристанище.Читатель узнает интереснейшие исторические подробности: как проходило избрание на царство Михаила Федоровича, за что Петр I лишил Москву столичного статуса, как отразилась на Москве просвещенная эпоха Екатерины II, какова была политика Александра I по отношению к Москве в 1812 году, как Николай I пытался затушить оппозиционность Москвы и какими глазами смотрело на город его Третье отделение, как отмечалось 300-летие дома Романовых и т. д.В книге повествуется и о знаковых московских зданиях и достопримечательностях, связанных с династией Романовых, а таковых немало: Успенский собор, Новоспасский монастырь, боярские палаты на Варварке, Триумфальная арка, Храм Христа Спасителя, Московский университет, Большой театр, Благородное собрание, Английский клуб, Николаевский вокзал, Музей изящных искусств имени Александра III, Манеж и многое другое…Книга написана на основе изучения большого числа исторических источников и снабжена именным указателем.Автор – известный писатель и историк Александр Васькин.

Александр Анатольевич Васькин

Биографии и Мемуары / Культурология / Скульптура и архитектура / История / Техника / Архитектура
Взаимопомощь как фактор эволюции
Взаимопомощь как фактор эволюции

Труд известного теоретика и организатора анархизма Петра Алексеевича Кропоткина. После 1917 года печатался лишь фрагментарно в нескольких сборниках, в частности, в книге "Анархия".В области биологии идеи Кропоткина о взаимопомощи как факторе эволюции, об отсутствии внутривидовой борьбы представляли собой развитие одного из важных направлений дарвинизма. Свое учение о взаимной помощи и поддержке, об отсутствии внутривидовой борьбы Кропоткин перенес и на общественную жизнь. Наряду с этим он признавал, что как биологическая, так и социальная жизнь проникнута началом борьбы. Но социальная борьба плодотворна и прогрессивна только тогда, когда она помогает возникновению новых форм, основанных на принципах справедливости и солидарности. Сформулированный ученым закон взаимной помощи лег в основу его этического учения, которое он развил в своем незавершенном труде "Этика".

Петр Алексеевич Кропоткин

Культурология / Биология, биофизика, биохимия / Политика / Биология / Образование и наука