Через год после «Соверена», в 1638 году, французы спустили на воду корабль почти таких же размеров, получивший название «Курон». Мы не располагаем его изображением, но известно, что он был двухпалубным и рассчитывался на 72 орудия. Его модель, которая находится в парижском Лувре, выполнена с гравюры, на самом деле изображающей французское судно, построенное в Голландии двенадцатью годами ранее. Что касается датского судна «Норске Лёве», датированного 1634 годом, сохранилась чудесная модель из слоновой кости. Она не была закончена до 1654 года и не вполне согласуется с тем, что известно из документов о размерениях корабля и орудиях, но она дает очень хорошее представление о военном корабле средних размеров первой половины XVII века. Фотография модели приведена на вклейке (фото 12).
После 1650 года стали появляться деревянные модели, выполненные в полном соответствии с масштабом. Одна находится в Амстердаме – модель голландского ост-индского судна «Принс Виллем» (1649 г.), другая – в Стокгольме, модель шведского 50-пушечного корабля «Амарант» (1653 г.). Самая ранняя из известных английская масштабная модель также находится в Стокгольме (рис. 94). Она была выполнена кораблестроителем-роялистом по имени Шелдон, который в 1658 году бежал в Швецию и либо захватил модель с собой, либо сделал ее как доказательство своего мастерства, когда прибыл туда. В Англии, судя по всему, таких старых моделей нет, однако «Принс» (1670 г.) из Южного Кенсингтона – очень хороший образец для такого раннего периода.
На изображении «Амаранта» (рис. 95, с. 128), которым мы обязаны адмиралу Хэггу из шведского флота, виден ряд риф-сезеней на марселях. По не вполне понятной причине риф-сезени, появлявшиеся очень часто на рисунках и печатях до начала XVI века, полностью исчезли более чем на сто лет. Они снова появились, на этот раз на марселях, около 1660 года. Одновременно мы видим стаксели – треугольные паруса такой же формы, как латинская бизань, которые располагались на штагах мачт и стеньгах. Они стали появляться на картинах после 1658 года, а в документах – несколькими годами ранее. Стаксели не были новшеством. Они использовались на небольших судах вместе с косым шпринтовым парусом на протяжении двух столетий. Новым было их использование на больших судах с полным парусным вооружением. Возможно, все начиналось как аварийный такелаж – после повреждения непогодой или противником. В письме 1639 года говорится о поднятии бизани на грот-штаге для этой цели. Нечто похожее видно на рис. 96, выполненном с датской гравюры 1653 года Зееманом, на которой сильно поврежденное голландское судно буксирует английский приз, находящийся в еще худшем состоянии. В этом случае английское судно имеет треугольный парус ниже бизань-штага, а голландец или поставил марсель на обломок бизань-мачты, или, как в случае с «Принс Роял», – прямой парус под бегин-рей.
Зееман, настоящее имя которого было Ноомс, – один из голландских художников XVII века. Именно благодаря его работам наши знания о судах второй половины XVII века более полные, чем о судах других периодов. Не то чтобы суда сильно изменились – просто мы знаем о них больше. Более распространенными стали модели. В Англии, Франции и Голландии появились книги о судостроении. Но самыми ценными источниками сведений для нас являются работы двух великих голландцев, художников отца и сына ван де Велде. Они работали с 1639 по 1701 год. Отец был на борту корабля, находившегося в составе голландского флота, выступившего против испанцев, в должности официального художника. Он и его сын выполняли ту же функцию во всех войнах следующих тридцати лет. В 1672 году Карлу II удалось заманить их к себе на службу с регулярным жалованьем. Оба художника совмещали величайшую точность в деталях со скоростью, поэтому их работы имеют такую же ценность, как фотографии.