Читаем Париж полностью

Выставка 1889 года, приуроченная к столетию Великой Французской революции, явилась выдающимся событием в мировом масштабе. Марсово поле не могло вместить все экспонаты выставки, и они частично были размещены на экспланаде Инвалидов и на набережной д'Орсей. Именно в связи с этой выставкой на Марсовом поле, ближе к Сене, напротив дворца Трокадеро, были воздвигнуты поразительные сооружения - Дворец машин из металла и стекла и чугунная башня, носящая имя своего создателя инженера Г. Эйфеля.

Дворец машин явился выдающимся для своего времени произведением инженерной мысли не только из-за внушительных размеров (42,0 X 115 метров), а и из-за красоты архитектурных форм (он снесен в начале XX века).



Большой выставочный дворец на Елисейских полях


Апофеозом металла в архитектуре явилась, конечно, Эйфелева башня, которая и теперь - одно из самых примечательных сооружений Парижа, вошедшее в городской пейзаж, ставшее архитектурным символом капиталистического Парижа. Вознесшаяся над городом на 300 метров, Эйфелева башня стала ныне гигантской радиотелевизионной антенной.

Сейчас нам трудно даже представить себе то, что строительство Эйфелевой башни навлекло проклятия большинства парижан на голову ее автора.

Тогда с резким протестом выступили крупные представители французской культуры А. Дюма-сын, Ш. Гуно, Ш. Гарнье, Ш. Леконт де Лилль и другие. Группа жителей близлежащего квартала даже подала жалобу в муниципалитет, возмущаясь «покушением на красоту города».

Но башня, ставшая на долгие годы самым высоким сооружением мира, была все же воздвигнута.



Дворец Шайо


Эйфель представил чертежи отдельных частей башни в натуральную величину на пяти тысячах листов. Башня смонтирована из 15 тысяч металлических звеньев (весом около 15 000 тонн), которые были собраны в единую ажурную систему тремя сотнями верхолазов. Для своего времени грандиозная башня была рекордом легкости. Однако она долго еще порождала споры, и даже подумывали о ее демонтаже.

Со временем это дерзновенное произведение инженерной мысли, которое Ле Корбюзье считал «знамением Парижа, дорогим сердцу француза символом», стало любимым многими. Известный поэт Г. Ап-полинер образно назвал ее «пастушкой, охраняющей стадо мостов». Сейчас нет ни одного парижанина, который бы не говорил о «Тур Эйфель» с нежностью и теплотой в голосе. Времена меняются, меняются и вкусы людей.

В представлении современных парижан башня неотделима от дворца Шайо. С его террас взор обнимает необозримые дали парижского пейзажа, скользит вдоль фасада Военной школы Габриэля, просматриваемого сквозь ажурную решетку башни. С Эйфелевой башни полностью раскрывается дворец Шайо, широко и легко раскинувший свои крылья на противоположном, правом, берегу Сены; с ним Марсово поле соединено мостом через Сену. Терраса, где стоит дворец, является как бы продолжением Марсова поля. Дворец Шайо (арх. Ж. Карлю, Л. Буало, Азема) построен почти на полвека позже Эйфелевой башни - ко Всемирной выставке 1937 года на фундаментах выставочного дворца Трокадеро.

В архитектуре дворца Шайо элементы модерна переплетаются с мотивами, заимствованными из произведений архитектора О. Перре. Простые объемы дворца хорошо сочетаются с возвышенным рельефом берега Сены, составляя широкий архитектурный ансамбль. Неповторимо прекрасна вечерняя прогулка у стен подсвеченного дворца, по просторным лестницам, спускающимся к реке. Ослепительные залпы фонтанов на нижней террасе создают ощущение сказочной призрачности. Во дворце - Национальный народный театр, музеи мореплавания, Человека, французских памятников и др.

Говоря о сооружениях Всемирной выставки 1937 года, нельзя не вспомнить советский павильон (арх. Б. М. Иофан, скульптор В. И. Мухина), увенчанный динамичными фигурами юноши и девушки - аллегорией освобожденного труда. Это было первым блестящим выступлением Советской страны на международных выставках. После демонтажа павильона гигантская скульптура украсила площадь у входа на ВДНХ в Москве.

В силуэте города есть еще одно сооружение, которое не менее популярно, чем Эйфелева башня, хотя и не поражает нас новизной материала, конструкций или художественного образа. Оно выполнено в традиционных материалах - кирпиче и камне. Это церковь Сакре-Кёр, венчающая холм Монмартр, построенная в 1870 - 1919 годах по проекту архитектора Поля Абади. Церковь является свободным подражанием романскому собору XII века Сен-Фрон в Перигё, который Абади реставрировал и им вдохновился. Получив премию за конкурсный проект, Абади создал эклектическое сооружение (его называли даже «белым слоном»), которое, тем не менее, великолепно по своему силуэту. В 1919 году церковь Сакре-Кёр была торжественно освящена. Исключительная панорама открывается с видовой площадки у подножия церкви Сакре-Кёр (130 метров над уровнем Сены).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Александровский дворец в Царском Селе. Люди и стены, 1796–1917
Александровский дворец в Царском Селе. Люди и стены, 1796–1917

В окрестностях Петербурга за 200 лет его имперской истории сформировалось настоящее созвездие императорских резиденций. Одни из них, например Петергоф, несмотря на колоссальные потери военных лет, продолжают блистать всеми красками. Другие, например Ропша, практически утрачены. Третьи находятся в тени своих блестящих соседей. К последним относится Александровский дворец Царского Села. Вместе с тем Александровский дворец занимает особое место среди пригородных императорских резиденций и в первую очередь потому, что на его стены лег отсвет трагической судьбы последней императорской семьи – семьи Николая II. Именно из этого дворца семью увезли рано утром 1 августа 1917 г. в Сибирь, откуда им не суждено было вернуться… Сегодня дворец живет новой жизнью. Действует постоянная экспозиция, рассказывающая о его истории и хозяевах. Осваивается музейное пространство второго этажа и подвала, реставрируются и открываются новые парадные залы… Множество людей, не являясь профессиональными искусствоведами или историками, прекрасно знают и любят Александровский дворец. Эта книга с ее бесчисленными подробностями и деталями обращена к ним.

Игорь Викторович Зимин

Скульптура и архитектура
Две Москвы. Метафизика столицы
Две Москвы. Метафизика столицы

Рустам Рахматуллин – писатель-эссеист, краевед, многие годы изучающий историю Москвы, – по-новому осмысляет москвоведческие знания. Автор прибегает к неожиданным сопоставлениям и умозаключениям, ведет читателя одновременно по видимой и невидимой столице.Сравнивая ее с Римом, Иерусалимом, Константинополем, а также с Петербургом и другими русскими городами, он видит Москву как чудо проявления Высшего замысла, воплощаемого на протяжении многих веков в событиях истории, в художественных памятниках, в городской топографии, в символическом пространстве городских монастырей и бывших загородных усадеб. Во временах Московского Великого княжества и Русского царства, в петербургскую эпоху и в XX столетии. В деяниях Ивана Калиты и святого митрополита Петра, Ивана III и Ивана Грозного, первопечатника Ивана Федорова и князя Пожарского, Петра I и Екатерины II, зодчих Баженова и Казакова и многих других героев книги.

Рустам Эврикович Рахматуллин

Скульптура и архитектура