Читаем Памятники русской архитектуры и монументального зодчества полностью

Застройка производится почти исключительно в низинной части города. Между проспектом и Днепром нет ни одного квартала, на котором не были бы построены или не строились бы здания. Почти все кварталы здесь уже поделены на дворовые участки. Строительство осуществляется и в большинстве кварталов по другую сторону проспекта. Из 31 квартала, запланированного в низинной части, лишь в 4 кварталах нет ни одной постройки. Наиболее плотно застроены кварталы между Рыночной (низинной) и квадратной площадями. На первую выходит пока единственная функционирующая в городе Успенская церковь (обозначена на плане 1793 г. под литерой «Ъ»), в связи с чем площадь чаще называли Успенской, а на второй сооружены торговые лавки. На холме же, кроме пустующего дворца[434], фундамента собора Геруа, небольшого числа «казенных» и «партикулярных» строений да нескольких построек наместнического правления, т. е. того, что было построено сразу же после переноса Екатеринослава на новое место, ничего более не было. Здесь не было ни одной планировочно определившейся улицы. Нагорная часть была распланирована лишь на плане, в действительности же она представляла громадный пустырь с разбросанными в разных его концах несколькими постройками[435].

Собственно город строится в прибрежной низине у подножия избранного для его местоположения холма. И центральной частью Екатеринослава является участок между Успенской и квадратной площадями, где расположены церковь и торговые лавки[436]. Именно в этот период планировочно определился участок, не изменивший до настоящего времени рисунка уличной сети, участок, ограниченный отрезками современных улиц Комсомольской, Ленина, Плеханова, Коцюбинского, Гопнер, Артема, Шевченко, Красной, т. е. район вокруг квадратной площади (место современной площади Ленина), сама же площадь формировалась еще полтора столетия.

С 1790-х годов закладывавшийся как столичный город Екатеринослав утрачивает свое недолгое высокое назначение. Смерть основателя и покровителя города, наместника края Г. А. Потемкина в 1791 г. и перевод Екатеринослава с воцарением Павла I в 1796 г. в разряд уездных затормаживают его развитие. Лишь с 1802 г. после возвращения Екатеринославу ранга губернского центра (теперь уже Екатеринославской губернии) в нем оживает проектная и строительная деятельность.

В 1806 г. губернский землемер Неелов составляет новый план города[437]. После переработки, осуществленной В. Гесте, генплан утверждается в 1817 г. (см. илл.)[438]

Гесте намечает территорию города в виде полосы (шириной примерно в 2 км), простирающейся от Мандрыковки на 9 км через холм в низину, в сторону Кайдак. По плану городские кварталы поднимаются на возвышенность, продольно ограничивающую прибрежную низину. В соответствии с определенной планами 1792—1793 гг. осью проспект планировочно оформляется как общегородская магистраль; параллельно ему, тремя кварталами выше по рельефу, проектируется вторая улица городского значения. Новые кварталы Гесте разбивает по клеточной схеме. В нагорной части (см. илл.), сохраняя старовский принцип композиционного главенства продольной оси холма (гульбище Средней улицы, Соборная площадь, Дворцовая площадь), он искажает лучевую композицию Дворцовой площади, где теперь только средний луч ориентируется на дворец, и ликвидирует вторую лучевую композицию с Рыночной (нагорной) площадью. Намечаются новые площади — Сенная, Рыбная, Торговая, площадь для острога — и целый ряд равномерно распределенных в теле города приходских площадей.

Общегородской центр на плане Гесте имеет расплывчатый характер. Сохраняется главенствующее значение Соборной площади, что было объяснимо для города, располагавшегося на холме, но не соответствовало городу, развивающемуся вдоль реки. Квадратная площадь с лавками и церковью также трактуется как общегородская. Торговой площади, проектируемой выше сада, между ним и второй общегородской магистралью, отводится роль главной площади города. Это явствует из того, что Гесте делает ее композиционным центром всего плана, намечает здесь крупнейшую в городе церковь (судя по размерам креста, обозначающего на плане церковь) и торговые ряды, делает ее самой большой по размерам городской площадью.

Можно было бы говорить о системе центральных площадей, если бы они по подобию Петербурга (Дворцовая, Адмиралтейская, Исаакиевская, Сенатская) составляли единую пространственную композицию. Однако в данном случае это не так, и говорить о системе общегородских центральных площадей не приходится.

В связи с тем что Торговая площадь примыкает ко второй улице городского значения, трудно определить, какой магистрали (проспекту или этой новой улице) Гесте отводит роль главной, центральной.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Косьбы и судьбы
Косьбы и судьбы

Простые житейские положения достаточно парадоксальны, чтобы запустить философский выбор. Как учебный (!) пример предлагается расследовать философскую проблему, перед которой пасовали последние сто пятьдесят лет все интеллектуалы мира – обнаружить и решить загадку Льва Толстого. Читатель убеждается, что правильно расположенное сознание не только даёт единственно верный ответ, но и открывает сундуки самого злободневного смысла, возможности чего он и не подозревал. Читатель сам должен решить – убеждают ли его представленные факты и ход доказательства. Как отличить действительную закономерность от подтасовки даже верных фактов? Ключ прилагается.Автор хочет напомнить, что мудрость не имеет никакого отношения к формальному образованию, но стремится к просвещению. Даже опыт значим только количеством жизненных задач, которые берётся решать самостоятельно любой человек, а, значит, даже возраст уступит пытливости.Отдельно – поклонникам детектива: «Запутанная история?», – да! «Врёт, как свидетель?», – да! Если учитывать, что свидетель излагает события исключительно в меру своего понимания и дело сыщика увидеть за его словами объективные факты. Очные ставки? – неоднократно! Полагаете, что дело не закрыто? Тогда, документы, – на стол! Свидетелей – в зал суда! Досужие личные мнения не принимаются.

Ст. Кущёв

Культурология